Чтение онлайн

– Он положил ей руку на талию.

– И все?

– Ну, пониже, на самом деле, – призналась она. – Типа ей на задницу. Держал за попу, а она хихикала.

Я закрыла глаза. Слишком много информации. Хотя мне хотелось еще больше.

– Какая она?

– Уродка.

– Правда?

– Вообще-то нет, но могу устроить.

– Ради всего святого, Элен, она не виновата.

– Ладно, тогда его. Могу попросить кое-кого, его отделают по полной программе. Хочешь, это будет моим подарком к твоему дню рождения? Или по бартеру отдашь мне свою сумочку.

– Не надо.

– Можно сжечь его дом.

– Не надо. Половина моя.

– Ой, да.

– Обещай ничего не делать. Я переживу, клянусь.

– Мне очень жаль, – сказала она искренне. Я была тронута. – Ты могла хотя бы попросить меня переломать ей ноги.

Через секунду после того, как я повесила трубку, телефон зазвонил опять. Анна.

Я услышала, как Эмили пояснила компании слушателей: «другая сестра». В третий раз за десять минут я заперлась в спальне.

– Привет, Анна, – весело сказала я, готовая услышать, как ей жалко и неловко. С меня хватит. – Спасибо за звонок. Но я уже знаю о Гарве и его новой подружке.

– Что?

– Знаю про Гарва и девушку. Мама, папа и Элен независимо друг от друга позвонили мне и сообщили эту новость. А ты чего столько времени тянула?

– У Гарва новая подружка?! – ужаснулась сестренка.

– Ты не знала?

– Нет.

– Ой. – Думаю, она у нас не отличается умом и сообразительностью. – А чего тогда звонишь?

Долгая пауза. Слышно было, как она сглотнула.

– Я угробила твою машину.

Еще одна пауза. Вздох.

– Ужасно?

– Что ты имеешь в виду под «ужасно»?

– Ты кого-то сбила насмерть?

– Нет. Я врезалась в стену. Больше никто не пострадал. Смяла передний бампер, но сзади ни царапинки.

Мне нужно было время переварить все это. Стоило заволноваться, но мне было плевать, это всего лишь машина.

– Но, Анна, что ты такое делала?

– М-м-м… – Она не знала, что сказать. – Ехала.

Несколько секунд недешевого молчания на обоих континентах. И я спросила:

– Ты пострадала?

Во мне зародилось почти искреннее беспокойство:

– Что-нибудь разбила?

– Да.

– Что?

– Сердце.

Ах да. Шейн. Но как бы я ни любила Анну, сейчас мне ее не утешить, так как у самой все фигово. Время сказать какую-то банальность. К счастью, у меня в запасе имелось несколько вариантов, которые говорились мне из-за вышеозначенных событий.

– Ты там держись. Все наладится, – соврала я. – А машина застрахована. Ты все уладишь?

– Да-да. Спасибо. Извини. Я больше не буду. Мне так жаль.

– Да все нормально.

Серьезная проблема, на которую следовало бы реагировать иначе, но самое большее, что я смогла из себя выдавить:

– Анна, ты уже не маленькая, тебе двадцать восемь.

– Знаю, – грустно ответила сестра. – Я знаю.

Новость о Гарве меня подкосила. От этого было никуда не деться. Но остальные не позволяли мне ему позвонить.

– Нет, пока ты так расстроена, – твердо сказала Эмили.

Я же была взбешена, мне нужны были ответы. Как это произошло? Когда все испортилось?

– Ты догадываешься, кто эта женщина? – поинтересовалась Лара.

– Да.

– Но ты надеешься, что все перегорит и вы снова будете вместе? – высказал свое мнение Трой.

– Нет.

Если быть стопроцентно честной, то я и раньше не хваталась за возможность воссоединения. Но подозревать и знать наверняка – две большие разницы. Теперь я знала наверняка, и это значило, что я была раздавлена, опустошена, растеряна. И начала вспоминать детали своего последнего визита в свое бывшее семейное гнездышко. Я ходила туда, чтобы забрать свои вещи перед поездкой в Лос-Анджелес. И никаких свидетельств того, что здесь происходили страстные любовные игрища, не заметила. Да ладно вам, я же предупредила Гарва о своем приходе, так что у него было время вытереть мороженое, которое они использовали в качестве интимного артефакта.

– Я сама от него ушла, вы же знаете.

Моя напускная храбрость была неубедительна. Тем более когда я добавила:

– Это просто символическое освобождение.

– А давайте куда-нибудь пойдем! – предложила Эмили, когда увидела, как жадно я смотрю на телефон.

И мы отправились в кино. Все, кроме Дезире, которая осталась дома. На ее мордочке было страдающее и мужественное выражение «так и быть, посмотрю этот фильм, когда он выйдет на видео».

В Санта-Монике кинотеатров штук сто. Почти как пабов в Ирландии. Я села между Троем и Джастином, которые стали усиленно пичкать меня всякой жрачкой. Но я покачала головой, когда Джастин протянул мне ведерко с попкорном, величиной с урну, и отказалась от бадьи с конфетами «Твиззлерс», предложенной Троем.

– Не хочешь? – с удивлением прошептал Трой.

– Нет.

– Дай мне руку.

Я протянула руку, и он аккуратно намотал мне вокруг запястья длинную красную лакричную конфету.

– На всякий случай. – Его зубы блеснули в темноте кинозала.

Никаких шансов увлечься и забыть о своих неприятностях во время просмотра фильма у меня не было. Особенно когда оказалось, что это стильный, жестокий и запутанный триллер, в котором плохие копы и хорошие злодеи надували друг друга, и не раз. Я была слишком потрясена, чтобы следить за многочисленными переменами в расстановке сил. В отличие от Троя, который, казалось, полностью погрузился в фильм. Когда кто-то изначально плохой оказывался хорошим, он так радостно восклицал «Ага!», что я аж подпрыгивала. С другой стороны от меня сидел Джастин. Его рука ритмично двигалась от ведерка с попкорном ко рту и обратно. Я находила это очень успокаивающим. Он лишь раз остановился, нарушив ритм, чтобы шепнуть мне, когда невинный (и должна признаться, довольно толстый) «бедняга Джо» погиб при перестрелке:

– На его месте должен был быть я!

И еще раз, когда плохой (впоследствии оказавшийся хорошим, но в конце фильма – все-таки плохим) отрезал собаке хорошего (впоследствии оказавшегося плохим) ухо и прислал хозяину:

– Ой, господи, как я рад, что Дезире нет с нами и она не видит этого!

Когда мы высыпали из кинотеатра, Трой спросил:

– Нам понравилось?

– Я не смогла уследить за всеми перипетиями, – призналась я.

– Да уж, – с сочувствием вздохнул Трой. – Напихано всего до чертиков.