Чтение онлайн

– Три человека на первом этаже и столько же на втором, – без запинки ответила она, – а также две девушки прикреплены к номерам люкс. Они тоже через день работают.

– И много их у нас?

– Двадцать четыре номера, но они не всегда все заняты по путёвкам, но востребованы каждую пятницу и до конца выходных.

– С этим всё ясно, – внимательно посмотрел он на неё. – Поэтому кто селится туда, про них я не спрашиваю. Они же оплачивают номера?

– Да, конечно, – подтвердила она, – Нина Сергеевна этот момент отшлифовала до блеска с администраторами. Они же обычно все валом едут в пятницу вечером, когда её уже нет на работе. Так вот обязанности сбора денег она поручила администраторам. У нас даже генеральный директор оплачивает свой номер, когда с семьёй приезжает отдыхать. Их номер никому не отдаём. А осенью в грибную пору Шустов приезжает каждый день сюда, он грибник заядлый.

– Хорошо, когда директор такой совестливый, – оценил позицию оплаты Шустова Артём, – с этого и строится дисциплина везде. А если бы он не платил, то глядя на него, подобным образом, так же бы вели себя большинство его подчинённых. А в конце года Нина Сергеевна стала бы бабки подбивать и выяснилось, что Отрада не оправдывает себя.

– И опять же это заслуга Нины Сергеевны, – не переставала она хвалить главного бухгалтера. – Это она поставила вопрос ребром перед директором на профсоюзном собрании. Сказав: «если хотите, чтобы пансионат не стух у нас на начальной стадии, то не надо его превращать в обычную ночлежку и первое условие для его рентабельности, – это безоговорочная оплата за проживание в номерах, не зависимо от занимаемой должности. Её Шустов первый и поддержал прямо на собрание. Он подошёл к трибуне, достал из портмоне две пятитысячные купюры и отдав ей сказал: «квитанцию по деньгам мне выпишешь, дни для отдыха, а я завтра заеду забрать её».

– Очень поучительный пример, он подал всем своим подчинённым, – оценил поступок Шустова, Артём осмотрев придирчиво кабинет, обратился к Карине. – Я вот только сейчас заметил две несуразных репродукции: одну я не знаю с двухэтажным домом, а вторая Левитана «Дорога в деревне», у нас в классе висела и наводила на меня всегда грусть. Будьте добры, уберите их и повесьте что-нибудь повеселее. А если нет ничего, то пускай лучше гвозди торчат.

– Найдём, – пообещала она, – есть много рамок интересных. Я вам принесу несколько штук, что вам понравится, то и повесите. А эти я прямо сейчас сниму и отнесу их на склад. Хотя они у меня не на подотчёте. Бабуля их как мне помнится со старого места работы привезла сюда.

– Тогда отнесите их в контейнер, – предложил Артём, – зачем нам в Отраде мажорные настроения? Наши отдыхающие должны насыщаться здоровьем и весельем, а не носить на лице маски ангелов печали.

– Согласна полностью с вами, – встала она с кресла и сняв со стен репродукции покинула кабинет.

Он в это время облачился в спортивный костюм и кроссовки, после чего вышел на улицу, чтобы сделать короткую пробежку по сосновому бору. И какое же его удивление было, когда под полувековыми соснами он столкнулся с Ниной Сергеевной. Она тоже, как и он была одета по-спортивному, а голова была повязана длинным шарфом и зафиксирована узлом на груди.

– Приятно видеть на лесной тропе сторонницу здорового образа жизни, – сказал он, – и давно вы увлечены этим занятием?

– По правде сказать, я больше быстро хожу, – сказала она, – бегаю очень мало и то трусцой. А ходьбой занимаюсь четыре года и мне нравится она. С тех пор я ни разу не болела и меня покинула гипертония.

– Любое движение полезно! – приятно улыбнулся он, – я к вам через часок зайду для ближнего знакомства. «Или может вам удобнее ко мне зайти», – спросил он.

– У вас, наверное, ни кофе, ни чая нет и холодильник вчера открытый был, – иронически заметила она, – значит явно он пустой.

– Совершенно, верно, – отрешённо произнёс он, – я как – то этот момент упустил.

– Ничего страшного нет, – успокоила она его, – всё можно приобрести в нашем кафе, которое находится в конце корпуса, правой стороны. А пока я вас буду ждать у себя.

Она мило улыбнулась ему и с первого шага набрала приличную скорость. А он пробежал километра три по асфальтированной дорожке и направился в корпус. Около его кабинета с большой коробкой его дожидалась Карина Львовна.

– А я рамки принесла, – кивнула она на коробку, – давайте выберем что вам понравится?

– Проходите, – открыл он перед ней дверь, – сейчас выберем что-нибудь по душе. Он открыл коробку и взял на ощупь две рамки – это оказались портреты Зинаиды Юсуповой и Ольги Орловой, известного художников В. Серова.

– Всё больше ничего не хочу, – сказал он, – это то, что нужно. Остальное можете уносить.

– А вы Артём Николаевич наверх заходили? – спросила она, – там тоже репродукции висят. Посмотрите, может вы и их забракуете.

– Может быть, – внимательно посмотрел он на неё, и заглянул ещё раз в коробку начал там рыться. Через минуту он извлёк оттуда портрет В. Высоцкого и С. Есенина.

– Остальное может уносить, больше не соблазняйте меня своей коробкой, я доволен тем, что выбрал.

– Вам повесить рамки или сами справитесь? – спросила она.

– Если вам не предоставит это большого труда, то повесьте? – попросил он её.

– Нет, конечно, – сказала она и взяв с его рук рамки поднялась наверх.

Минут через пять раздался грохот над ним, его молниеносно взмыло наверх. Перед его взором в уютной комнате на паласе лежала Карина и охала, рядом с ней валялась репродукция И. Шишкина «Утро в сосновом лесу».

– Что с вами Карина Львовна? – встал он перед ней на колени.

– Навернулась я со спинки дивана, – стонала она, – наверное бедро ушибла?

Он взял её на руки и положил на диван. Затем без церемоний задрал ей подол халатика, где трусиков не оказалось. Но это его не смутило, и он, погладив бедро ладонью, начал осматривать комнату:

– Где у бабки аптечка?

– В ванной, – ответила она не переставая стонать.

Он зашёл в ванную, нашёл там шкафчик с медикаментами и взяв оттуда пузырёк с меновазином приступил ей растирать бедро. Когда эту процедуру закончил, прикрыл все её прелести, спросил:

– А такое нижнее бельё является обязательной вашей формой спецодежды?

– Нет что вы, – она прикрыла ладонью от стыда свои глаза, – я в складе, когда доставала коробку со стеллажа, у меня лопнула резинка. Думала коробку вам отдам, потом одену новые трусики.

– Ладно ты полежи здесь немного, если идти не сможешь, я тебе врача позову, – сказал он ей, – а растирку возьми с собой. Пригодится!

Он забрал с собой рамки, которые она не успела повесить и спустился к себе в кабинет, где известных мужчин разместил в кабинете, а представительниц высшего света царской России, княгинь захватил на второй ярус. Когда он вернулся, Карина уже к этому времени сидела на диване. Он при ней пристроил эти рамки на старые места, где висели старые репродукции. И с сожалением посмотрев на сестру – хозяйку, сказал: