Чтение онлайн

Сметя налету все магические плетения, направленные в главного стража правопорядка, она вертикально зависла в воздухе перед сектантами, мерно взмахивая крыльями и прожигая их яростным взглядом. Лица убийц побелели, посерели, застыли…

Люди на глазах потрясённой Ани обернулись каменными изваяниями!

Василиском всё-таки была она!!!

Мелькнула радужная магия, и Аня автоматически увернулась от очередной сети. «Только ни на кого не смотреть!!! Не смотреть и не оглядываться! Бежать!» — вспыхнуло в её уме, и она взвилась под облака, развивая немыслимую скорость.

Боязнь преследования вынудила её сменить форму: она спикировала на землю, перекинулась в волка и понеслась длинными скачками. Слетела с высокого берега в воду и поплыла огромной рыбой под покровом тёмной воды, распугивая обитателей полноводной реки. Выскочила на берег далеко-далеко от Ульстока и в ночное небо взмыл живой истребитель модификации «птеродактиль».

«Василиск — это я. Василиск — это я. Я — Василиск, — на все лады стучало в голове Ани. — Как победить змеиную сущность? Вытравить её из себя? Или хотя бы научиться полностью контролировать?! Я смертельно опасна для окружающих! Куда опаснее любого необученного мага! Люди, подскажите, кто-нибудь ведёт спецкурс по дрессировке внутреннего Василиска, а? Я помогаю невестам избавляться от неугодных женихов, а кто поможет мне избавиться от неугодной ипостаси? Ипостаси, которая захватывает контроль над телом во время сна и приступов сильного гнева? Похоже, квест «антисваха против Василиска» мне придётся проходить в одиночку».

— Хорошо, что не всех оставшихся мерзавцев обратили в камень, — заметил Имран, удовлетворённо осматривая четверых живых пленных, лежащих без сознания на изрытой борьбой земле.

— Хорошо, что нас в него не обратили, — утирая холодный пот со лба, дополнил Ригорин Оэн под согласные шепотки своих подчинённых. Штатные маги-целители оказывали помощь пострадавшим товарищам, потерь среди сотрудников королевской стражи удалось избежать. Не без помощи Дьявола и крылатого змея, стоит отметить. — Василиск мельче размером, чем мне думалось. Он выступал на нашей стороне или мне показалось? Змей спас тебя от страшного удара в спину, Дайм!

Глава стражников перешёл на дружеское обращение к магистру. Видимо, из-за глубокого потрясшего его знакомства с Василиком.

— Он и тебя спас, — отозвался Имран, приводящий в сознание девушку, схваченную сектантами, и Ригорину померещились нотки ревности в тихом голосе. Магистр претендует на единоличную дружбу с крылатой рептилией? Да не вопрос!

— Что с девушкой?

— Жива-здорова. Зачем же так визжать? — поморщился Имран, когда его магия дала результат и девушка распахнула перепуганные синие глаза, испустив дикий вопль. — Сами угомонитесь или помочь?

— Вы спасены, преступники ликвидированы и взяты под стражу, — склонился над спасённой жертвой Ригорин. Его форма сыграла успокаивающую роль, как и форма других мужчин, расхаживающих по поляне перед судорожно оглядывающейся девушкой. — Всё закончилось благополучно, вас проводят домой.

— А для меня всё только начинается: ты же не дашь мне спокойно отправиться домой и завалиться спать? — проворчал Имран.

— Увы, другие не обладают умением допрашивать бессознательных свидетелей, — подтвердил Ригорин.

Допросы длились до рассвета. Добровольно наложенное смертельное заклятье в итоге проявляло себя, избавляя тюрьму Ульстока от дополнительных постояльцев, но значимые сведения выудить удалось: ниточка следствия впервые вывела за уровень мелких исполнителей на местах.

— Я знаю этих двоих, они из южных магических родов, окончили столичную академию магии, — процедил Ригорин, нумеруя страницы протоколов допросов. Он говорил о тех, чьи имена назвал главарь непосредственных убийц, собиравшихся вонзить кинжал в грудь жертвы, и кого упомянул координатор, нанятый верхушкой секты в Ульстоке.

— И вряд ли обученные маги, прекрасно зарабатывающие в столице и уверенно умножающие достояние своих семей, наложили на себя смертоносные чары, — дополнил Имран. — О нашем допросе арестованных обязательно поползут шепотки и сектанты почувствуют, что пахнет жареным, что мы вышли за круг смертников. Вывести неприятеля из равновесия — первый шаг к победе над ним.

— Предположу, верхушка секты и тут отлично подстрахуется: уничтожит связующие звенья между этой «засветившейся» парочкой и собой — и след опять оборвётся, — мрачно предрёк Ригорин. — Надо срочно лететь в столицу!

— Предскажу, ты уже опоздал с визитом. Если бы я возглавлял секту, то требовал бы присылать магические письма с уведомлением о благополучно завершённом деле. А раз сегодня письмо не прошло вверх по цепочке, то эту цепь уже разорвали.

— Наверняка ты прав, — сник Ригорин.

— Не вижу повода скисать, как вчерашнее молоко, — хмыкнул Имран. — Зачем нам пресловутый «след», если мы и без того знаем, куда ведёт дорога? Она ведёт в самые верха магической знати, нам требуется только собрать улики. Скоро я выкурю зверя из его норы…

— Ты о Василиске?

— О нём тоже.

— Да, хотелось бы и змея поймать, — кивнул Ригорин, вспомнил, что этому змею обязан жизнью, и поправился: — Пообщаться бы с ним по-дружески, разумная же тварь.

— Прежде чем дружески общаться с Василиском, тебе следует отучиться именовать его тварью, — саркастически заметил Имран.

— Чёрт, с тобой невозможно вести диалог. Каждый раз, когда мы что-то спокойно обсуждаем, ты по каждому пункту оказываешься прав!

— Приятнее было выказывать мне благородное негодование и исходить из принципа «Дьявол всегда неправ. Если Дьявол прав, смотри пункт первый?» — фыркнул Имран. — Ладно, лети куда хочешь, лови, кого вздумается, а я домой.

— В столицу, Эзмер или поместье?

— Хотелось бы задержаться в Эзмере, но увы, в столице скопились срочные дела.

Закутавшись в меховой плед, Аня сидела на заднем крыльце, трясясь от холода в духоте летней ночи. Внутренние конфликты подросткового возраста, о которых постоянно толковали школьные психологи на всяческих курсах и семинарах, представлялись совершеннейшим пустяком в сравнении с её нынешним «внутренним конфликтом»! В голове не укладывалось, что она способна убить человека одним взглядом, как мифическая Медуза Горгона. Она предполагала это и раньше, но предполагать — одно, а воочию увидеть, как каменеет живой человек, — совсем другое. В этот раз она убила негодяев, убийц, преступников, которым в любом случае грозила смертная казнь, так что (наверное) сможет с этим жить, а если в следующий раз пострадают невиновные? Она же не контролирует себя во сне!