Чтение онлайн

– Куда держим путь? – кланяясь Оскару, спросил капитан.

– В Нарекорье. В Низгод. – ответил он ему, и они пошли куда-то вместе. Я осталась с Ричардом.

Ура! В Нарекорье! Это означает, что я смогу наконец-то сбежать! Боже мой, спасибо! Мне хочется просто кричать от радости! Я смогу найти хорошего мужа и забыть про это всё, как про страшный сон. Хотя, вспоминая как относятся местные к моему цвету кожи, может мне и не стоило бы так радоваться.

– Пошли, нам надо переодеться. – сказал Ричард, и, взяв меня за руку, куда-то повёл.

– Для чего мы направляемся в Нарекорье? Я думала мы держим путь в Ноксенбург?

– Забыл, что ты не знаешь. Мы едем к твоим родителям. Должен же кто-то вернуть за тебя деньги.

– Господин Хекс, но у моих родителей нет таких денег. Это же целое состояние. – мрачно проговорила я, на что Ричард промолчал.

– Про какой контракт вы говорили с господином Садьяросом? – пытаясь разузнать побольше спросила я.

– Вот Фолкар с Юеной, пусть и расскажут. – ответил он, открывая дверь в каюту.

Мы зашли, Ричард прижал меня к стене, взяв меня за шею так, что я едва могла дышать.

– Если ты еще хоть раз, что-то натворишь, ослушаешься, попытаешься сбежать или еще чего, я сверну тебе шею, понятно? А заодно, найду твоих родителей и повешу. – угрожающе сказал он, будто ожидая моего ответа, но я не могла ничего сказать. У меня начало темнеть в глазах и, когда он меня отпустил, я закашляла.

– Пожалуйста, только не трогайте моих маму и папу! – умоляющим голосом с отдышкой попросила я.

– Всё зависит от тебя. Мне совсем не хочется с тобой возится, так что давай без глупостей. Иди прими ванну, я принесу тебе чистую одежду. – сказал он и куда-то вышел.

Я огляделась. Шикарная комната в черно-красных тонах, над большой двуспальной кроватью, укрытой меховым покрывалом, красуется в золотой раме портрет Ричарда. Видимо это его каюта. Мебель из черной резной древесины украшают золотые элементы. Я решила не медлить и вошла в дверь ванной комнаты. Она выполнена в похожем стиле, что и спальня. Да уж, тут легко забыть, что плывёшь на корабле. Я прошла пару шагов по черной плитке и начала наполнять ванну красного цвета. Интересно, краны и вправду золотые, или это позолота?

Раздевшись догола я недолго смотрела в зеркало, а затем улеглась в горячую воду. Меня терзали смешанные чувства: сильная радость от того, что я еду домой, и давящий страх, от того, что это может плохо кончится для моих родителей. Эти две эмоции словно поедали меня изнутри, и я ненадолго окунулась в воду с головой. Если я еду домой, то такую ванну я вряд ли больше когда-нибудь приму. Что бы сделать похожую, надо столько воды натаскать, столько дров потратить, чтобы её закипятить – просто невероятно! Я конечно пытаюсь отвлечься, но у меня плохо получается. Почему Оскар сказал, что не отпустит меня? Зачем я тогда еду к родителям? Попрощаться? Я принялась намыливать голову и попыталась вспомнить что-нибудь хорошее. Мне вспомнилась Рита и церковь. Вот всё-таки, как Бог позволяет свершаться таким ужасным вещам, если он такой всемогущий?

Смывая пену с волос, я услышала какие-то звуки, доносящиеся из-за двери.

– Ты опять оставил её одну? Хочешь, чтобы опять что-то случилось? – кричал Оскар, по-видимому на Ричарда.

Ричард открыл дверь в ванну, и, не глядя на меня, положил на табуретку свёрток с одеждой и обувью, а затем вышел. Я взяла большое полотенце и замоталась в него.

– Всё в порядке, успокойся, мы договорились, что она будет меня слушаться. – оправдывался Ричард и они продолжали спорить.

Я одела чистое бельё и взглянула на новенькое платье в коричневых тонах – оно достаточно скромное, деревенское. У моей мамы, помню, были похожие. Я оделась и посмотрела в окошко – уже виднелась суша. Выйдя из ванной комнаты, я наткнулась на Оскара, сидящего в кресле. Ричарда по близости нет. Он протянул мне заколки, и я села у зеркала, причесывая волосы. Едва я закончила, как Садьярос подошел ко мне и взял меня за руку, которая была обмотана уже мокрым бинтом. Он принялся его развязывать, как запястье отозвалось сильной болью. Хоть я и старалась не подать виду, моё лицо говорило за меня. Когда боль утихла, я осмелилась посмотреть на руку – на ней не было ни царапинки!

– Как? – удивлённо спросила я, на что Оскар лишь улыбнулся.

– Мы почти приплыли. – сказал он, беря в руки железный ошейник, что лежал рядом.

Понимая, что он собирается его на меня одеть, я отошла назад.

– Думаешь, то, что я буду ловить тебя по всей каюте, улучшит наше доверие? – проговорил он, пытаясь надеть его на меня.

– Пожалуйста, на надо. Я не сбегу, мы же направляемся к моим родителям, верно? – делая пару шагов назад неуверенно спросила я.

– Верно, но откуда мне знать, что ты говоришь правду? – ухмыльнувшись спросил Оскар.

– Умоляю! – встала я на колени. – Я не вынесу этого позора, если вы поведёте меня в кандалах. – вспоминая время, когда дети дразнили меня рабыней, сказала я, опустив глаза.

– Ты такая милая. – взяв меня за подбородок с улыбкой сказал Оскар. – Как тут устоять. Пошли. – он положил железяки на стол, и, взяв меня за руку повёл к лодке.

– А обязательно плыть на лодке? – по пути спросила я.

– Да. Корабль не подойдет так близко к берегу. Сядет на мель.

Мы спустились в лодку, где нас уже ожидал Ричард. Он переоделся в красивый костюм голубого цвета, украшенный серебряными нитями. Мы двинулись к берегу.

– Что это за символ на флаге? – любопытно спросила я у Оскара, чувствуя его расположение.

– Символ дома Садьярос. – вглядываясь в даль произнес он.

– Так это ваш корабль?

– Да. – ответил Оскар.

– А краны в ванной из золота, или позолоченные? – поинтересовалась я.

– Обокрасть решила? – с усмешкой спросил Ричард. – Ты сегодня слишком болтливая, тебе не кажется? С чего вдруг?

Я решила промолчать, к тому же, лодка вплотную подошла к берегу. Оскар вышел первый, помогая мне попасть на берег, подав руку. Ричард вышел следом.

– Ты мне не ответила. – положив руку мне на плечо сказал он. – Или ты не хочешь разговаривать только со мной? – продолжил Ричард. Мне нечего ему сказать, поэтому, я просто проигнорировала его в очередной раз.

Оскар крепко взял меня за руку, и мы подошли к черной карете, украшенной серебристыми, узорчатыми деталями. Эх Нарекорье! Даже не верится, что я увидела его снова! Небольшие двухэтажные полуразбитые домики, смытые грязью дороги – всё это навевало ностальгию, несмотря на то, что конкретно в этом городе я не была. Нас ждал кучер и четыре человека с символом Садьярос в доспехах на лошадях. Кучер нам поклонился и открыл двери. Мы втроём сели в карету.