Ангард!
Шрифт:
Сторож исчез, но предварительно запер входную дверь.
– Почему нам сюда нельзя? – удивился Барышев.
– Ты не член клуба. Я подозреваю, здесь подпольный тотализатор.
– Тотализатор?
– Фехтуют за деньги. Вот если бы ты был фехтовальщиком…
В этот момент дверь открылась. На пороге стоял спортивного вида мужчина лет сорока с небольшим. На висках легкая седина, во взгляде легкое презрение.
– В чем, собственно, дело? – спросил он.
– Моя фамилия Леонидов. Леонидов Алексей Алексеевич. Я от Аркадия Ивановича, вашего бывшего тренера. Один из ваших учеников убил человека. Вот в чем дело.
– Ах, это вы… Аркадий Иванович мне звонил. – Фирсов окинул его внимательным взглядом. Потом Барышева. Усмехнулся: – Ваш товарищ спортсмен?
– Фехтованием не занимаюсь, – сказал Серега.
– Боюсь, у вас и не получится.
– Что-о? – слегка обиделся Барышев.
«Подумаешь, премудрость!» – прочитал в его взгляде Алексей.
– Заходите. – Тренер посторонился.
Они вошли в клуб. Что ж, ничего примечательного здесь не было. Клуб как клуб. То есть как спортивный клуб. Стены выкрашены масляной краской, потолок побелен, полы застелены линолеумом. На стенах щиты, на щитах фотографии. Под соответствующими надписями: «Наша гордость», «Наши чемпионы», «Лучшие фехтовальщики». Алексей пригляделся. Нет, знакомых лиц он не увидел. Ларчик так просто не открывался. Александр Фирсов сказал:
– Вообще-то у нас тренировка. Заканчивается она минут через двадцать.
– А потом? – спросил Алексей.
– Что потом? – сразу напрягся тренер. – Потом по домам.
– А почему мы не можем присутствовать на тренировке?
– Присутствуйте. Прошу.
Вслед за Фирсовым они направились в зал для фехтования. Алексей внимательно разглядывал все, что было в клубе. Похоже, здесь недавно делали ремонт. Все было новенькое, с иголочки. Тренировка заканчивалась. Ученики давно уже отработали удары на манекенах и теперь сражались, разбившись на пары. Остро пахло потом. В зале раздавались дикие крики. Слышался характерный звук: клинок бился о клинок. Зрелище захватывало.
Алексей заметил его сразу, хотя парень был в маске. За глухой темной сеткой не было видно лица. Но он действительно был лучше всех, Евгений Рощин-младший. Невольно вспомнились слова Аркадия Ивановича: «Мне бы только увидеть его боевую стойку…»
Что ж, старый тренер остался бы доволен. Рощин-младший был выше среднего роста, но еще по-мальчишески нескладный и худой. Тем не менее, в нем уже чувствовалась порода. Противник его весь был словно на шарнирах, Евгений-младший, казалось, застыл в одной позе. Работали только ноги. И кисть правой руки, в которой парень держал шпагу. Лишних движений он не делал. Но противник отступал. Отступал, взяв защиту. Наконец не выдержал, сделал выпад и тут же наткнулся на шпагу.
– Альт! – крикнул Фирсов. – Женя, молодец!
– Как фамилия парня? – спросил Алексей.
– Это Женя Лепаш. Наша гордость.
И все-таки Евгений Лепаш!
Сын Рощина вновь принял боевую стойку. На этот раз он сам ринулся в атаку. Укол последовал практически мгновенно, противник не успел среагировать.
– Альт! Достаточно! – крикнул тренер. – Женя, теперь ко мне. Коля, потренируйся в паре с Алехиным.
Евгений Лепаш снял маску и подошел к тренеру. Взгляд у него был настороженный. Алексей понял, что его узнали.
– Здравствуйте, – вежливо сказал парень. Белое ему шло. Как и шпага. Лицо было смуглое, волосы темные. Вот только стрижка короткая и серьги в ухе нет. А в общем похож. Очень похож. На семнадцатилетнего Женю Рощина с той самой фотографии. Неужели же он ее никогда не видел?
– Здравствуй, Женя, – сказал Алексей.
– Все расследованием занимаетесь? И как успехи? – усмехнулся парень.
– Вы знакомы? – слегка удивился Фирсов.
– Да. Я вчера беседовал с Маргаритой Генриховной. Женя, а ты каждый день ходишь на тренировку?
– Да. А что?
– А школа? Одно другому не мешает?
– Вы мне кто? Папа? А может, друг семьи?
Глаза у парня зло сверкнули. Похоже, от Рощина он унаследовал не только внешнее сходство. Но и темперамент.
– Евгений, пойдем-ка потренируемся, – скомандовал Фирсов. И гостям: – Извините. Тренировка еще не закончена.
– Ничего. Мы подождем, – откликнулся Алексей.
Они отошли. Барышев напряженно смотрел вслед Евгению Лепаш.
– Мать честная! – напряженно сказал он. – Это же…
– Вот именно. Можно поверить в переселение душ, глядя на этого парня.
– Вот гад! – выругался Серега.
– Кто?
– Рощин! Сына бросил!
– Ну, вот так.
Противники надели маски. Алексею стало интересно. Фирсов не мальчик для битья. Как-то справится Женя Лепаш? Они были почти одного роста, и стойка у Фирсова была надежная. А рука длинная.
– Алле! – скомандовал он.
Оба осторожничали. Финтили, делали ложные замахи. Фирсов первый пошел в атаку. Женя ответил, но тут же нарвался на укол.
– Альт!
Парень отошел и снял маску. Алексей вдруг поймал его взгляд. В нем была откровенная досада. И еще что-то. В темных глазах зажегся мрачный огонек, губы словно отвердели и сделались уже. Ну вылитый Рощин!
– Женя, ангард!
Парень надел маску и занял боевую позицию. Алексей подумал, что он сейчас ринется в атаку. Такой был взгляд! Не угадал. Евгений-младший выжидал. Алексей наблюдал все тот же рисунок боя. Фирсов пошел в атаку первым. Евгений отступил. И еще. Фирсов сделал выпад. Но на этот раз парень сделал батман и ответил так резко и стремительно, что тренер в прямом смысле слова нарвался на клинок.
– Альт! – скомандовал он.
И на этот раз отошел сам, снял маску. Покачал головой: резво.
– Ну и нервы, – шепнул Алексей Барышеву.
– У кого?
– У Рощина-младшего! То есть у Евгения Лепаш!
– Ангард!
Это продолжалось еще минут десять. С переменным успехом. Но Алексей не сомневался: в итоге победит Евгений Лепаш. И пытался понять, какой же удар запрещенный? Вроде бы все в пределах правил.
К концу тренировки все остальные бросили фехтовать и, собравшись в полукруг, смотрели на пару Фирсов – Лепаш. Заметив это, Евгений поймал кураж. Работая на публику, он фехтовал размашисто, широко. И красиво. Фирсов ничего не мог с ним поделать. Зато умел держать себя в руках.