Аномальные каникулы
Шрифт:
— Следи за этим… — Тимур неопределенно мотнул головой за плечо.
Ворожцов проглотил таблетку, запил и снова переключился на сканер. Вздрогнул.
— Скорее, — сказал он, озираясь. — Уже рядом.
Тимур тоже невольно обернулся на светлую прорезь ворот. Всем естеством ощутил, как зверь подбирается к ним все ближе и ближе. Почему-то он теперь был уверен, что это именно зверь. Не станет целая стая свирепых псов бежать от одного человека, пусть даже тот вооружен до зубов.
Леся поймала в темноте ладонь Тимура, и он автоматически сжал ее теплые пальцы в своих. Тяжелый обрез пришлось опять держать одной рукой. Ну и пусть! Главное, что она рядом.
Девчонка закашлялась. Тимур почувствовал, как содрогается все ее тело от спазмов. Эхо угодливо разнесло кхыканье по ангару.
— Совсем простыла, — виновато сказала Леся. — Раскашлялась, как бабка старая.
— До бабки тебе еще далеко, — успокоил Тимур.
— Ну почему? — с мерзкой улыбочкой начал Мазила. — Если прибор помощней сработает, то…
— Помолчал бы ты, — одернул его Ворожцов. — Лучше гайку готовь.
Мазила зазвенел железяками, подходя к решетчатой переборке, в которой чуть правее виднелась дверь. За прутьями дрожало желтое марево. В глубине секции угадывались контуры старого дизельного локомотива. Стекла в кабине отсутствовали, внутренняя силовая установка, судя по разбросанным вокруг ржавым деталям, была давно выпотрошена.
— Вон туда швыряй, — указал Ворожцов Мазиле. — Чуть в сторону от паровоза, где воздух дрожит.
Мелкий занес руку, но Леся приостановила его.— Давайте-ка от решетки отойдем, — сказала она. — На всякий случай.
— Правильно, — согласился Ворожцов.
Тимур перехватил его взгляд, но перечить не стал. Просто отступил от переборки.
Мелкий замахнулся и бросил гайку. Она пролетела сквозь марево и со звоном отскочила от рельсы. Миг ничего не происходило. А потом раздался нарастающий шум, словно где-то рядом внезапно смыли воду в унитазе, и хлопнуло.
Вспышка на некоторое время ослепила всех. Тимура обдало жаром. И он машинально отпрыгнул назад, увлекая за собой вскрикнувшую Лесю. Щурясь, вгляделся в яркое пламя, двухметровой струей ревущее за переборкой.— Бежим? — растерянно спросила Леся.
— Постой, — прикрываясь рукой от волны горячего сухого воздуха, сказал Тимур. — Кажется, не разрастается.
— Оно и не разрастется, — со знанием дела поддакнул Мазила. — Это ж аномальный огонь!
— Жарит от него совсем не по-аномальному, — буркнул Тимур. — Если подобраться ближе, зверюга не сунется.
— Тимур прав, — неожиданно согласился Ворожцов. — Все звери боятся огня.
— Но эта горелка не будет же вечно полыхать, — засомневалась Леся. Кашлянула. — Потухнет, и тогда…
— Вот пока не потухла, пойдемте к ней, — решительно сказал Тимур. — Я прикрою.
Он отпустил Лесину ладонь, перехватил ружье и развернулся. Высушенной кожи лица коснулась приятная прохлада. Зато шею и затылок стало жарить.
После яркого пламени пытаться рассмотреть что-то в темноте ангара было сродни потугам слепого котенка узреть мир. На черном фоне плыли радужные пятна, и Тимур долго моргал, пока наконец не стал различать светлую прорезь входа. Он сфокусировался на ней.
Шум пламени за спиной постепенно утихал, прыгающие по полу и рельсам отсветы становились тусклее. Но огонь продолжал гореть.
— Стой! — донесся из-за спины окрик Ворожцова. — Сначала — гайку!
— Ага! Я и забыл, что…
Оправдательная телега Мазилы потонула в очередном огненном реве. Тимур ощутил, как жар с новой силой защипал холку. В спину ткнулось что-то твердое. Он быстро оглянулся и понял: это Лесин рюкзачок.
За решеткой вновь бушевала огненная стихия.— Теперь туда вообще не сунешься, пока не стихнет, — прокомментировал Мазила.
— Метка! — крикнул Ворожцов. — Тимур, следи за входом! Зверь рядом!
Тимур напряг зрение, словно это могло ему помочь увидеть больше, чем он уже видел. А видел он все так же немного: подсвеченные отблесками пламени рельсы, островок грязного бетонного пола да голубоватую полоску дневного света в воротах.
— Вроде угомонилось. Идем? — спросил Мазила.
— Да. Только смотри в оба, — наказал Ворожцов. — Сначала гайка, потом шаг.
— Гайка, шаг, — тупо повторил мелкий. Видимо, его все же пробрало после того, как едва не сгорел заживо.
Звякнуло. Тимур уже приготовился к знакомому шуму, но его не последовало.
— Чисто! — В голосе Мазилы прорезалась радостная нотка. — Я иду, вы за мной.
— Гайка, шаг, — напомнил Ворожцов.
Некоторое время слышалось только ворчание утихающих очагов огня.— Ну? — не вытерпел Тимур.
— Нормально, — сказал Ворожцов. — Мазила, нормально?
— Ага! Давайте сюда, только лица прикройте — жарко.
— Лесь, пойдем. Осторожно.
Тимур почувствовал, как рюкзачок Леси перестал упираться в спину. Между лопатками сразу возникла пустота, словно там чего-то не хватало. Он передернул плечами, чтобы отогнать дурацкое ощущение…