Чтение онлайн

Как ни странно, импровизация Рэна сработала. Как только орки увидели Обжору, склонившегося над телами разведчиков, от их осторожности не осталось и следа. Громко, улюлюкая и выкрикивая проклятия в адрес хищника, с копьями наперевес они кинулись вперед. Видимо надеялись, что кто-то из их товарищей еще жив.

Харн легко увернувшись от нескольких стрел, прыгнул за широкий камень. Его громкий насмешливый рык похоже еще больше раззадорил нападавших, чем я тут же не преминул воспользоваться.

— Вы атаковали Степной орк (13).

— Вы нанесли урон 29!

— Вы атаковали Степной орк (11).

— Вы нанесли урон 63!

— Вы атаковали Степной орк (11).

— Вы нанесли урон 52!

— Вы атаковали Степной орк (12).

— Вы нанесли урон 41!

— Вы атаковали Степной орк (10).

— Вы нанесли урон 72!

Подтолкнув Ми вперед, я сказал:

— Поторопись, у тебя мало времени. Обжора тебе поможет.

Гремлин решительно кивнул и сильно сжав свой тонкий нож побежал в сторону замерших орков. Там уже были Бруни, Рэн и Обжора.

А спустя несколько секунд мне пришло четыре оповещения о победе. Пятого орка Рэн крепко связав, оттащил к камням. И там уже о чем-то быстро допрашивал.

— Надо уходить, — хмуро сообщил он, после допроса. — Это охотники из клана Рыжих волков. Их временное стойбище в двух днях пути отсюда. Скоро их хватятся и отправят воинов посерьезней.

Дорогу на юг я бы охарактеризовал несколькими словами: грязь, холод и нечеловеческая усталость. Последние двое суток прошли для нас, как в страшном и бесконечном сне. Даже Рэну и Бруни с их уровнями было непросто.

Рейнджер будто предчувствуя беду, как заведенный тащил нас вперед. И несмотря на усталость и неприветливую степь, сегодня мы, наконец, достигли цели…

— Костяной мост! — с благоговением в голосе сообщил Ми, когда мы увидели исполинских размеров скелет какого-то чудовища, лежавший поперек русла беспокойной реки.

К слову гремлин, путешествовавший все это время верхом на харне, был самым отдохнувшим из нас.

— Говорят, что вон тот холм образовался на черепе этой твари, — тяжело дыша, поделился своими знаниями Рэн.

Должен заметить, рейнджер оказался не самым разговорчивым парнем. Конечно, он говорил, но больше о том, что интересовало его самого…

Особенно ему нравилось задавать мне всякие вопросы. Например, о моей магии, о том, как я здесь оказался, о харне… Я, естественно, отмалчивался и выдавал лишь крохи информации, отчего Рэн всегда хмурил брови и недовольно чесал затылок. При этом сам отвечать на мои вопросы не спешил… В общем, у меня сложилось такое впечатление, будто рыжий разведчик обвешан клятвами, словно праздничное дерево.

А что касается Бруни… Здоровяк, мягко говоря, был носителем очень специфической информации… Я бы добавил, довольно поверхностной. Например, он мало, что знал о магах, ценах на эски и скрижали, а также о политической ситуации в королевстве, но прекрасно разбирался в столичных гастрономических маршрутах. Знал, где и в какой таверне, подают самые вкусные кровяные колбаски и варят лучшее пиво. Был знаком с каждым уважаемым кабатчиком и помнил имена всех симпатичных подавальщиц. Уверен, попади я сейчас в столицу вместе с Бруни — без крова и еды я бы не остался…

Увы, но мужчины по-прежнему ничего так и не рассказали о своем отряде и о причинах побудивших их командира отправиться в Пустоши. Байка о капитане карьеристе меня все больше и больше смущала.

— Нам надо торопиться… — сказал Рэн, взволнованно оглядываясь по сторонам. — У меня плохое предчувствие…

Я тоже осмотрелся. Мокрая серая степь. Взбесившаяся река. Древний жуткий мост, за которым вдалеке чернеет стена деревьев Каменного леса. Любопытно, что именно не дает покоя нашему командиру?

Я взглянул на Обжору. Кот был спокоен.

Чем ближе мы подходили к мосту, тем больше нервничал Рэн. Его волнение передалось и всем нам. Мы шли, оглядываясь по сторонам, постоянно следя за окрестностями и за тем куда ставим ноги.

Когда до моста оставалось шагов двадцать, Обжора сообщил, что он чувствует странное присутствие, но не может понять, где именно.

Оказавшись рядом с исполинским скелетом я, ошарашенно раскрыв рот, застыл на месте. Кости за многие века превратились в серый камень. Гигантские ребра выполняли роль опор. А в канале хребта, где когда-то был костный мозг твари, орки дабы облегчить путь своим шаманам, выложили настил из широких досок. Бурлящая река на фоне этого моста казалась всего лишь злым ручейком.

— Вперед! Быстрее! — подгонял нас Рэн.

— Хрн! — вторил ему Обжора, чешуя которого постоянно вибрировала.

На мост зайти мы так и не успели. В метрах ста от нас, из-за холма появились три всадника.

— Варги! — рыкнул Бруни.

— Готовьтесь к схватке! — крикнул Рэн и повернувшись ко мне произнес:

— Сейчас нам понадобиться все твое искусство! Это шаман и его свита!

Видя, что мы никуда не собираемся убегать, два всадника ударив пятками широкие бока своих волков, рванули вперед. Степь огласил, холодящий кровь, волчий вой. Восемнадцатый уровень волков и двадцатый орков, ставили под сомнения возможность нашей победы.

— Прячься! — крикнул я гремлину, активируя ауру болотника.

Во всадников, полетели первые стрелы Рэна и Бруни. Защитные амулеты шамана, которыми по всей видимости были обвешаны его телохранители, работали безукоризненно. Черные снаряды, не нанося урона, рассыпались в пыль.

Я пока не атаковал, потому как дальность не позволяла.

Колчан Бруни быстро опустел. Отбросив лук в сторону и выхватив ятаган, здоровяк с бешенным рыком, выдвинулся навстречу врагам.

Двадцать метров… Я уже хорошо вижу, скалящиеся клыкастые рожи орков. Крепкие, широкоплечие — они заметно отличаются от своих сородичей. Демонстративно не используют луки. Видимо хотят взять нас в плен.