Аннабелла
Шрифт:
Первым побуждением Джайлса было отказать, но он удержался, так как причин для того не было. Дабни вполне уважаемый в обществе человек, достаточно богат и умеет себя вести. Розабелла будет с ним в полной безопасности. Ничего предосудительного нет в том, что она покатается верхом в сопровождении кавалера. А вот не угрожает ли опасность Дабни, которому Джайлс симпатизирует? В результате он сказал:
– Спроси у нее сам.
– Спасибо, Джил. Я знал, что ты не станешь возражать.
Вошел Уиткрофт с двумя кружками эля. Дабни указал на письмо.
– Надеюсь, я не прервал твоей работы.
– Да нет, это ответ на запрос, который я отправлял в Бристоль о человеке по имени Да Коста. Я пытаюсь разузнать побольше о жизни Стивена и о его смерти.
– О его жизни? И многое ты разузнал?
– Пока нет. А почему ты спрашиваешь? Тебе что-нибудь известно? – удивился Джайлс.
– Нет-нет! Абсолютно ничего. Я не был знаком с твоим кузеном.
– Разумеется. Он ведь намного моложе нас.
– Хотя я о нем слыхал.
– И что?
– Ты давно в городе, Джил? С тех пор как вернулся из Франции?
– Дабс, в чем дело? Ты обычно не говоришь загадками.
Майор Дабни смутился.
– Дело в том…
– Выкладывай.
– Я бы не хотел вмешиваться, Джил, но лучше тебе этим не заниматься. Не стоит ворошить осиное гнездо.
Джайлс смерил приятеля холодным взглядом.
– Объясни, в чем дело!
– Все не так просто! Я подумал, что с твоей стороны было бы разумнее не слишком вникать в дела кузена.
Наступило молчание, после чего Джайлс тихо, но угрожающе спросил:
– Что ты хочешь этим сказать?
– Джил, твой тон может испугать кого помоложе, но не меня! Я-то тебя давно знаю.
– Итак?..
– Черт, как неловко получается! Я не хотел тебя обидеть, старина, но, короче говоря, из того, что я слышал, ясно: в Лондоне твой кузен на плохом счету! Он общался с подозрительной публикой.
Джайлс задумчиво посмотрел на друга.
– Ты не говорил, случайно, с вдовой Стивена?
– С миссис Ордуэй? – майор Дабни с удивлением воззрился на Джайлса. – Господи, за кого ты меня принимаешь? Уж ей-то ни за что на свете не упомяну об этом!
– Тогда откуда ты про это знаешь?
– Не помню, где-то слышал. Да об этом все знают. Ты не волнуйся – в конце концов слухи улягутся.
– Сплетничают только о Стивене или о других членах семьи тоже?
– О ком? О тебе? О леди Ордуэй? Не говори глупости, Джил!
– А… о миссис Ордуэй?
– Как тебе это могло прийти в голову, Джил? Конечно, нет! Тут мнение едино: надо Бога благодарить за то, что он избавил ее от такого мужа! – Увидев выражение лица Джайлса, он, уже мягче, добавил: – Прости, старина, я знаю, что ты его любил, но говорят вот так. И все очень рады, что миссис Ордуэй снова появляется в свете.
– Я в этом уверен, – ответил Джайлс. – Она чрезвычайно оживляет обстановку.
Майора Дабни немного удивила его язвительность, но он произнес примирительным тоном:
– Несомненно. Очаровательная женщина. Звезда. Значит, ты согласен, чтобы я ее спросил?
– О чем?
– О прогулках верхом!
– Конечно. Я ей не опекун.
– Она уже встала?
– Уверен в этом. Сейчас узнаем, где она. – Джайлс дернул за шнурок колокольчика.
Вошел Уиткрофт. Он сказал, что миссис Ордуэй в гостиной. Майор Дабни удалился туда. Джайлс взял со стола письмо и попытался углубиться в его содержание, но из-за двери раздался смех. Этот чертов Дабни, торопясь увидеть Розабеллу, неплотно прикрыл дверь. Джайлс встал, захлопнул дверь и снова взял в руки письмо. Ну и почерк у Чарли Фортескью – пишет словно курица лапой! Так трудно сосредоточиться…
«Я встретился с другим офицером. Он отсутствовал, когда ты приезжал в Бристоль…»
А вдруг Розабелла вовсе не интересуется прогулками верхом, а просто хочет провести время с Дабни? Если ее будет сопровождать красавец майор, это придаст ей значительности. На днях заходил Петтифер и приглашал ее в театр. А Уэйнрайт очень расстроился, когда она отказалась прокатиться в Кенсингтон. [2] Все они разумные люди, отличные офицеры, и нате вам – пали к ее ногам! Джайлс презрительно фыркнул и вернулся к письму.
2
Фешенебельный район в центральной части Лондона, где находится Кенсингтон-гарденз – большой парк.
«… ты будешь удивлен тем, что я узнал о твоем приятеле…»
Конечно, за ней ухаживают не только офицеры. Вот Монтейт, сын графа… Тетя Лаура аж вся затрепетала… И еще один, чье имя он не может вспомнить… Эта дьявольская женщина всем вскружила голову!
Джайлс встал и подошел с письмом к окну.
«Да Коста был известен моему осведомителю уже несколько лет. Он замешан в грязных делах, но последние годы занимался, как подозревают, пиратскими судами…»
Пиратство! Джайлс опустился на подоконник и стал читать более внимательно.
«Вокруг Бристоля крутится множество негодяев, которые собирают нужные сведения от агентов, связанных с торговым флотом. Затем они нападают на купеческие суда, везущие наиболее прибыльный груз. Происходит это главным образом в Средиземном море. Мой друг полагает, что Да Коста – такой агент».
Письмо на этом не окончилось, но более ничего относящегося к делу Джайлс в нем не обнаружил. Из вестибюля донесся хохот. Дабни! Ржет словно лошадь! Вероятно, уходит. Что же ему сказала Розабелла? Джайлс встал и вышел в вестибюль.
Дабни держал Розабеллу за руку, и они оба улыбались. Но когда Розабелла увидела Джайлса, улыбка исчезла с ее лица и она отодвинулась от майора.
– Дабс, я забыл спросить тебя…
– Доброе утро, Джайлс, – громко произнесла Розабелла.
– Доброе утро. Вижу, ты по-прежнему встаешь рано. Почему же ты сама ничего не сказала?
Розабелла выразительно на него взглянула.
– Майор Дабни нашел выход. Я правильно поняла – вы не возражаете?
– Нет, разумеется. Почему я должен возражать?