Чтение онлайн

– А вы откуда знаете? О контракте? – подозрительно спросила владелица кота.

– У Валерии Станиславовны прелестная собачка. Персидский грифон по кличке Гарольд. В то время как я выгуливала Бетси, она выводила Гарольда. Несколько раз нам удалось побеседовать, в то время как собаки делали свои дела. Вот на этой самой лавочке.

Острый подбородок указал на стоящую у подъезда скамейку. Массивные ножки, похожие на львиные лапы, изогнутая спинка, в узоре чугунного литья которой можно прочесть и королевские лилии и вензеля. Настоящий трон! Но трон такой длины, что при желании на нем может уместиться маленькая королевская династия. Значит, на этой самой лавочке…

– Валерия Станиславовна – дама приятная во всех отношениях, – добавила старушка, тронув указательным пальцем брошь. Зеленый камень весело подмигнул Леонидову: а ты сомневался?

– Пардон, – отвесил вдруг Серега неуклюжий поклон.

Левретка на это испуганно тявкнула, а кот фыркнул. Алексей же изумленно поднял брови. Обстановка подействовала. Дуэльные шпаги, старушка с буклями, левретка…

Барышев отвел друга в сторонку:

– Леха, что скажешь? Две бабы, один мужик.

– Хочешь сказать, что одна из ревности заколола его шпагой? – чуть не рассмеялся Алексей.

– Но у нее мог быть мужчина. Хороший фехтовальщик.

– Значит, надо устанавливать круг знакомств.

– Мать их. Глянь, какая тварь, – сделал едва заметное движение бровями Барышев.

– В жилете или под пуделя?

– Почему под пуделя? Это и есть пудель.

– Это, Сережа, кот.

– Иди ты! – Барышев прищурился, потом удивленно сказал: – А ведь верно! Кот!

– А ты говоришь, зоопарк. Вот где зоопарк!

– А смысл? – покосился Серега на кота.

– Деньгам нужно лицо. А лицо денег есть что?

– Что?

– Вещи, которые на них можно купить.

– Кот не вещь, – разумно заметил Барышев. – Он – животное.

– Ты сам недавно спрашивал, за что мучаются слоны.

– Леонидов, ты жутко умный. Но мне сейчас не до этого. С которой бабы начать? С той, что под боком, или с той, что на даче? По логике вещей…

– По логике вещей, начать надо с охранника.

Леонидов обернулся и поманил пальцем парня в камуфляже, который стоял у шлагбаума с застывшим лицом. Парень посмотрел на Барышева. Серега сделал выразительное движение бровями, и парень тут же направился к ним. Они отвели его подальше. На угол дома.

– Ты здесь с утра? – спросил Алексей.

– Так точно. Мой день.

– Черный «форд», в номере буквы «АГУ» видел? – деловито осведомился Серега.

– А как же! – оживился охранник. – То приедет, то уедет.

Друзья переглянулись.

– То есть? – напряженно спросил Алексей.

– Мне как? С самого начала?

– Именно, – кивнул Серега.

– Значит, дело было так, – с готовностью откликнулся парень.

– Первый раз машина марки «форд» черного цвета с комбинацией букв «АГУ» в номере, две в начале, третья, «У», в самом конце, появилась здесь в половине третьего, – отрапортовал охранник. – Из нее вышел знакомый мне мужчина. Я знал, что он приезжает к Евгению Рощину. Видал несколько раз, как режиссер его провожал.

– Кто такой, не знаешь? – спросил Леонидов.

– Имени и фамилии не спрашивал, но по просьбе Рощина пропускал беспрепятственно. Мне, главное, машину знать в лицо, – тихо добавил парень.

– Чаевые берешь? – прищурился Барышев. Парень потупился.

– Не мешай, – покачал головой Алексей. И охраннику: – Продолжай.

– Мужчина припарковал машину, подошел к двери во второй подъезд, набрал комбинацию цифр, по переговорному устройству связался с хозяином, и тот открыл дверь.

– Открыл сразу? – уточнил Алексей.

– Сразу. Мужик вроде как сказал: «Женя, это я». После того как Рощин спросил: «Кто там?» И дверь тут же открылась.

– Значит, в половине третьего Рощин был жив.

– Вот, вот, – кивнул охранник. – Я еще подумал: приятели собираются.

Алексей вновь переглянулся с Барышевым.

– То есть? – спросил тот.

– За полчаса до того к режиссеру пришел этот… Артист. – Парень в камуфляже невольно поморщился. – Смазливый такой. Блондин.

– Белкин?

– Я сериалов не смотрю. У баб спросите.

Женщины, выгуливающие животных, не спешили расходиться. Но вряд ли они здесь с двух часов. Погода, конечно, хорошая. Но…

– Он вышел из подъезда минут через десять, – сказал охранник, – хозяин «форда». И молча направился к машине. Лицо у него было…

Он вдруг задумался.

– Какое лицо? – спросил Алексей.

– Ну, вроде как не в себе человек. И весь какой-то… зажатый. Или напуганный. Да, так. Словно бы ростом меньше стал. Съежился.

– А это точно был он?

– Спрашиваете! Я ж не слепой! И шрам под глазом в виде подковы. Приметный. Он достал ключи от машины, сел в «форд». Я спросил: «Открыть?» Имея в виду шлагбаум. Он кивнул. Я поднял шлагбаум, и он уехал.

– А артист?

– Артиста не видел.

– А Белкин… Ну, артист, пришел пешком? Или на машине?

– Пешком.

– У него что, машины не было?

– Почему не было? Была. Может, сломалась. Или продал. Он их часто менял, машины. Я в них запутался. Вот артиста пропускал по фейсу. То есть по лицу. Смазливый мужик, – не удержался охранник. – Уж больно бабам нравится. И баб у него! Как машины меняет. Покатается с месяц, глядишь, у него уже другая.

– Женщина или машина? – хмуро спросил Барышев.

– Обе. Путаный мужик.

– Вот даже как? У них были с Рощиным какие-то дела? – спросил Алексей.

– Спрашиваете! Частый гость! Да, примерно через час черный «форд» вновь подъехал к дому. И я снова его впустил на территорию. Я почему запомнил, – виновато сказал парень, – мне показалось, что машина помятая. Вроде как в ДТП попала. А хозяин ее вошел в дом и буквально через минуту вылетел оттуда как ошпаренный. И лицо у него было такое… Еще хуже, чем в первый раз! Тогда был черный, а теперь бледный, словно смерть. Вот. – Парень перевел дух.