Антираспад
Шрифт:
— Я не хальцеолийка и не школьница! — с неприязнью бросила девочка. — Не кормить человека целые сутки — это подлость!
Пятясь, террорист сделал несколько шагов назад и опустился в угловое кресло. Норберт не спускал с него глаз, опасаясь подвоха.
— Тут не только наши деньги! — донесся из соседней комнаты обрадованный голос Олега. — Их целая куча!
— Все заберем! — затолкав в рот остатки бутерброда, промычала Аманда. — Пополним кассу «Антираспада».
Обычно она не разговаривала с набитым ртом, но пережитые потрясения заставили ее забыть об изысканных манерах.
— Вы хотите совершить грабеж? — оторопело спросил Феспис, топтавшийся у двери.
— Это не грабеж, а компенсация за моральный ущерб, — возразил Норберт.
— Моих карманов не хватает! — вновь позвал компьютерщик.
Стряхнув с одежды крошки, Аманда поспешила ему на помощь.
— Надо еще решить, что делать с террористами. — Норберт оглянулся на Фесписа, ему требовался совет. — Если мы найдем исправный таксофон и вызовем полицию, это чревато неприятностями?
Хальцеолиец ответил неожиданно деловито, без всяких восклицаний:
— Они отнимут у вас деньги, припишут себе арест подпольной группы, а на вас что-нибудь навесят. У нас та еще полиция! Ходят слухи, что олигархи собираются ее разогнать, как только их люди изучат обстановку.
Норберт неопределенно кивнул. Пленный террорист пристально наблюдал за ним, в его глубоко запавших темных глазах отражался свет лайколимского конуса, установленного на металлической консоли напротив. Норберта беспокоило выражение его лица: смесь обреченности и торжества. Но что может сделать человек со скованными за спиной руками? Террорист повозился, устраиваясь в кресле, и снова застыл в скрюченной, неестественно напряженной позе.
— А если позвонить тому типу, который дал мне визитную карточку? — предложила Илси.
— Гм… Не стоит лишний раз привлекать его внимание. На него не только произвело впечатление, как ты дерешься, — ты ему понравилась. Неизвестно, что он сделает, если ты подогреешь его интерес. Например, постарается задержать тебя на Хальцеоле. От людей, которые обладают слишком большой властью, лучше держаться подальше!
— Как честные люди, вы должны отпустить террористов, не вмешиваясь в то, что происходит между ними и денорцами! — с нажимом заявил Феспис.
— Чтоб они продолжали заниматься похищениями и убийствами? — Норберта раздражало то, что хальцеолиец закрывает глаза на очевидные факты. — Вот что… Илси, в карточке указан адрес олигарха?
— Да. Адрес сейчас точно не помню, но там все написано.
— Если мы подбросим ему этих бандитов, а сами сразу смоемся, словно мы тут ни при чем? А дальше пусть по закону разбираются!
— Ты хочешь анонимно подбросить во дворец к олигарху связанных террористов? — с сомнением произнесла Илси. — А как мы их туда потащим через весь город?
Норберт и сам сознавал, что его идея далеко не блестящая. Смерив взглядом террориста в кресле, угрюмо посмотрев на тела его сообщников на полу (труп так и останется трупом, а вот парализованная женщина через два-три часа очнется!), он погрузился в поиски варианта, который обезопасил бы «Антираспад» от мести проигравших бандитов. Физическая ликвидация исключалась: он не мог убивать беспомощных людей и тем более не хотел, чтобы это делала Илси.
— Торгаш инопланетный… — Террорист выдавил улыбку, похожую на судорогу, в то время как его темные глаза оставались холодными, ненавидящими. — Только о своем барыше печешься, сволочь. А нас тут с потрохами взяли денорцы! То же самое и с твоим миром будет, тогда вы нас попомните! У нас великая цель, мы ради нее умираем.
— Да, у вас великая цель, — кивнул Норберт, — и поэтому вы сами жрете колбасу, а заложников морите голодом!
— Ты не способен видеть дальше колбасы! Ну, подойди, дай мне в морду! Дерьмовый торгаш, подойди! — Глаза террориста фанатично сияли; он выпрямился в кресле, театрально вскинув голову.
С этого момента Норберт соображал и действовал очень быстро. Схватив сестру, швырнул ее в дверной проем, прямо на Фесписа. Оба упали. Норберт прыгнул и рухнул на них сверху. Его почти оглушил последовавший за этим звуковой удар — все здание содрогнулось.
Наступила тишина. Потом кто-то под ним пошевелился и застонал. Норберт отполз в сторону: руки-ноги на месте, все ощущения тоже при нем… Илси и Феспис ошеломленно озирались, сидя на полу.
«Стелла, кисонька, спасибо тебе! — с горячей благодарностью подумал Норберт. — Ты меня всему этому научила…»
На месте большой комнаты теперь был залитый розовым лунным светом ландшафт ночного города, вставленный в бетонную раму с зазубренными краями. Взрывной волной сорвало с петель дверь в соседнюю комнату, но Олег и Аманда остались невредимыми.
— Они нас подорвали? — стоя на четвереньках, спросила Аманда.
— Не нас, а себя.
— Значит, не врали, что в той комнате бомба! — Болезненно морщась, она села, прислонилась к косяку. — Они держали меня тут связанную, с мешком на голове. Хальцеол — дрянная планета, хуже Раглоссы! Нор, как он детонировал свою чертову бомбу, если был в наручниках?
— Этого мы никогда не узнаем. Надо поскорей выбраться на улицу.
— Вот. — Олег положил на пол несколько пачек купюр. — К нам ничего больше не влезает.
Норберт и Феспис торопливо рассовывали деньги по карманам. За дверным проемом виднелась комната, по-прежнему озаренная светом опрокинутой набок «вечной лампы». Вдоль стен стояли шкафы, накренившийся стеллаж, на полу валялись слетевшие с полок предметы. На столах, среди россыпи деталей, громоздились плотно закрытые банки для реактивов. В углу примостился компьютер, подключенный к инкрустированной перламутром роскошной тумбе из черного полированного металла — портативной мини-электростанции. Норберт только тихо присвистнул, поглядев на эту немыслимо дорогую штучку: где ее раздобыли террористы — стащили у денорцев? Или приобрели на деньги, вырученные за похищенных инопланетян? Один из шкафов был взломан, оттуда Олег изъял свои и чужие наличные.