Анархист
Шрифт:
Виолетта во все глаза рассматривала ружья, винтовки, пистолеты.
– А это что — все настоящее? И так дешево!
– Зато не все могут купить — лицензия нужна, а ее не всякому дают.
– авторитетно разъяснил Сережа.
– А подержать хотя бы можно?
– протянула Виолетта, сделав губы бантиком.
– Вот этот пистолетик.
Девушка тюкнула ярко-красным ногтем по стеклу.
– Вообще-то это не пистолетик, а револьвер.
Сережа полез в карман, в связке ключей застряла тревожная кнопка, пришлось потрясти связку в кармане — движение двусмысленное, но Виолетте было не до этого.
Витринное стекло открылось, «Гроза» перекочевала в руки красотки.
– Какой большой!
– Виолетта погладила ствол.
– Я смотрю, вы разбираетесь, - Сережа двинул бровями, - в оружии.
– В размерах я точно разбираюсь!
– в тон ответила девушка.
– Тогда вы пришли по адресу — у нас размеры приличные.
Виолетта хихикнула, отдала револьвер веселому продавцу-консультанту.
– А у вас здесь и шляпки продаются! Вот это, наверно, то, что нужно!
– Это головные уборы — пробковые шлемы, шляпы из кожи буйвола, крокодила, есть даже из змеиной кожи.
– А из человечей нет?
– засмеялась Виолетта.
– Только под заказ! Для вас могу пожертвовать своей!
– вошел в раж Сережа.
– Для меня лучше кожу оставить, - стрельнула глазками девушка.
– А вот Владимиру Сергеевичу вот тот шлем бы подошел. Вы не могли бы его примерить?
– Один момент!
Чечеткин снял шлем с крючка, надел на голову:
– Как?
Виолетта поджала губы.
– Не знаю. У вас тип лица другой. У Владимира Сергеевича лицо пошире. А вы не могли бы, - Виолетта понизила голос, приблизившись почти в плотную, - пригласить вашего товарища. У него лицо подходящее.
Сережа ответил через несколько секунд — так заинтересовало кружевное белье в вырезе блузки.
– Конечно, сейчас сделаем.
– он поднял глаза, встретил взгляд девушки. За стеклами очков лучились изумруды. «Так и манит, так и манит...»
– Вова! Смотрите-ка, тоже Владимир, только Владимирович.
– хмыкнул Сережа.
– Вова, подойди пожалуйста, твоя помощь требуется.
Подошел Владимир Владимирович с формой лица Владимира Сергеевича:
– Ну?
– Одень шлем, брат, поработаешь моделью.
– Сережа протянул пробковый аксессуар.
Вова нахмурился, но шлем напялил, дурашливо улыбнулся.
– Владимиру Сергеевичу пойдет.
– решила Виолетта.
И тут случилось то, что даже во сне не должно случаться.
С треском распахнулась входная дверь (это с доводчиком и весом около полутонны), в магазин ввалился гоблин с пистолетом в руке. Пистолет Сережа сразу идентифицировал — ПМ, причем настоящий! В следующее мгновенье понял, почему пришла ассоциация с гоблином — на голове верзилы блестел стеклышками противогаз.
Гоблин стукнулся головой о притолоку и зарычал голосом Джигурды:
– Руки на затылок! Кто двинется, маслину в лоб!
Из-за его спины выскочили гоблины поменьше. У одного такой же ПМ, у другого в руках какая-то труба.
В ухо Чечеткину ввинтился тонкий звук. Он скосил глаза — визжала Виолетта.
– Заткнись, сука!
– рыкнул маленький гоблин с пистолетом.
Визг моментально оборвался. Вооруженные гоблины встали у противоположных стен, держа на мушке менеджеров. И Виолеттой не прикроешься!
– Руки!
Сережа вскинул руки на затылок. Вот тебе и тревожные кнопки! Стационарные, мобильные, прямой сигнал в полицию! Кто же знал, что так случиться! Эх, на затылке кнопку надо было крепить! Пока в голове менеджера метались мысли об упущенных возможностях, к самому менеджеру подскочил мелкий гоблин с трубкой. Только это не трубка оказалась, а баллон. Блеснули стекла противогаза, пшикнул баллончик, Чечеткин вдохнул и отключился.
Сережа открыл глаза и чуть не задохнулся. Закашлялся, вдохнул, в глазах рассыпались фиолетовые звезды, носовые пазухи зачесались изнутри, мозговые извилины вздрогнули и запустили ход нейронов. Менеджер дернул головой, пытаясь избавиться от источника запаха, и обнаружил себя сидящим на полу у стены. Ему в нос тыкала ваткой девушка в белом халате. Сверкали стеклышки очков, но за ними была не Виолетта, а лицо, скривившееся в недовольной гримасе. «На себя посмотри, подумал Сережа, чучело!»
– Нюхай, нюхай!
– требовало чучело.
Сережа отвел руку с пронашатыренным комком ваты, огляделся. По залу ходили полицейские, люди в белых халатах и парни в обычной одежде, но с государственной уверенностью в движениях. Метрах в пяти на полу валялся пробковый шлем. А Виолетты нигде не было.
– Очнулся?
Сережа увидел джинсы, туфли (с виду очень дорогие), поднял глаза. Спрашивал мужчина с солидным чиновничьем пузом, широкими плечами, обтянутыми серой рубашкой в тонкую блестящую полоску. На властном, несколько заплывшем лице застыло требовательное выражение.
– Да, угрозы здоровью нет, можете допрашивать.
Чучело выпрямилось, в разрезе халата Сережа отметил вполне нечучельные ноги, но мыслям, устремившимся было в приятную сторону, стреножил ноги голос пузана:
– Я старший оперуполномоченный ОРЧ Гаршин. Можешь встать?
– Попробую.
Чечеткин подобрал ноги, опираясь на стенку, встал. Голова кружилась, но позволяла контролировать движения.
– А где Вова?
– Опрашивают Вову.
– сказал Гаршин, глядя снизу вверх.
Он так и впился глазами в Сережу, как штопором вытаскивал мысли, хотя чего-то особенного вытаскивать не было. Чечеткин почувствовал себя виноватым, чуть сгорбился, стараясь сравняться в росте.
– Сейчас твой директор приедет, а пока прикинь, что похищено, и пошли присядем, разъяснишь мне, что произошло, как тебя баба развела.
Сережа, покачиваясь, прошел по залу. Удивительно, но особого беспорядка не обнаружил. Открыты только две витрины: одна с нарезным оружием, другая с боеприпасами.