Чтение онлайн

Я даже заикаться начала после его заявления. Он же, подмигнув, с полуулыбкой на губах отвечает:

— Потом узнаешь.

Что? Опять сюрприз? Да сколько можно то?! Вновь беру себя в руки и уже спокойно:

— Может, сейчас озвучите мою участь?

— Зачем? — игриво приподнял он свою иссиня-чёрную бровь.

— Например, чтобы я не переживала…

— А может, я именно этого и хочу? Ты заставила меня нервничать, теперь я отплачу тебе тем же. Я не скажу тебе, каким пунктом воспользуюсь, более того, не поставлю в известность, когда это случится. Сюрприз будет.

— А можно как-то обойтись без сюрпризов?

— Возможно…

— И? — смотрю на него в упор.

Он подходит и наклоняется к моему лицу, и вновь до соприкосновения наших губ остались ничтожные миллиметры. Замерла, боюсь шелохнуться.

— Всё зависит от тебя, ангел мой… — выдыхает мне в губы, я попыталась отстраниться, он вновь приблизился. — Ты можешь уговорить меня быть более снисходительным к тебе. Я даже пунктик специально в договор добавил, своего рода карт-бланш для тебя, так что действуй…

— В смысле?

Зависла, вспоминая, какой из пунктов в договоре мне сулил такую выгоду. Насколько мне не изменяет память, нет такого пункта, кроме добавленных мной.

— Попроси меня…

Что? Он что, хочет, чтобы я попросила его переспать со мной? Вот жук хитрющий! Его ответ меня взбесил. Посему отвечаю ему, не скрывая ехидства:

— Я ударилась головой, не спорю. Но вот способность разумно мыслить не утратила. Так что не вижу разницы в том, что я попрошу от вас… — запнулась, но собралась и продолжила: — сами поняли. И вашей возможностью снять запрет с одного из моих пунктов. Более того, потеря одного более выгодно для меня. Ведь вы можете только чем-то одним воспользоваться, а если я попрошу, то получите всё.

— Ошибаешься… — произносит он интимным голосом и резко отстраняется. — Если я сниму запрет на прикосновения, то я буду трогать тебя когда захочу, сколько хочу и как захочу. То же касается и поцелуев, а вот если попросишь секса, то это разовая акция. Сечёшь разницу?

— Вы это серьёзно? Думаете, я поверю, что с помощью секса вами можно манипулировать или сделать более покладистым? Это же полнейший бред!

— Манипулировать не получится, а вот насчёт покладистым… — он замолчал, делая вид, что задумался. Эта пауза порядком действовала на нервы, никогда не знаешь, чего он выкинет. Тут Лютов лукаво усмехнулся, и его глаза вновь вспыхнули. — Это зависит от того, как будешь стараться мне угодить в постели.

Опять его идиотские шуточки!

— Скажите, вы над всеми так издеваетесь, или только я такая «счастливая»?

— Да я как бы над тобой ещё и не издевался. Вот как начну…

— Лучше не надо… — невольно вырвалось у меня.

Этот гад рассмеялся в голос и вышел из комнаты, оставив меня одну. Я же, чтобы не думать о плохом, решила визуально осмотреть комнату пижона. Итак, отделка его спальни соединяет стили хай-тек и техно, что характеризует его как энергичного человека, который всегда пристально следит за прогрессом и пользуется последними изобретениями. Исполнено всё чёрно-белых тонах — это говорит о том, что для него не существует полутонов. Однако… А ведь и не скажешь на первый взгляд, с виду ещё тот балагур. Не мужчина, а загадка, которую я бы не хотела отгадывать. Но, видать, придётся…

— Ангелок, о чём задумалась? — прервал мой анализ весёлый голос Егора Александровича.

Невольно вскидываю взгляд на него, мужчина стремительной походкой направляется ко мне с небольшим подносом, кажется, с мазью и ещё чем-то. Понятно, сейчас пижон примеряет роль доктора. Молчу. Не вижу смысла повторяться, уже говорила, что не собираюсь с ним делиться своими мыслями. Он же, поставив ношу на прикроватную тумбочку, резко поднимает одеяло, вновь оголяя меня.

— Да сколько можно?! — попыталась я прикрыться.

— С тобой готов это делать вечно… — тихо рассмеялся он, взявшись рукой за мою ногу. Попыталась выдернуть, чем вызвала его строгий взгляд. — Не трепыхайся, нужно обработать. — Садится на кровать и с деловитым видом кладёт мою ногу себе на колени.

— Ну уж это я сама в состоянии сделать…

Я уже начала злиться, мне его забота совсем не нравилась. Шок после происшествия прошёл, и способность рационально мыслить уже давно вернулась. Я сама была в состоянии искупаться и лечь спать, не настолько я тяжёлая больная.

— Ангелок, — начал он, с нисхождением смотря на меня, — будешь взбрыкивать, получишь по своей голой попе.

После упоминания голой попы я покраснела и заткнулась, но в отместку полоснула его злым взглядом. Он только хмыкнул, принялся обрабатывать рану, каким-то неизвестным средством. Причём второй рукой принялся гладить ногу, гад.

— Может, хватит?! — взорвалась я, попыталась выдернуть ее.

— А... по попе? — ехидно интересуется он.

— Егор Александрович, я сегодня пережила стресс, более того, ударилась…

— А стресс ты испытала из-за того, что маньяк напал, или что я обнажённой тебя увидел?

Я уже хотела на него наорать, но вовремя себя отдёрнула. Только сейчас поняла — ему нравится меня выводить на эмоции. Да что там! Он тащится от этого. Посему принимаю невозмутимый вид и отвечаю равнодушно:

— Вы бы и так увидели, так не вижу причины для стресса…

— Сделаю вид, что поверил, — осторожно снимая мою ногу со своей, ответил он и перешёл к обработке плеча.

Я же больше не стала возмущаться, даже когда он словно случайно коснулся моей груди. Думаю, пусть порадуется пока, придёт время, и я отыграюсь. По сути, я человек незлопамятный, но его поведение возмутило. Потом пришлось терпеть, что он меня кормит с ложечки. Казалось, это кошмарный сон, сейчас проснусь и вновь стану свободной и самостоятельной. Лютов словно задался целью сегодня продемонстрировать, какой меня ожидает брак. Я чувствовала себя безвольной куклой в его руках.

— Ангелок, нужно волосы высушить, — вернул меня в реальность равнодушный голос мужчины.

Посмотрела на него обречённо и вновь решила промолчать. Тем более после таблеток, которые мне он дал, я уже спать сильно хотела, и сейчас хоть что со мной делайте, сопротивляться не буду.

Когда он закончил изображать из себя заботливую маму, я уже клевала носом.

— А теперь спать, — укладывая меня на постель, даёт очередную команду.

— Можно мне отдельное одеяло? — вяло интересуюсь.