Чтение онлайн

– Ты всегда так рано хочешь домой, – надулась я. – Твой диагноз – преждевременная социальная эякуляция, ты в курсе?

– Кто бы говорил! Женщина, которая выпрыгнула из окна туалета в день собственной свадьбы!

– Мы больше никогда не веселимся… Ты стал таким… взрослым.

– Да и тебе уже пора вырасти.

– А тебе пора скинуть пару годков. Боже мой, да мы как какая-то престарелая…

Я чуть ли не сказала «семейная пара», но вовремя замолчала. Надоедливая музыка, жуткая духота помещения, психологическая клаустрофобия оттого, что я находилась на чьей-то свадьбе с человеком, которого увлекла и обманула, оставив у алтаря. Вдруг я почувствовала себя так, словно меня целиком проглотил боа-констриктор.

– Хочется курить. – Я встала.

– Ты же не куришь. – Джулиан схватил меня за запястье и силой усадил на место.

– Ох, Джулиан, – сказала я расстроенно. – Ты ведешь себя прямо как муж.

Если бы я не выбежала на воздух, да поскорее, то этот распрекрасный ужин за восемьдесят пять фунтов оказался бы на полу, точнее, на старинных плетеных ковриках. Под всевидящим оком строгих предков я скинула туфли, приподняла подол платья и побежала через холл вдоль темнеющих рядов зловещих доспехов, по каменным ступенькам и росистому газону, усыпанному тюльпанами, мимо деревьев, устрашающе подстриженных в форме зверушек, и причудливых архитектурных сооружений, в темноту и прохладу майского вечера.

Часто дыша, я прислонилась к дубу. Посмотрела на спутанную крону, украшенную каплями росы, и увидела, как там, за деревьями, блеснула лента реки. Вслушиваясь в отдаленные, тонущие в тишине звуки – смех, звон бокалов, рев лодочных моторов, – я не сразу поняла, что рядом кто-то дышит.

Чиркнула спичка, я резко обернулась. Огонек осветил мужскую руку. Жадно всматриваясь в темноту, я старалась разглядеть помешавшего мне незнакомца.

– Было бы все-таки обидно, если бы мы вдруг узнали, что маленьких зеленых человечков не существует, – сказал кончик сигареты. – Как ты думаешь, люди и правда самые совершенные существа в межгалактическом пространстве?

Я зажгла сигарету. Огонь спички высветил полуночного философа. На нижней ветке дуба полулежал мужчина – гроза всех женщин. Он приоткрыл один глаз – ему было даже лень моргать – и с легкомысленным пренебрежением стал осматривать меня с ног до головы. Его лицо медленно расплылось в сладкой улыбке.

Гормональный Хьюстон. Полет в космос. Мы оторвались от Земли и летим прямым курсом на планету Страсти. Интересно, а закрутить романчик прямо на свадьбе с одним из гостей, выйти за него замуж и народить детей – это очень неприлично?

Я обожгла палец и не могла не придать этому символического значения.

Секундой позже я вернулась обратно на землю. Что же, черт возьми, я творила? Я почти замужем, пользуюсь кремом против старения. Тем более при ближайшем рассмотрении выяснилось, что парень этот только вылез из подгузников – на вид ему было года двадцать два. Кроме того, теперь, принимая жизненно важные решения, я больше не руководствовалась компасом, что был у меня в трусиках.

– Простите, что побеспокоила, – сказала я чопорно. И что это со мной вдруг произошло? Чудесным образом я превратилась в скромницу. Я распустила пояс своего малинового платья свидетельницы. – Просто не могу больше ни минуты втягивать живот. Это действительно самая ужасная свадьба, на которой мне когда-либо доводилось присутствовать. Сплошной снобизм и помпа.

– Да-а-а? – У него был американский акцент, медлительный и ленивый. – Мне кажется, лучший способ избавиться от этой помпы – оттрахать тебя по полной, за алтарем, сейчас же.

Он действительно сказал то, что сказал, или мне послышалось? В конце концов, день был длинным и утомительным, и у меня вполне могли появиться слуховые галлюцинации. Чтобы обезопасить себя, я вышла из пульсирующей темноты.

– Приятно было познакомиться, – попрощалась я с ним через плечо. – У меня аллергия на свадьбы, к тому же я совершенно не выношу пустую болтовню.

– Правда? – Я услышала, как он спрыгнул с дерева, его ступни мягко опустились на землю. – А мне казалось, у те'я ниче'о получается.

Вот сукин сын.

– Ну уж лучше, чем у тебя. – Я окинула его взглядом, все еще изображая скромницу. – Думаю, ты умеешь разговаривать только о том, сколько тебе осталось до конца условного срока заключения.

– Раз-го-ва-ри-вать? М-м-м… ты, наверное, имеешь в виду слова, которые мы используем, чтобы убить время, пока трахаемся.

Очевидно, на совести этого парня половина мирового запаса самых сальных и неприличных шуточек. Но он и не подозревал, что вторая половина была за мной.

– Я и не знала, что Анушка включила в список гостей домашних животных.

Теперь ему точно конец. Я пошла по мокрой траве к бассейну. Именно у этого бассейна в шестидесятые проститутка высшего класса Кристин Килер веселилась в голом виде с министрами кабинета тори. Свесив ноги, я плескалась, не задумываясь о том, насколько бассейн походит на биде. Мужчина – гроза всех женщин материализовался из темноты и уселся персиковой попой на голову якобы античной скульптуры, созданной явно не в античные времена.

– Есть одна прикольная штука в свадьбах. Ну… как же англичане это называют… Ах да. ШПБТ.

Я заинтригованно подняла бровь.

– В шикарном платье, без трусов. – Сладострастно улыбаясь, он вытянул ногу, а ноги его, надо сказать, росли от самых ушей, и носком ковбойского ботинка приподнял подол моего платья. – Обожаю такие штучки.

Я ударила его по ноге.

– Хм… Можно ли мне использовать слова «маленький», «член» и «конечно, у тебя» в одном предложении?

В ответ Мальчик-Конфетка нагнулся вперед, невозмутимо взял мою руку и приложил ее к своему паху. Это был не пенис. Это был настоящий шест для прыжков в высоту. Я слышала, что американцы довольно наглый народ, но позвольте… двадцать пять сантиметров, а мы еще даже не знали, как друг друга зовут. Да кем он себя возомнил?.. Биллом Клинтоном? Я отдернула руку.