Чтение онлайн

Как долго он шел к этому триумфу! Сколько всего пришлось выдержать и пережить! Но, к счастью, все это теперь позади. Вот же он, вот рубин, он в его руках! Великий символ, священная реликвия!

Кристофер вертел в руках тяжелое кольцо с огромным камнем, алеющим, подобно первым каплям крови. Когда на его грани сквозь огромное окно падали солнечные лучи, внутри камня словно вспыхивали яркие огоньки. Казалось, что и сам камень радовался произошедшему. Он переливался и играл всеми оттенками красного…

Собрание Наместников должно было пройти под Парижем через неделю. К нему следовало основательно подготовиться вне зависимости от того, что итог уже очевиден. Местом сбора намечался подземный бункер замка Торвиль, который принадлежал одному из посвященных третьей степени, некому месье Пелью, состоятельному банковскому служащему. Владельцу замка доходчиво объяснили, какая ему оказана честь, и пожилой толстяк буквально светился от счастья, выполняя все указания Триумвирата.

Между тем сама операция, в сущности, прошла не так гладко, как хотелось бы. Несколько нанятых и, разумеется, ни во что не посвященных мафиози попали в руки полиции, преследуя русского владельца камня. Но эти люди не расколются, они сами толком ничего не знают о секте. Это даже не след, а лишь жалкий намек на подобие следа. Об этом не следует тревожиться, но и замалчивать инцидент тоже никак нельзя. Рано или поздно история эта может всплыть. А пятно на репутации Великого Наместника совершенно ни к чему. Кристофер это прекрасно понимал.

«Прежде всего правда и только правда! — размышлял он, обдумывая план действий. — Подробный и честный отчет! Ничего не скрывать, свою роль не выпячивать!»

С возращением Камня Зла закончилось формирование Реликвариума Зла и наступила пора перехода к активным действиям. Пора громко, во всеуслышание заявить о себе! Больше тянуть нельзя! И у него есть план. Необыкновенный, замечательный план! План уничтожения нескольких десятков тысяч людей в один миг. Кроме того, после Великого жертвенного Костра сотни тысяч, даже миллионы людей будут заражены, и в течение десятков лет погибнут от лейкемии и других болезней. Пусть все содрогнутся! Что там одиннадцатое сентября! Мир замрет в изумлении. Зло восторжествует, а их Великий Покровитель останется доволен…

План Кристофера состоял в устройстве второго Чернобыля, в захвате и, в случае сопротивления властей, организации взрыва одной из атомных электростанций во Франции. Он прекрасно отдавал себе отчет в том, с какими невероятными трудностями ему придется столкнуться, но у него были единомышленники и деньги, немалые деньги, а это уже половина успеха.

Кристофер был счастлив и горд собой. Он, маленький, лысый, уродливый и такой ничтожный на первый взгляд, продиктует всему человечеству свою волю. И мир ему подчинится, и все равно поплатится. Иначе и быть не может, потому что Зло неотвратимо. Оно непременно восторжествует.

В дверь осторожно, но настойчиво постучали.

— Войдите! — крикнул Кристофер с плохо скрываемым раздражением в голосе.

На пороге возник Анри, молодой член общества, прошедший лишь первую ступень посвящения. Юношу с приятным открытым лицом портил небольшой горб, который казался какой-то несуразной ошибкой матушки Природы.

— Я решился вас побеспокоить, потому что нашей аналитической службой в Интернете обнаружена информация еще об одном необычном рубине. Судя по описанию и фотоизображению, он как две капли воды похож на вновь обретенный нами Камень Зла!

— Этого быть не может! Не может этого быть! — безапелляционно отрезал Кристофер.

— Вы можете убедиться в этом, включив ваш компьютер. Я вам его покажу.

Кристофер нехотя поднялся из удобного кожаного кресла, подошел к столу и включил ноутбук. Анри пощелкал клавишами, и через пару минут на мониторе возникло увеличенное изображение Камня Зла. Да, это действительно был он. Но что же тогда спрятано в сейфе в замке в долине Луары?..

Петр и Елена сидели в кафе на улице Декарт. Они никуда не спешили и очень праздно, по-парижски, как отметил про себя Вихрев, разглядывали плавно и медленно текущую за огромным окном людскую реку. Им было приятно и комфортно сидеть вот так, ничего не делая, и просто глазеть на лица проходящих людей. Так и жить бы, ощущая, что праздник бытия воистину всегда с тобой и вокруг тебя. Но ведь все приедается, надоест и это.

Изредка Петр посматривал на Елену, и у него как-то приятно екало сердце, словно на секунду переставая биться.

Он совсем недавно понял, что испытывает к Елене не только добрые родственные чувства. Более того, он уже совсем не мыслил свою дальнейшую жизнь без этой молодой женщины. Но все же до сегодняшнего дня он боялся признаться себе в этом…

Последнее время в Москве с Надей он почти не виделся, ограничиваясь телефонными разговорами, ссылаясь на занятость и усталость. Надя была женщиной умной и самостоятельной. Вероятно, она давно уже интуитивно, по-бабьи догадалась, что в их отношениях наметился разлад. Но виду не подавала. Простился с ней Петр перед отъездом в Париж тоже по телефону, а из Франции вообще не позвонил ни разу. Честно говоря, он просто трусил.

Здесь, в Париже, оказавшись не удел, вынужденно став пассивным наблюдателем, ждущим новостей, он невольно стал прикидывать, анализировать и теперь окончательно пришел к выводу, что не прочь связать свою жизнь с Еленой. Вот только захочет ли она?

Они только что закончили очередную экскурсию по французской столице. И Петр с удовольствием вспоминал, как горячо и трогательно вещала Лена о Париже Эрнеста Хемингуэя, показывая улицу Муффтар и ее окрестности. Все эти бесчисленные ресторанчики и магазины, старинные, сохранившиеся чуть ли не со времен средневековья здания, африканский рынок… Понизив голос до шепота, она рассказала, что в этих местах жили колдуны и колдуньи, изготавливающие свои зелья на продажу. Она утверждала, что и по сей день этот район привлекает всякого рода мистиков, сектантов и вообще странных личностей, исповедывающих диковинные религии.

Елена очень любила свой родной город и много знала о нем. Петру даже было немного стыдно, что он вот так подробно и страстно не мог говорить о Москве.

— О чем ты думать? — внезапно нарушила тишину Елена.

— О тебе, — не раздумывая, ответил Петр.

— И что же ты обо мне думать?

— Только очень хорошее.

— Очень приятно.

— Мне тоже.

Петр видел, что Елене этот разговор доставляет удовольствие. Она даже едва заметно покраснела, что, впрочем, очень шло ей.