Чтение онлайн

– А ты уже успела заработать деньги?

– Так я за твои куплю, которые давала за машину. Сам отдал. Я не просила.

– Штопай, – в очередной раз повторяет Потапов, чуть ли не закатывая глаза.

– Я все же настаиваю заняться чем-нибудь другим.

– Хорошо. Не хочешь штопать, давай в качестве оплаты оральный секс.

Очередная провокация, на которую я, к счастью, не ведусь.

– Ну, в качестве нового для меня эксперимента, можно попробовать. Только сначала в душ. А где мы будем это делать? На кровати или на диване? Хотя, о чем я. Конечно, на кровати. На диване тебе будет неудобно меня удовлетворять.

Очередная Потаповская усмешка и… ни одного слова. Вместо этого он снимает с меня сумочку и берет за руку. Усаживает на диван и сам куда-то уходит. Что творится в его голове понять сложно. Одна хорошая новость, несомненно, есть. Кот, развалившийся около окна, преспокойно лижет свое хозяйство, никак не реагируя на меня. В частности, на мои ноги.

А вот Потапов, в отличие от кота, на них внимание обращает. Как только он возвращается в гостиную, в очередной раз берет меня за лодыжки и укладывает на диван так, что я оказываюсь в лежачем состоянии.

Я ожидала от него набор для шитья, но точно не аптечку. В очередной раз становится неловко. То он полный говнюк, то снова ухаживает за мной, принимаясь обрабатывать царапины.

– А как я должна была убирать твою квартиру с таким ненормальным котом? Он реально мог меня убить, если бы не курица. Он бешеный.

– На самом деле он не агрессивный. Он трус. И ни разу ни на кого не напал.

– О, так я такая единственная?

– И неповторимая. Максимум он давал лапой тому, кто пытался взять его на руки. Хоть Даня и утверждает обратное. Он на всех шипит – факт. Ходит по пятам и пугает внешним видом, отчего люди его бояться, тоже факт. Но не нападает. Скорее всего, он почувствовал в тебе злые намерения.

– Искать свои трусы – это не злые намерения.

– Я тебе новые подарил.

– Вот сам их и носи.

Замолкаю, стараясь сконцентрироваться на действиях Потапова. Я четко улавливаю момент, когда обработка царапин перестает ею быть. Он начинает меня гладить.

И без слов понятно, к чему приведут его поглаживания. Взгляд у Потапова моментально меняется. Нет уже никакого ухода за царапинами. Он поглаживает пальцами внутреннюю сторону бёдра, ведёт выше, из-за чего я машинально свожу ноги. А затем поднимает подол моего платья, полностью оголяя живот.

– Что ты делаешь?

– У тебя здесь царапина. Я видел, когда вытаскивал тебя из-под кровати.

Я идиотка, раз верю в этот бред. И неустанно наблюдаю за тем, как он наклоняется к моему животу и касается губами кожи чуть ниже пупка. Дыхание спирает от этой ласки. Особенно, когда он продолжает целовать мой живот дальше. Мне определённо пора отсюда уходить.

Неимоверным усилием заставляю себя встать с этого дивана. И только я принимаю сидячее положение, чтобы сбежать от греха подальше, как Потапов одним движением накрывает меня собой, прижимая к дивану. Перехватывает мои руки и, прижав их к подушке, впивается в мои губы, лишая возможности говорить. Наконец, оставляет в покое мои губы, что-то бессвязно шепчет, покрывая поцелуями мое лицо. Проходится губами по моей шее и опускается к груди.

– Остановись, – не знаю, кому это больше говорю. Себе или ему. Скорее, себе. Наутро я точно перестану себя уважать, перейди я сейчас черту. Несмотря на то, что я убеждена, что он ко мне не равнодушен, в реале я могу ошибаться, выдавая свои желания за действительность. А желания меня трахнуть – недостаточно. Мне этого мало. – Я серьёзно. Остановись.

Ноль на массу. И, кажется, мне впервые наедине с ним становится не по себе. Он, черт возьми, пьяный. Наши силы априори не равны.

– Серёжа. Не надо, – почти вскрикиваю, когда он спускает бретельки платья, оголяя грудь. Тянется к груди, вбирая в рот сосок. – Хватит! – только сейчас понимаю, что он давно не держит мои руки. Упираюсь ладонями в его грудь и отталкиваю.

– Игра затянулась, не находишь?

– А я с тобой сейчас и не играла. Шутки шутками, но я не тарелка, из которой можно поесть, когда тебе приспичит, – в спешке натягиваю платье и стопорюсь, услышав:

– Да, ты необычная тарелка. Дорогая.

Замахиваюсь, дабы ударить по его лицу, но, несмотря на алкоголь, он ловко ловит мою руку.

– Пока не перестанешь воспринимать меня как, пусть и дорогую, но б/у вещь, тебе ничего не светит. Понял?!

– Что-нибудь еще?

– Если не готов подправить в себе аномальную извилину и предложить что-то нормальное, даже не думай меня трогать.

– Хочешь, чтобы я соврал?

– Хочу, чтобы ты этого захотел сам.

– Этого?

– Нормального, а не потребительского. Пусти мою руку.

Благо мою ладонь он действительно отпускает. Встаю с дивана и хватаю свою сумочку. Прохожу в прихожую, но Потапов тут же выдергивает из моей руки сумку.

– Куда собралась, сударыня?

– В свои покои, сударь.

До меня не сразу доходит, что он забрал не только мою сумку, но и туфли. И… ушел в спальню.

– Что ты делаешь?!

– Спокойной ночи.

– В смысле?

– В прямом. Накормила кота ты. Значит, и убирать за ним, когда он нагадит, будешь тоже ты. Ты, кажется, хотела спать, вот и спи.

– И где мне спать?

– Где хочешь, там и спи.

– Ты дурак? Верни мне сумку и туфли!

– Спокойной ночи, Эля.

– Прекрати!

– Что непонятно из того, что я сказал? Каждый ответственен за свои поступки. Утром вымоешь полы, зашьешь трусы и уберешь за котом. И только после этого ты покинешь мою квартиру. А спальное место выбирай сама. Спойлер: на кровати удобнее.

Глава 28

Краем глаза кошусь на стиральную машинку, на которой расположились Элины туфли и сумка. Я точно двинулся головой, если взял их с собой в ванную, чтобы она их не сперла, пока я привожу себя в порядок с помощью прохладной воды. Которая, увы, ни на грамм не помогает.

Не на такое продолжение вечера я надеялся. И уж точно не рассчитывал, что она молча сядет на диван и даже не попытается забрать свои вещи. Молчаливая, серьезная Эля – вообще не про рыжую. Остается только за волосы подергать, чтобы обратила на меня свое царское внимание.