Анфиса
Шрифт:
– Всё, в баню надобно несть, токма аккуратно, – сказала баба Вера.
Я опять положил лечебную колыбель с Ириной на край ступы и, придерживая с одной стороны, осторожно стал двигать вперёд, Василиса помогала мне с другой стороны, а баба Вера с Анфисой пошли позади нас. В бане мы поставили кокон с Ириной на лавку, на которой совсем недавно лежал я со своей полуотрезанной ногой, и баба Вера меня выгнала на улицу:
– Негоже мужику смотреть, как бабу из кусков мяса собирают, иди отсель!
За дверью стояла Анфиса, она увидела меня, припала ко мне на плечо и разрыдалась:
– За что же её так? Почему самым безвредным и беззлобным людям достаётся больше всего?
Из бани вышла Василиса, припала на второе плечо и тоже разрыдалась, мне пришлось выступать в роли утешителя:
– Зря вы плачете, ведь мы успели вовремя, баба Вера вылечит Ирину, и всё будет хорошо, станет она как новенькая.
– Да, – ответила, всхлипывая, Василиса, – во всём мире есть только один человек, которому иногда удается восстановить организм после переломов позвоночника, и это моя бабуся, самая лучшая в мире целительница Вера Васильевна.
Из-за двери послышался голос с очень характерным тембром:
– А ну-ка идите отседова! Ишь чего удумали: рыдать под дверью! Сырость токма разводить и мне мешаться!
Мы ушли короткими тропинками к Лукоморью, уселись под Сказочный дуб и стали любоваться огромными волнами, с шумом накатывающимися на песчаный пляж. Говорить ни о чем не хотелось.
– Надо всем сообщить, что все нормально, – сказал я.
– Уже сделала, – ответила Василиса, – теперь посидим и подождём.
Я попробовал последовать этому пожеланию, но не смог – уж слишком тяжёлым грузом висело молчание.
– А вообще, не понимаю, зачем такие сложности – делать где-то тайные подходы к Библиотеке, маскировать их? Не проще ли сделать вход в Заповедном лесу, рядом с избушкой?
– Если бы всё оказалось так просто, то давно бы сделали, – ответила Василиса.
– А что там сложного, неужели такое бабе Вере и Николаю не под силу?
– Наша Библиотека не простая, а волшебная, раньше она принадлежала клану Абсолютного знания, а мы ещё в восемнадцатом веке её отбили и забрали себе. Магия этой Библиотеки чужеродная, и Заповедный лес не принимает постройку входа в Библиотеку на своей территории. Сколько ни пробовали – не получалось, постоит день-другой и разрушается. А самое страшное случается, если кто-то в момент разрушения пойдет в Библиотеку, у нас так пропал один человек – совсем исчез, словно и не жил никогда.
– Так что же это получается? Наша Библиотека и есть центральный артефакт клана Абсолютного знания?
– Не самый главный, но один из трёх краеугольных, поэтому Николаю и нельзя отлучаться, может так произойти, что Абсолютники просто-напросто захапают себе её обратно, когда хранителя на месте не окажется. А в Библиотеке сейчас много и нашего хранится – все волшебные книги и летописи.
Вот это да, я узнавал про наш клан всё новые и новые удивительные подробности, как говорится, чем дальше в лес, тем всё страшней и интересней! Вот закончится война, сяду и прочитаю всю историю нашего клана или Ирину попрошу кратенько рассказать. Она-то ведь наверняка уже всё знает, это только я такой лентяй и лоботряс – никак не соберусь приступить к нормальным занятиям. А учиться надо обязательно, а то хожу между волшебников на равных и уже себя великим чародеем возомнил, а если разобраться, то я ведь – полный ноль!
Не знаю, читала ли мои мысли Василиса, но мне казалось, что не просто читала, а ещё и мысленно тихо поддакивала, зато Анфиса как-то с хитрецой ухмылялась, делая вид, что она совершенно не согласна с моими выводами. Даже и не знаю: то ли я опять незаметно для себя на тихую речь перешёл, то ли мне всё померещилось и никто мне не поддакивал и не ухмылялся? Мы ещё помолчали. Минут через двадцать к нам по тропинке вышла баба Вера и сказала:
– И что расселись, как на именинах? Всё хорошо. Будет ходить.
Мы вскочили, и первой от радости закричала Анфиса:
– Верочка, ты молодец!
– Бабуля, ты самая лучшая в мире!
– Качай бабу Веру! – подхватил я.
Баба Вера с неожиданной прыткостью отскочила и заругалась:
– Я табе покачаю! Сейчас так покачаю на лопате! Мигом в печи окажешься, баламут этакий!
– Да я сегодня на всё согласен, и на печь тоже, пойдём к Ирине!
– Куды поскакал? – осадила меня баба Вера. – Спит она, восстанавливается. Сам-то после кажной царапины сутками дрыхнешь. Вот и не мешай другим отдыхать.
– Потом проведаем, нам сегодня ещё с кланом Горных мастеров встречаться, – сказала Василиса.
– Да, надо идти, – согласилась Анфиса.
Мы уже подходили к границе леса, как нам навстречу выскочил Бурый Волк:
– Вот где вы! Разведал я: сплошные корни растений-убийц. От лесов Фиолы до самой горы Семи ветров. Заполонили всё! Гибнут даже сорняки!
– Спасибо, Семён, – сказала Василиса, – это очень важная информация.
– А возьмите меня с собой! Вы же на дело идёте? – попросил Бурый Волк.
– Против растений-убийц ты ничего сделать не сможешь. Как только найдётся ещё дело для тебя – сразу позовём, не сомневайся. А пока охраняй Заповедный лес, мы в ближайшие дни часто подолгу все отлучаться станем.
– Но если что – не забывайте, зовите сразу!
Волчок встал на задние лапы, попытался всех облизать, а когда не удалось, бросился в лес и скрылся в зарослях.
– Семён? – удивился я. – А почему ты его так назвала?
– Потому что до вступления в клан его так и звали. Баба Вера, где путеводный клубок? Я не хочу ещё один раз топать пешком до Огненной горы, тем более что Анфиса обернуться в птицу не сможет.
– Он же бесценный – штучная вещь! Токма для самых важных случаев.
– Сейчас как раз такой и есть – война, чтобы не рисковать и передвигаться скрытно, он незаменим. Доставай, я знаю, что он у тебя в кармане лежит.
– Вот горе-то, настыра этакая!
Баба Вера достала путеводный клубок, приложила его себе ко лбу и бросила на землю, почему-то из её рук он покатился медленно и неспешно, и мы так же неторопливо и вышли в главный зал пещеры клана Огня. Но баба Вера с нами не пошла, а повернула в сторону кромки леса, я это только в последний момент заметил, когда очертания Сказочного дуба стали блекнуть, как-то у неё ловко получилось сойти с магической дорожки, одно слово – мастерство!