Амам
Шрифт:
Впрочем, тогда «коттедж» назывался просто домом.
Его историю начал покойный родитель Алениного отца.
Вслед за двоюродной сестрой я называю его «дедом», хотя он таковым не является, поскольку дядя не родной.
Тот дед был главным нефтяным начальником области – по сути, новым русским за государственный счет.
Обладая неограниченными возможностями и пользуясь государственным беспределом, он купил огромный участок с видом на лес, начал строительство.
Это случилось давно: мой будущий дядя Миша еще учился в школе.
Фундамент, который возвел дед, был циклопическим: оставалось выкопать бункер и посадить туда Гитлера.
Совершенно неожиданно деда сняли с работы и оставили без дел; вскорости он умер от инфаркта.
Дядя тоже стал нефтяником, но без поддержки отца не смог подняться в реально денежные сферы.
Однако участок остался за семьей.
Потом дядя женился на моей нынешней тете, а моя грядущая мама вышла замуж за отца.
Тот происходил из простой семьи, но после математического факультета – где выучился на компьютерщика – удачно сориентировался, устроился в один из крупнейших негосударственных банков.
Отец уловил момент, когда сотрудникам выдавали ссуды под смехотворные проценты.
В итоге сложился паззл.
У дяди была земля с фундаментом, у отца – деньги, которые следовало потратить на недвижимость.
Я, конечно, знаю далеко не все, поскольку в те смутные времена оставался бессознательным.
Но результатом оказался дом, который быстро и дешево отстроили какие-то молдаване.
Архитектор был замечательным.
Внешне дом напоминал обычный «таунхауз» с двумя входами.
На первых этажах расположились кухни и ванно-банные отделения, вторые заняли родители, на третьих обитали мы с сестрой.
При этом площадки на параллельных лестницах имели двери.
Конец ознакомительного фрагмента.