Алтарь
Шрифт:
— Тоо. — облизнул губы гоблин.
— То? — переспросил я. Не потому, что жаловался на слух, а желая закрепить успех и проверить догадку.
— Тоо. — повторил пленник. — В моем имени три буквы.
Похоже, эта традиция с длиной имен охватывает не только один мир. Возможно, это правило вообще общее для всех гоблинов? Если так, то число гоблинских богов никогда не превышало количество букв системного алфавита…
— Кто за вами стоит. Какому из богов ты служишь?
На этот раз пленник молчал несколько дольше, но все равно в итоге ответил.
— Всем и никому. У нас, гоблинов, больше не осталось богов. Только их священные имена…
— Кстати, не подскажешь, почему они состоят из одной буквы? Разве не лучше почтить богов более длинным именем? Из десяти букв, например? Или даже из сотни?
Не то, чтобы меня это было важно, но если я спрошу о том, что меня действительно интересует, гоблин может что-то заподозрить и замкнуться. Я ожидал типового ответа, вроде “так было испокон времен”, но Тоо сумел конкретизировать проблему:
— Чтобы мы никогда не смогли их забыть. И чтобы новые боги могли унаследовать силу старых…
Это было… достаточно интересно. Хотя и не факт, что легенды имеют какое-то отношение к реальности, однако у меня возникло смутное подозрение, что кто-то в этой вселенной основательно недолюбливает гоблинов. Возможно даже ненавидит, причем гораздо сильнее меня самого…
— Вы можете поклоняться другим богам?
— Не знаю.
Я кивнул, размышляя о перспективах. Возможно, имеет смысл попытаться подвести гоблинов под руку земных богов? Не самому, конечно, но что мешает подкинуть эту мысль одному из жрецов? В любом случае, пора возвращаться к основной теме.
— Расскажи о своем господине.
— Владыка Нейран. Могучий, бессмертный и непобедимый воин. Наш господин, благодетель и верховный вождь. Тот, чей голос сотрясает своды пещер. Великий охотник на крыс, лучший выращиватель деревьев, мастер камня и кости…
Хотя гоблин говорил без малейшей фальши, мне трудно было поверить, что он действительно в это верит. Просто привычная ложь…. Или все очень плохо.
— Может, обойдемся без всего этого? Нейран вас бросил и уже не вернется. Он никогда не узнает, даже если ты назовешь его сейчас “дождевым червем”…
— Я мало что знаю о Владыке. Только то, чему нас учили старейшины. Хотя он и не бог, лишь от его воли зависит, жить нам или умереть. Служить ему великая честь…
— Честь? И как часто ваши воины возвращаются обратно?
— Иногда. Редко…
— Понятно. — кивнул я, меняя тему. — Чем же ты занимался у себя дома, Тоо? Ты воин? Охотник?
— Я всего лишь старший собиратель мха.
— У тебя третий уровень. — заметил я. — Похоже, мох сопротивлялся?
— В пещерах встречаются крысы. Все мужчины племени — охотники и воины. Но я недостаточно силен, чтобы быть только охотником и воином.
— Расскажи мне больше об этом. И о крысах, и о мхе, и о пещерах…
Не стоит слишком полагаться на слова. Трудно не заметить, что хотя гоблины поначалу и выглядели непривычными к яркому солнечному свету — вероятно потому и мазали, но адаптировались быстро. Как что вряд ли они ползают под землей в полной темноте…
— Это самое обычное место.
— Обычное? — хмыкнул я. — Как это?
— Это очень странное место. Никогда не видел таких больших деревьев. Я никогда прежде не бывал в других мирах, поэтому мне сложно описать дом своими словами…
— И все же попытайся… Какой высоты своды? Есть ли там свет?
Постепенно, благодаря наводящим вопросам, ситуация слегка прояснилась. Осколок представлял собой изолированный кусок какого-то отдаленного мира. Причем за пределами некого “энергетического купола” гоблины существовать не могли. Начинали задыхаться, кружилась голова, а затем они теряли сознание. Напоминало это банальное кислородное голодание. Если гоблина вовремя затащить обратно за пелену, то он вскоре очнется. Если оставить снаружи — вскоре умрет.
Так что гоблинам наружу ходя не было. Зато там прекрасно себя чувствовали некоторые растения и ряд монстров — те же самые скальные крысы. Плюс какие-то насекомые, вроде тараканов, которые составляли основу их рациона. Некая гармоничная экосистема. Вполне возможно, что крыс изначально завезли туда для прокачки гоблинов, но они устроились куда лучше своих хозяев, расплодились сверх меры и теперь представляли для тех немалую угрозу. И, конечно, служили источником материалов и прибавкой к рациону…
Про сердце подземелья, правда, гоблин ничего определенного, кроме разве что местоположения, не рассказал. Как и о потенциальной судьбе пленницы — постеснялся, наверное. Или просто не хотел умирать…
— Как много гоблинов там живет? Сколько у вас воинов?
Кажется, Тоо наконец-то уловил, откуда дует ветер, потому что следующий его ответ выбивался из общего ряда и доверия уже не вызывал…
— Тьма! Так много, что не сосчитать! Наше племя сильно и могущественно!
— Да ладно? И тогда почему твой господин не призвал хотя бы сотню воинов?
— На все его воля. — гоблин отвел взгляд. — Переход между мирами недешев…
— Смотри. — я устало вздохнул и положил перед ним карту. — Знаешь, что это такое?
— Магическая карта. У нашего господина было немало таких.
— Это та карта, что позволяла вашему бывшему господинуконтролировать осколок. Если верить ей, то он мертв. Теперь я могу отправиться туда и занять его место. Понимаешь?
Гоблин протянул руку, дотронувшись до карты, и на мгновение прикрыл глаза. Похоже, его справкатребовала физического контакта?