Ангельская месть
Шрифт:
— Мы расстались не поэтому, — честно ответила я.
— О, Боже... — Франческа закрыла лицо руками, заставив нас рассмеяться.
Сильвия небрежно отпила из своей изящной чашки. — Ты всё ещё излучаешь это сияние.
Я снова рассмеялась. — Если под “сиянием” ты имеешь в виду злость, то да, конечно.
— За все эти годы я ни разу не слышала, чтобы ты смотрела на мужчину дважды. Даже Франческа подтвердила, что между вами и Закари было что-то особенное.
Я ахнула, поворачиваясь к Франческе, которая красила губы красной помадой. — Это не...
— Я говорю только правду, — пояснила она, откидывая свои платиновые светлые волосы, унаследованные ею от матери, как и их общая красота.
— Говори что хочешь, но что-то изменилось с тех пор, как мы виделись в последний раз, — Сильвия покачала головой, словно прекрасно понимала мою ситуацию, хотя и не знала подробностей. — И у меня есть твёрдое чувство, что это как-то связано с ним.
Я вздохнула, слишком уставшая, чтобы придумать ответ, который не раскрыл бы суть моих бывших отношений — если их вообще можно так назвать.
— Тебе следует быть с ним осторожнее, cara26. Он может оказаться тем, кто окончательно вскружит тебе голову.
Он уже это сделал.
Несмотря на своё неодобрение, я не могла не восхищаться понимающей материнской улыбкой Сильвии. Мне хотелось, чтобы она оказалась права насчет Зака и меня. На мгновение я позволила себе пофантазировать – как бы вообще выглядело наше будущее?
Считалось, что влюбленность — это прекрасно.
Заперев за собой входную дверь, я вошла в темную квартиру. Чаепитие у ДеМонов всегда было изысканным, и сегодняшний вечер не стал исключением.
Поскольку я всё ещё жила у Натальи, она дала мне напрокат маленькое чёрное платье и красные трусики. У нас, как оказалось, был одинаковый размер, так что поделиться было несложно.
Когда я шагнула в открытое пространство гостиной и включила свет, краем глаза я заметила чужую тень.
Сегодня вечером Наталья была занята и не пришла домой, поэтому мои мысли сразу же обратились к Руиз.
Я молниеносно обернулась, и мое сердце подскочило в груди, когда я увидела, кто это был на самом деле.
— О боже... — Я бросилась к дивану и опустилась на него. Зак лежал на нём, глаза закрыты, одежда вся в крови. — Что, чёрт возьми, произошло?!
Он застонал, медленно открыл глаза и нахмурился, глядя на тусклую молнию. Сжав переносицу, он слегка приподнялся, чтобы осмотреться – словно не мог вспомнить, как здесь оказался.
Вот вам и дистанция друг от друга.
Увидев меня, он замер. Его полночные глаза растворились в моих, и всё было как прежде. Жидкий огонь хлынул в мою кровь, обжигая меня изнутри.
Я заставила себя отвести взгляд. Схватив край его белой футболки, заляпанной кровью, я приподняла её, чтобы осмотреть рану. К боку его тела была приклеена марлевая повязка.
Наконец я выдохнула с облегчением. Его лишь задела пуля – ничего смертельного.
Мой палец пробежал по медицинской ткани, невольно вызвав мурашки по золотистой коже Зака. Мой взгляд скользнул к его прессу. Кровь брызнула на загорелые, покрытые татуировкой мышцы. Во рту пересохло, и я смущенно осознала наш контакт кожа к коже. Я подавила ностальгическое желание вонзить острые ногти в его мышцы.
Я быстро опустила его рубашку и встала.
— Почему ты здесь? — Я непривычно запыхалась.
Он тоже встал, возвышаясь надо мной и украдкой окидывая взглядом мое тело. — Хорошее платье.
— Ближе к делу.
Потирая затылок, он шагнул вперёд – на меня – и мне пришлось отступить, потому что я старалась максимально избегать контакта с этим мужчиной. Меня не волновало, что это будет слишком – я защищала свой покой.
Но мое тело, похоже, хотело противоположного...
Зак был первым мужчиной, который заставил меня сгореть.
Всё в нем кричало о его уверенной мужественности и сексуальной привлекательности: то, как он пронзал меня своими чёрными глазами, когда покупал мне цветы просто так, как он никогда не повышал голос – даже когда думал, что я пытаюсь его убить. То, как он всегда ставил мои потребности, удовольствие и счастье выше своих. То, что он понимал меня так, как мои друзья никогда не смогут. Он видел самые глубокие, тёмные уголки моей души и хотел меня только сильнее.
Одного присутствия этого мужчины — с его растрепанными волосами, порванной рубашкой и забрызганной кровью — было достаточно, чтобы свести мои гормоны с ума.
— Сначала я подумал, что это ты, — ответил Зак, указывая на свою рану.
Поэтому его застали врасплох.
— С чего ты взял, что это не так? — спросила я, скрестив руки на груди. Последние две недели я не теряла времени, следя за Заком, но он об этом не знал. После всего, что он вытворил, я имела полное право закончить то, что, по его мнению, я начала три года назад.
Зак многозначительно посмотрел: — Они промахнулись.
— Не промахнись, — поддразнил он, его губы коснулись моего уха, а руки снова обняли меня.
Я прикусила щеку, чтобы сдержать улыбку. — Я никогда не промахиваюсь.
— Тебе пора идти. — Я опустила взгляд, откашлявшись. — Наталья скоро вернётся домой.
— Нет, это не так.
Я метнула взгляд обратно на него и увидела, что он тоже смотрел вниз. Я опустила взгляд и поняла, что всё это время мои скрещенные руки приподнимали мою грудь. Вырез платья был кружевным – таким изящным, что моя грудь вот-вот выскочит.