Чтение онлайн

Профессор, управлявший ландо, близоруко щурясь, сказал:

– Там на дороге кто-то стоит.

Велев остановить повозку, я достал бинокль.

– Андрей. Точно он. Гони, подберем его!

Подъехав к устало стоящему Андрею, мы спросили его хором:

– Ну как ты?

– Лучше не бывает,- ответил он - у вас для меня место найдется?

И поправил ремень автомата.

Место нашлось - напротив нас. Профессор взмахнул вожжами - а мы с Алей стали расспрашивать Андрея. Суду по его виду, ему пришлось немало побегать.

Рассказ его подтвердил то, что я слышал от полицая. Сначала он двинул в морду полицейскому чиновнику, тот умотал, и утром следующего дня вернулся с солдатами.

– Вы представляете эти ненормальные на меня с шашками поперли - рассказывал он, едва не со смехом.

– А ты,- спросил я с любопытством.

– А я очередь на полмагазина и ... клин, пришлось пистолетом работать, но проредил я их знатно...
– продолжал рассказывать Андрей - магазин расстрелял, чуть не зажали, ноги пришлось делать, по лесу!

В лесу он осмотрел автомат - оказалось, патрон переклинило - разобрал, выбил, заново переснарядил, и стал уходить дальше в лес, как только услышал лай собак. Почти сутки водил преследователей за нос, пока они не скисли. Два часа назад он вернулся к усадьбе и стал вести наблюдение. Понял, что в ней идет какая-то кутерьма, затем увидел нас. И решил просто ждать на единственной большой дороге, ведущей из имения - легко можно было понять, что мы поедем именно по ней.

Остановившись, мы переоделись в трофейную одежду. Дворянская - что ж, будем играть благородных! Одной лишь Але досталось выходное платье горничной - милое, но явно мещанского вида. Ну, не крестьянка, и то хорошо.

Однако, вот влипли! Сколько помню историю, Царство Польское, провинция Российской Империи, вовсе не была тихим захолустьем! Бунт тысяча восемьсот тридцатого, бунт в шестьдесят третьем, когда русских резали поголовно, хай живе Речь Посполита от можа до можа! То есть, хватало недовольного элемента, да еще и граница рядом, Пруссия на севере, Австрия на юге, а там недавно лишь революция отгремела, причем у австрияков вообще, настоящая гражданская война, русскими штыками прекращенная, за что фельдмаршал Паскевич кажется, четвертого Георгия получил - год сорок восьмой, сорок девятый, угли еще тлеют! И в России революционеры уже есть, в Петербурге кружок петрашевцев накрыли, Герцен из Англии в "Колокол" трезвонит, и везут его тайком в Россию, совсем как Ильич "Искру" через полвека - а жандармы, естественно, активно ловят. То есть конкретно здесь, в Польше, войск и жандармерии, как блох на барбоске. В то ж время не война, двадцать или сколько там мы накрошили трупаков - это СОБЫТИЕ! А значит, как только дойдет информация, встанет вся эта военно-полицейская машина на уши, и искать будет со всем рвением! Мы же по сути, злодейски убили и ограбили хозяина имения, да еще главполицая Варшавы - ой, мама, это какая ж статья? Боюсь, каторгой не отделаемся, если поймают - повесят, как декабристов.

– Сворачивать надо,- сказал профессор,- погоню возможную со следа сбить.

Мне захотелось выматериться. Невзирая на присутствие Али.

– Какую нах.. погоню?? До Варшавы, двадцать верст, ну километров по-нашему! Пока те освободятся, пока сообщат кому надо - это несколько часов, а телефона и радио ведь нет! Раньше мы уже в Варшаве будем, город большой, спрятаться легче - а начнем здесь плутать, вот точно дождемся, драгуны прискачут, все тут перекрыть и прочесать, что тогда?

Железных дорог тут не было. Ну да, учи матчасть, знай историю - первая в России "чугунка", это год 1837й, Петербург-Царское Село. Затем, как раз в этом, 1851м, открылась дорога Питер-Москва. И других дорог на тот момент в Российской Империи не существовало!

Ничего. При скорости нашего гужевого средства заметно больше десяти каме в час, мы будем в Варшаве еще быстрее, чем предположили.

Что мы будем делать в Варшаве, пока было неясно. Деньги, документы, и исчезнуть. Вот только как?

И случай нашел нас сам. Нас попытались ограбить.

– Убей его, и валим,- хмуро говорю я, обозревая ползающего у ног Андрея разбойника. Последнего, оставшегося в живых.

– Ну что ты, не надо быть таким кровожадным!- ворковала Аля,- вдруг он может быть нам чем-то полезным?

Да уж.. гоп-стоп, в средневековом варианте! Едем, никого не трогаем, до Варшавы уже недалеко. И не лес даже, а кусты какие-то. Правда, уже довольно темно. И вдруг выскакивают на дорогу четверо рыл, один, здоровенный, хватает под уздцы наших лошадей, а трое направляются к нам, даже не особенно спеша, у одного пистолет, двое других с ножами.

Эти секунды их и погубили. По идее, это должно было давить на психику жертв. А реально, дало нам возможность оценить обстановку.

– Слева, большой куст,- шепчет Аля,- справа..

– Вижу,- так же тихо Андрей,- левый твой! Все - работаем на раз, два, ТРИ!!!

И Андрей дает очередь из ППС куда-то вправо от меня, и чуть назад. В руках к Али, как по волшебству, оказывается ТТ, и она стреляет куда-то в кусты. Я успеваю тоже выхватить ТТ, быстрее чем разбойник с пистолетом поднял ствол - но прежде чем я успеваю нажать на спуск, вижу в башке бандита кровавую дырку. Аля меня опередила - тогда я стреляю в его соседа, на этот раз одновременно с моей ненаглядной. Разбойник, подходящий слева, поворачивается и пытается бежать, вот дурак, под стволами, до кустов шагов десять! Стрельба по мишени, "бегущий бандит", выигрывает опять Аля! Здоровяк, держащий коней - так и стоит. Вот только глаза у него как плошки, а челюсть отвисла.

Андрей уже на земле. Аля за ним. Сообразив с запозданием, что в кустах могут быть сообщники, и лучше не торчать мишенью, я прыгаю наземь тоже.

Никого больше нет. Андрей появляется из кустов, швыряя на дорогу ружье, солдатского образца. У засевшего по ту сторону, убитого Алей, была охотничья двустволка. Со страховкой, значит, трудились, романтики большой дороги, работнички ножа и топора. Ну и что нам делать с последним?

– Стой!- шепчу я Але, прочтя в ее глазах явное намерение,- он может нам помочь! Кому-то они награбленное сбывали? Ведь не в деревне же - и одежка на городскую больше похожа. А бумаги достать?

Аля молодец, сообразила сразу. И мы разыграли сцену, хороший и плохой полицейский.

Нет все ж, как нам повезло! Не какой-то мелкий воришка попался, какие толпами крутятся на любом вокзале или пристани - и который никого и ничего не знает. А говоря по-нашему, "деловой", главарь, атаман. Но сейчас вся крутизна его пропала, и он буквально ползал на коленях, цепляясь за свою жизнь. Поскольку было ясно, что те, кто только что, не моргнув глазом, насмерть положили пятерых его дружков - прибавят к ним еще один труп с такой же легкостью, как чихнуть.