Чтение онлайн

– Хорош брехать! – снова не сдержался Ферет, понимая, что проклятый старикашка загоняет Ясона в искусно расставленную ловушку. – А ну пошел с трона, урод дряхлый!

Пелий тяжело вздохнул и уже вроде как приподнялся, смирившись с судьбой, но тут снова подал голос Ясон, и сделал он это очень не вовремя.

– Нет! – звучно заявил сын главного ассенизатора Иолка. – Я совершу этот подвиг. Я не хочу, чтобы в Греции меня считали трусом.

– Брат, не дури! – Ферет предостерегающе затряс перед носом юноши унизанным золотыми перстнями пальцем. – За каким сатиром ты будешь плыть на край света, когда старый вонючка и так уже под себя от страха наделал? Вот он трон, он уже твой! Вот они богатства – бери и пользуйся. Мы оставим тебе с Амфаоном часть своих войск. Правь себе на здоровье!

– Точно! – радостно кивнул Амфаон, поднимая над головой полный кубок вина.

– Нет, – решительно отрезал Ясон. – Я не желаю прослыть трусом, и я во что бы то ни стало добуду это золотое руно…

Ну что ты с ним поделаешь?

Молодой, гордый, глупый. Двадцать лет – мерзкий возраст. Нет ничего упрямее двадцатилетнего юнца, мечтающего о славном подвиге. Знал Пелий, что молокосос в жизни не откажется от такого заманчивого предложения – получить законную власть через совершение подвига, способного потрясти всю Аттику.

Глядишь, и сложит головушку Ясон в Колхиде, тем более что, по слухам, золотое руно охранял чудовищный дракон, и вообще гиблое место этот Кавказ.

Радости старикашки не было предела: и трон сохранил, и могучих братьев Ясона уел. Не спустят они теперь на правителя своих блохастых собачек. Не спустят, ибо уважают решение старшего брата. Безрассудство, знаете ли, тоже достойно восхищения.

Таким образом Ясон стал жертвой старого коварного интригана, приходившегося юноше родным дядей.

Уж больно все это безобразие напоминало одиссею хитроумного царя Итаки. Вот только до этой самой одиссеи оставалось о-го-го сколько времени.

Любили путешествовать древние греки еще задолго до Троянской войны, и совершать подвиги им также очень нравилось. На свою голову они, конечно, эти самые подвиги совершали, но, как говорится, против своей героической непоседливой натуры не попрешь.

Скучно жила в то время Аттика: никаких тебе потрясений, ни войн, ни заговоров, ни громких убийств. Да и боги на Олимпе особо в дела смертных не вмешивались, что также было отрадно.

И вот, как только Ясон объявил в Иолке, что собирается плыть в Колхиду за золотым руном, новость сия была подобна грому среди ясного дня.

Желающих отправиться вместе с Ясоном в поход, наверняка опасный, было хоть пруд пруди.

Потянулись в город Иолк великие герои.

Понятное дело, не все они могли участвовать в походе – уж слишком их много было.

В первую очередь в число счастливчиков попал знаменитый сын Зевса Геракл, которого в то время из-за его свирепого нрава на Олимп еще не пускали. Геракл уже вторую неделю томился от безделья в далеком Карфагене, который он в очередной раз от нечего делать разрушил.

О готовящемся походе ему сообщил вестник богов Гермес. Он даже одолжил великому герою. свои реактивные сандалии, чтобы Геракл как можно быстрее достиг Иолка.

Прибыл на место сборов героев и могучий Тесей из Афин, заклятый враг и завистник Геракла. Примчались также умственно отсталые сыновья Зевса и Леды Кастор и Полидевк со своими друзьями-прихлебателями Идасом (нет, это не древнегреческое ругательство! – Авт.) и Линкеем.

В число счастливчиков попали Мелеагр из Калидона и великий Анкей (не путать с Антеем! – Авт.), затем Адмет, Теламон и пр. и пр.

Всего человек тридцать, что для Древней Греции было довольно прилично. Обычно в героический поход шло не больше десятка безумцев. А тут… Сразу было видно, какое значение придавали греки поиску золотого руна.

Оказался среди великих героев и певец Орфей, но о нем отдельный разговор.

Несчастный Иолк сотрясался от такого количества могучих мужей Греции. Все городские бордели были забиты до отказа, все вино было выпито еще в первый день сборов. Веселившиеся в предвкушении скорого похода герои устроили небольшие состязания, вследствие чего по улицам города стало опасно ходить. Каменные диски так и свистели над головой, ну а копья…

Один нищий, вовремя не убравшийся с городской площади, стал похож на диковинного ежа. Впоследствии оказалось, что он тоже хотел поучаствовать в походе за золотым руном, но безумная мечта бедняги так и осталась нереализованной.

Подготовлен был и корабль для героев.

Построил корабль некий Apr.

Характерно, что Apr ухитрился слямзить ствол священного дуба из Додонского святилища Зевса. По поверьям, дуб приносил обладателю одни лишь удачи, поэтому в корму славного судна врезали вытесанное из этого дуба круглое бревно. («Скажите, пожалуйста, на кой черт нужны все эти подробности?» – Неизвестный читатель. «Во всяком случае, ты, остолоп, будешь хоть как-то знать древнегреческие мифы!» – Авт.)

Корабль был сделан десятивесельным, и поначалу его назвали «Алко». Соответственно героев, принимавших участие в походе, стали именовать алконавтами. Понятное дело, герои возмутились и кое-кому здорово вломили за откровенную издевку.

Особо следовало надавать по мордасам самому Аргу, уже успевшему вывести на борту корабля оскорбительную надпись. Но недаром этот пронырливый грек стырил ствол священного дуба. Нависшая над ним угроза странным образом рассосалась, и Apr сохранил свои зубы до конца жизни здоровыми.

Сам Геракл лично переименовал десятивесельное судно в «Арго», заменив в названии всего лишь две буквы на буквы из своего знаменитого имени. Теперь великие герои звались аргонавтами. Термин был непонятным, но, главное, совсем необидным.

Однако последующие события показали, что первое название как нельзя лучше подходило ватаге храбрых и непоседливых греков.

Все уже, казалось, было готово к отплытию, но внезапно на пути алко… пардон, аргонавтов возникла серьезная проблема.