Чтение онлайн

Робот отцепился от капсулы и выпустил клуб газа, чтобы придать себе начальное ускорение, затем несколько секунд спустя включил сопла и двинулся к икосаэдру. Небесный эмиссар помахал нам рукой. «Всё в порядке», — раздался по связи его голос, тут же сменившийся шумами и треском. Техник выключил связь.

— Они нас глушат, — объявил он. — Теперь его благолепие отрезан от всех.

— Нет, — произнёс референт. — С ним Господь.

Спилекаптор увеличил изображение небесного эмиссара, которого робот спиной вперёд тянул к икосаэдру. Различить человека в скафандре было трудно даже при увеличении, но, кажется, он жестикулировал, хлопал себя по шлему и разводил руками.

— Ладно, мы поняли: ты нас не слышишь, — сказал Джезри.

— Меня беспокоит пульс его благолепия, — заметил один из членов команды.

— Вы получаете телеметрию? — спросил Джезри.

— Еле-еле. Голосовой канал заглушили первым. Теперь глушат остальные… Всё. Заглушили. Привет.

— У Геометров типично армейские замашки, — заметил Самманн. Я бы, наверное, и сам так подумал, если б он не сказал раньше.

Робот удалялся под редкие закадровые реплики, пока на его месте не осталось лишь несколько серых пикселей. Затем экран почернел. Самманн поставил жужулу на паузу.

— В оригинале дальше четыре практически пустых часа, — сказал он. — Они сидят и ждут. Твой друг Джезри втягивает референтов небесного эмиссара в философский диспут и разбивает их наголову. После этого у всех пропадает охота говорить. Примечательное событие всего одно: примерно через час Геометры прекратили глушить связь.

— Вот как? И эмиссара вновь стало слышно?

— Я этого не говорил. Помехи исчезли, но никаких сигналов от скафандра не поступило. Скорее всего он был отключён.

— Что-то случилось с эмиссаром или?..

— Большинство считает, что он снял скафандр, и тот отключился, чтобы сберечь энергию.

— То есть…

— То есть в эдре (так они называют икосаэдр) пригодная для нас атмосфера, — ответил Самманн. — Либо небесный эмиссар умер сразу по прибытии.

— Он умер?!

Самманн снова включил спиль. Тайм-код в углу перескочил на несколько часов.

— Новый сигнал с эдра, — объявил усталый техник. — Повторяющиеся импульсы. Микроволны высокой мощности. Я бы сказал, что нас прощупывают радаром.

— Как будто они не знают, где мы! — фыркнул кто-то.

— Отставить разговоры! — скомандовал голос. (Я подумал, что говорит капитан.) — Думаешь, нас захватывают?

— Как в выражении «захватить цель», — перевёл Самманн.

— Луч определённо остронаправленный, — сказал техник, — но постоянный, не наводящийся.

— Активность на буферной плите! — крикнул Джезри. — Точно в центре!

Вновь появилось изображение огромного треугольника с кругом посередине. Он медленно рос. В середине можно было различить чёрную точку. По мере увеличения стало видно, что это круглое отверстие.

— Отходим! — скомандовал капитан.

— Приготовиться к экстренному ускорению… три, два, один, пуск! — произнёс другой голос, и всё на минуту смешалось. Люди и предметы летали по капсуле. Слышались шипение, лязг, возгласы. Всё, что не было закреплено, прижалось к переборке, обращённой в сторону икосаэдра. Женщина-оператор ахала и чертыхалась не меньше других. Однако в конце концов она вновь смогла прижать объектив к иллюминатору.

— В отверстии что-то появилось! — объявил Джезри.

Снова томительное ожидание, пока дрожащий спилекаптор даёт наплыв. Однако на сей раз отверстие было не чёрное и резко очерченное, как раньше, а розовое, бесформенное. Розовая часть двигалась: она отделилась от основания икосаэдра. Что-то выбросили наружу, и оно дрейфовало в космосе. Отверстие сжалось, как диафрагма.

— На бомбу не похоже, — заметил кто-то.

— Преуменьшение года, — откомментировал Самманн.

— Курс на предмет!

— Приготовиться к ускорению… три, два, один, пуск!

И снова всё смешалось, пока ракета меняла направление хода. Опять пришлось ждать, пока неутомимая женщина-оператор подберётся к грязному иллюминатору и наведёт спилекаптор.

Она ахнула.

Я тоже.

— Что там? — спросил кто-то.

Члены команды не видели того, что видела оператор — и я — в увеличивающую оптику.

— Это он! Небесный эмиссар! — воскликнула оператор. Она опустила одну существенную деталь: эмиссар был совершенно голый. — Небесного эмиссара выбросили из шлюза!

Самманн остановил спиль.

— На следующие пять минут эта фраза стала крылатой, — сказал он. — Хотя, строго говоря, его выбросили не из шлюза, а из отверстия для запуска бомб.

Эмиссар на экране был маленький и в плохом разрешении, но он приближался, и я уже стиснул зубы, примерно понимая, что предстоит увидеть.

— Могу прокрутить запись дальше, если хочешь, — без особого энтузиазма предложил Самманн.

— Не надо. Хватит мне кровищи на сегодняшний день, — сказал я. — В вакууме человек взрывается, да?

— Вроде того. К тому времени, как тело втащили в капсулу… в общем, эмиссара уже трудно было узнать.

— Так Геометры его… убили?

— Неизвестно. Возможно, он умер от естественных причин на их корабле или даже раньше. При вскрытии нашли лопнувшую аневризму.

— Думаю, там много чего нашли лопнувшего!

— Фу! — подала голос Корд.

— Вот именно. Трудно сказать, лопнула она до или после.

— С тех пор Геометры что-нибудь передавали?