Чтение онлайн

— Не-е-е-е-ет, — сказала Маша, — у меня уже зуб на зуб не попадает! Давайте выбираться. Если там сейчас спокойно, нужно рискнуть.

— Хорошо, — сказал я, — но тебя нужно будет прикрыть. И сделать это может только тот, кто владеет левитацией! — я посмотрел на Алису.

— Ты знаешь, что для этого нужно сделать, — пожала плечами та.

— Сейчас? — спросил я.

— Можно потом, — сказала Алиса.

— Тогда зачем ты об этом говоришь? — удивился я, — как будто я тебе когда-нибудь отказывал.

— А мне отказывал! — возмутилась Амина, — я вокруг тебя и так и эдак! И даже за кокушки подержалась, а ты ни в какую! Кремень!

— Мы вообще о другом говорим, — сказал я, — мы про ману!

— Да я поняла, — махнула рукой Амина, — просто давно хотелось всем рассказать, как я тебя за кокушки держала, а повода всё не было. А тут нашла как ввернуть, не упускать же такой случай?

Я устало вздохнул и повернулся к Маше с Алисой:

— Девочки, если готовы, то тогда лучше не затягивать. Нужно быстро всё сделать и убираться отсюда, — после чего вновь посмотрел на Амину, — а тобой я сейчас займусь!

— Здорово! — захлопала в ладоши Амина, — а как именно?

— Погоди, погоди, — затараторила Маша, — объясни толком, что нужно делать?

— Предлагаю такой план, — сказал я, подходя к Амине и запуская ей руку в волосы, в ответ на что она тут же замурчала как кошка, — сначала Петя выпускает Алису, она занимает позицию на краю воронки, и когда даст знак, Петя выпускает Машу. Она перемещается к Алисе, и когда будет готова, то аккуратно достаёт Петю и перетаскивает к себе.

— Вот здесь, если можно, поподробнее, — остановила меня Маша.

— Поподробнее не будет. Мы не знаем, можно ли перемещать Петю вместе с карманом, если он частично в нём. Возможно, ему нужно будет вылезти целиком, так что, смотри его не урони! — сказал я.

— Когда это я кого роняла? — возмутилась Маша.

— Ну, это я так. Просто дело в том, что раньше мы такое не пробовали… да и сам Петя не пробовал, так что технология нам толком неизвестна. Придётся вам импровизировать, — сказал я.

— Разберёмся! — с деловым видом сказала Маша.

Снаружи через вход не проникало ни звука, ни запаха, ни дуновения ветерка. Хотя для нас и входа-то никакого не было. Видел ведь его только Петя. И, с одной стороны, это было проблемой, потому что как только кто-то оказывался снаружи, мы тут же теряли с ним всякую связь. Но, с другой стороны, и достать нас было здесь невозможно, ведь этот вход ни для кого, кроме Пети, не существовал. А значит, сюда ни пуля не залетит, ни плазменный шар, да и никакое магическое воздействие тоже. В последнем я был не полностью уверен, но, скорее всего, именно так и есть.

Несмотря на то что все были побитые и измотанные… ну, почти все. По Амине вот было не видно, что она устала, держалась бодрячком, хотя и была почти без маны. Именно поэтому я и взялся её заряжать, ведь не дело, когда мощный боевой маг не может пользоваться своими силами. Накачивать я её старался максимально интенсивно, можно сказать «на форсаже», потому что времени на это было мало.

В общем, холод сделал своё дело и всех мобилизовал. Было бы тепло, мы бы ещё могли не один час валяться здесь на полу и постанывать. А может быть, и спали бы, спокойно восстанавливая силы. Но холод гнал всех наружу. Хотелось согреться.

Я тоже уже околел и хотя старался не подавать виду, но пять градусов, это всё-таки пять градусов. И почему тут так холодно? И почему именно пять?

В общем, мы наблюдали за операцией изнутри, и выглядело всё это так: Петя высунулся наружу вместе с Алисой, но она потом растворилась в воздухе целиком, как будто вывалившись в никуда. Петя продолжал ждать, высунув наружу только голову. Наверное, наблюдал, как Алиса подыскивает себе место на краю воронки.

Наконец, Петя вернулся целиком и кивнул Маше. Маша повторила примерно то же самое, что делала Алиса. Сначала высунулась. А потом полностью ухнула в никуда.

Петя опять остался головой снаружи, наблюдая за полётом Маши. Через некоторое время он тоже полез в свой невидимый портал и исчез там через пару секунд.

Всё! Мы остались здесь без хозяина этого места. От этого сразу стало как-то очень неуютно. Возникло ощущение, что мы всё не очень хорошо продумали. Повисла гнетущая тишина, и время стало тянуться очень медленно. Только кошачье мурчание Амины разбавляло этот вакуум.

Чтобы хоть как-то отвлечься, я спросил у Зои:

— Как твои некросы, ты их чувствуешь? Уцелел хоть кто-то?

Вопрос был, конечно, риторический. Я ведь видел, что случилось внизу, и даже мертвецам сохраниться там было просто нереально.

— Нет, — отрицательно покачала головой Зоя, — но это не потому, что их нет, а просто отсюда я не могу до них достать. Я это сразу почувствовала, когда здесь очнулась. Отсюда до них не дотянуться.

— Думаю, что никто из них не уцелел, — сказал я, — взрыв был мощнейший!

— Я поняла, — кивнула Зоя, — но не нужно думать, что я за них переживаю. Да, между нами образуется некая связь, и я их по-своему чувствую, когда командую. И мне, может быть, их даже жалко, когда они окончательно погибают… но это не та жалость. Это как жалость за потерянную вещь. Нужную, но не очень ценную. У них ведь нет души. Они пустые. Да, иногда очень полезные, но пустые. Это не люди и даже не животные. Пустые оболочки.

— Жестокая маленькая некроманточка! — усмехнулась Амина.

— Не надо! — строго взглянул я на неё, — Зоя всё правильно говорит! Именно так и нужно к этому относиться. Она всё верно понимает и оценивает, и не нужно пытаться заронить в неё сомнения. Жестоко как раз делать это, а не то, про что она рассказала.

— Прости, Зой, — вдруг без доли иронии сказала Амина, — Алик прав! Не мне тебя судить. Ты молодец и всё делаешь правильно. Это просто у меня дурацкая привычка, высмеивать всё, что вижу.

— Ты это так сказала, что я тебе даже верю, — удивлённо произнёс я.

— А это так и есть, — пожала плечами Амина, — я умею признавать свои ошибки. И сегодня уже не раз это вроде бы делала… мне прям, кажется, что я так и говорила: «Это была моя ошибка». Было ведь такое?

— Может, и было, — сказал я, — честно говоря, не помню.

В воздухе появилась голова Пети.

— Приехали, можно выходить! — радостно сообщил он.

— Чур, я первая! — воскликнула Зоя, — сил моих больше нет терпеть этот холод!