Анкер
Шрифт:
— Я ничего тебе не подкладывал! У меня вообще сроду визиток не было!
— Ну как же? — растерянно спросила она, протягивая ему черную пластиковую карточку с золотым теснением объемных букв.
«Зубов Вячеслав Николаевич»… Чуть ниже значилось гордое «Программист. Разработка софта, установка и настройка любых приложений, монтаж сетей…» дальше шел e-mail, URL, домашний адрес и телефон.
— Я еще удивилась, — словно прочитав его мысли сказала Катя, — Ну кто пишет на визитке домашний адрес? Но логически рассудила, что ты, наверное, просто работаешь на дому. А вот девиз мне понравился — я тоже смотрела «Шесть с половиной»…
В верхней части визитки все теми же золотыми объемными буквами, только курсивом, было написано «Мир — Матрица. Люди — батарейки». От чего-то Слава не удивился, увидев эти слова…
— Это не моя визитка, — тихо сказал Слава, передавая ее обратно Кате. — И я уж точно не подкладывал тебе ее в сумку.
— То есть как, не твоя? — сказать, что она была удивлена — значило бы ничего не сказать. — Тогда кто же ее сделал, и как она попала ко мне? Я подумала, что ты ее подложил тогда, в такси…
— Что я и не собрался приходить на встречу, да? Что я надеялся, что ты сама приедешь ко мне?
— Ну… Примерно так я и подумала.
— Катюш, я программист, компьютерщик… Я мыслю логически, пусть и торможу, словно старый «Макинтош», поэтому я никогда не полагаюсь на удачу по принципу «приедет — не приедет», познакомившись с такой девушкой, как ты.
Она чуточку покраснела от сам собою вырвавшегося комплимента, но Слава не обратил на это внимания.
— Ты скажи мне, лучше, когда ты ее нашла? Визитку, в смысле?
— Ну… Ближе к вечеру. Она лежала в самом верху сумочки, я еще поразилась, как я раньше ее не заметила.
— А до того ты в сумочку заглядывала, и не раз, не так ли?
— Ну… Да. Деньги доставала, ручку… Много чего.
— То есть можно предположить, что визитка появилась там позже, после пяти часов…
Катя смотрела на него, словно на сумасшедшего.
— Да как бы она там оказалась?
— Вот и я о том же…
— Ты вообще меня слышишь?
Он слышал, и даже хотел ответить, но не успел, так как в комнату, бесцеремонно, без стука, вошел отец.
— Касатики мои, пойдемте, чайку попьем… А то уже поздно, кошки на охоту вышли… Вон как летают…
Катя оторопело смотрела то на него, то на Славу, в ее глазах явственно читался вопрос: «Интересно, у них тут вся семья ненормальная, или они просто так удачно притворяются?»
— Сейчас придем, пап, — сам удивляясь своей невозмутимости, вполне спокойно ответил Слава. — Минут через пять.
— А больше и не нужно, — чужой, незнакомой улыбкой улыбнулся отец и закрыв дверь зашагал на кухню.
— Не поняла… — сказала Катя. — Это у вас что, свой личный код такой? Секретные фразы, которые понимаете только вы?
— Хотелось бы, чтобы это было так, — с обреченностью идущего на казнь ответил Слава. — Но я понятия не имею, о чем он.
— А я, кажется, имею… — прошептала Катя, указывая рукой на окно.
За окном висела кошка. Самая обычная кошка, сиамской породы, в которой не было ничего необыкновенного, кроме, разве что, той незначительной мелочи, что она висела за окном восьмого этажа, по-паучьи распластавшись по стеклу.
— Слава, ты на каком этаже живешь… — спросила Катя, делая шаг к окну.
— На восьмом, — ответил он, крепко стискивая ее плечо и заслоняя ее от окна. — Не подходи к ней. Мало ли…
— Что, «мало ли»? — с нотками истерики в голосе спросила она, — Там, за окном, кошка. Я не знаю, как она туда попала и за что держится, но ее нужно вытащить, пока она не упала вниз.
— Катя, ты не понимаешь… — он запнулся, не зная, как объяснить ей, чем является милая киса, цепляющаяся за его стекло. Не говорить же, что эта кошка — опасный вирус, проникший сюда из виртуальности, что таким же вирусом заражен и его отец… Да что отец — визитка в ее сумочке, это тоже проявления эффекта бабочки. Нет, вируса бабочки!
— Чего не понимаю?
Она вырвалась из его рук и шагнула к окну, и в этот момент кошка, до того спокойно взиравшая на ни, вдруг с размаху ударила головой о стекло.
— Боже! Что она делает? — взвизгнула Катя, видя, как вслед за стеклянными осколками в пространство между рамами втекает и сиамка, совершенно не обращая внимания на то, что острые края пробитого ей отверстия заживо сдирают с нее шкуру.
Новый удар, теперь уже изнутри окна. Находясь между двумя стеклами кошка не могла как следует размахнуться головой, чтобы пробить и второе стекло, но все равно Слава поразился силе этого животного. По стеклу поползли широкие трещины…
От следующего удара стекло с яростным звоном вывалилось целиком. Последняя хлипкая преграда между ними и обезумевшим животным. Впрочем, почему животным? Ощущение вируса бабочки ни на секунду не покидало Славу. Эта кошка была такой же кошкой, как клубок змей и опарышей был старухой, с которой он столкнулся в пошлый раз.
Кошка, чуть прихрамывая, выбралась на подоконник и отряхнулась, разбрасывая вокруг себя мелкое стеклянное крошево и капли крови, обильно сочившейся из ее многочисленных ран.
Неестественность… Ирреальность… Эта кошка отряхивалась, словно собака, выбравшаяся из воды.
Слава схватил со стола первое, что попалось ему под руку — канцелярские ножницы. Хлипкое, никудышное, но все же оружие против этого существа. Да, вирусы убивают антивирусниками, но он сроду не ставил себе на компьютер «Касперского», предпочитая убивать вирусы вручную, простым нажатием на delete… Интересно, как нажать на delete в жизни?
— Назад!.
– скомандовал он, оттесняя Катю к двери.