Чтение онлайн

И тогда ему понадобятся белые тяжёлые штуки, что Принц сохранил, а ещё руда. Да, Хозяину очень плохо. В первый раз он видел, чтобы того сумели ранить. Может, потому, что у плохого друга был белый меч?

Такой укус просто так не заживёт. Итак, что сейчас требуется? Правильно — добыть побольше зелёных камушков, а потом срочно отправиться искать Хозяина. Только вот сделать это не так-то просто.

Варан наблюдал за приготовлениями к отъезду, застыв на потолке. Присоски и новая маскировка позволяли ему сливаться с окружением. Он внимательно следил, как захватчики перетаскивают драгоценный груз к варанам, как празднуют случившееся и как самка Хозяина кормит искалеченного доброго крысолюда.

Принцу было его жалко. Без лап, он безжизненно принимал пищу с женских рук. Его постоянно пытали. Злой человек что-то такое делал глазами, что причиняло боль раненому. Девушка пробовала защищать его, но напрасно.

Однако пленник не потерял надежду. Однажды он просто лежал на спине и смотрел в потолок. Принцу показалось, что воин заметил его, но не показывал виду.

Стало тревожно: а вдруг и остальные в курсе и готовят атаку? Но запахи и внутреннее чутьё варана подсказывали обратное. Тогда едва заметно Саймон подмигнул ему.

Самка уговорила дать немного руды крысолюду. Она ухаживала за ним как могла: кормила, поила, делала для него зелья. Правда, большую их часть отбирали, но благодаря ей пленник не умер.

Всё это длилось четыре дня, пока не прибыл Брогг. Он о чём-то поговорил со злым другом Хозяина, и спустя три часа караван выдвинулся из травянистой пещеры. Принц выждал момент и проскользнул внутрь.

Спустившись на землю, он побежал к большому скоплению спасительных камней и принялся рыть лапками. Не удержавшись, он и сам умял их штук сто. Они так легко доставались ему, что варан не знал, как быть. Природа так и тянула поглотить ещё один, потом ещё…

Вскоре ему стало плохо. Да так, что Принц потерял счёт времени. Очнулся спустя день и с ужасом понял: он только что серьёзно просчитался. Хозяин где-то там страдает, а он отдался желаниям, как какой-то глупый неразумный зверь!

В этот раз Принц справился. Тем более ему поплохело от съеденного. Будто внутри что-то менялось, и варан не понимал что. Это было болезненно. Хвостом он отстегнул две сумки с боков и наполнил их зелёными камнями под завязку.

К сожалению, повесить их назад не удалось, так что он просто взял их в зубы и покинул пещеру. Дальше его обострившийся нюх вёл по коридорам вглубь туннелей. Останавливаться на отдых он даже не смел. Очень хотелось есть, но варан не позволял себе заминок.

Можно было погрызть один камушек, но душил стыд — вдруг Хозяину не хватит именно этого кусочка? Какие потом искать оправдания? Нет, потерпит. Принц выносливый. Да, он сильный и умный. Таких ящеров надо ещё поискать.

Он уже не помнил, сколько дней прошло, но в какой-то момент нюх уловил едва заметный запах крови. Варан порядком устал и двигался на одном желании успеть.

Сначала ему встретился булыжник, покрытый засохшей кровью. Без сомнения, тут был Ник! Дальше всё стало намного проще: он находил такие «послания» вплоть до того дня, пока не наткнулся на спящего в укрытии исхудавшего человека.

«Кажется, я вовремя», — подумал Принц и с гордостью положил перед Ником две сумки, полные руды. — «Ах да, его же надо разбудить».

* * *

Ник проснулся от настойчивого тыканья чего-то холодного прямо в лицо. Он уже привык, что к нему иногда подползали всякие хищники и пытались пробовать на зуб, но особо не беспокоился. Каменная кожа не даст ему отбросить коньки так просто.

Обычно он просыпался, давал по морде очередному наглецу и дальше мучался от открывшихся ран. Пещера, словно будильник, не давала ему нормально восстановиться. Но что поделаешь — таков вселенский порядок. Одно животное поедает другое, а тут такой подарок судьбы…

В общем, он чуть не съездил по физиономии откуда-то взявшемуся Принцу.

— Дружище… Это ты? — не веря своим глазам, он убрал занесённый кулак и расслабился, вид варана удручал — схуднул тот знатно, хотя и на Жнеце живого места нет. — Похоже, тебя пора переименовать в Бухенвальд.

Ящер непонятно на него посмотрел, но Ник отмахнулся, мол, это наши человеческие шутки.

— А тут что? — в горле у него пересохло, обычно он напивался из какой-нибудь каменной «чаши», куда каплями стекалась вода с потолка. — Да ты шутишь? — говорить было больно, но то, что он увидел, заставило потерять дар речи — два полных емировой рудой рюкзака. — Это всё мне?

Принц устало лёг на пузо.

— Эй, а ну держись там, — Ник бросил ему три камня, — Подкрепись пока, — надо было сперва решить вопрос с собой, как в той инструкции в самолётах с кислородными масками: сначала надевает взрослый, потом — ребёнок.

Всего он насчитал в сумках тридцать семь штук. Больше не поместилось. Это было спасением в его тяжёлой ситуации. Руда не давала эффект обезболивания, но могла снизить распространение окаменения. Он уже забыл, что такое дышать полной грудью — страшное дело.

Нечего тут разлёживаться. Ник достал крокодилий зуб, вздохнул и снова принялся себя резать. Принц с любопытством смотрел на этот процесс — свою долю-то вмиг умял, но не было похоже, что ему хочется ещё. Странно.

А ещё Ник чуть не подавился от смеха, когда увидел глаза по пять копеек после метаморфозы в крокодила. Это так удивило варана, что он пялился на него, как на диковину.

— Да отвернись ты! — смеясь и вздыхая от боли, приказал Ник, странное сочетание ощущений, но варан реально мешал делу. — П-ха-хах, — Жнец выронил зуб и вернул обычную голову. — Всё видишь? Это я, успокойся, — он вытер накатившие слёзы и снова трансформировался.

Дальше — привычные разрезы, удаление камня, рвота от нервного перенапряжения, но перед тем как потерять сознание, он засунул внутрь себя четыре камня. На приказы и что-то ещё сил не хватило. Темнота. Провал. Сон.

Очнулся посвежевшим. Нет, боль особо никуда не ушла и всё так же надоедала. Однако душ пропало меньше — всего лишь пятьдесят. Общие траты составили две тысячи восемьсот за десять дней — чудовищно много и расточительно.

Сейчас у него четыре тысячи шестьсот. Путём нехитрого подсчёта он сообразил, что камней хватит лишь на неделю с хвостиком. За это время потеряется ещё триста пятьдесят душ. Плохо.