Шрифт:
Рудольф Штайнер
Антропософия и Теософия
(* Под этим заголовком ниже приводятся выдержки из восьмого издания автобиографической книги Р.Штайнера "Мой жизненный путь (Mein Lebensgang)" на немецком языке, Дорнах, 1982, причем перевод преднамерено является не литературным, но насколько это удалось, дословным. Антропософия, дословно в переводе с греческого "Человекознание" или "Человекомудрость", характеризует знание или мудрость, приобретаемое человеком сознательно изнутри, внутренними Душевными силами чувствования, мышления и воления. Теософия, дословно в переводе с греческого "Богомудрость", характеризует знание, получаемое человеком извне от высших Иерархий в одном из под-сознательных состояний Душевных сил. Основное различие между Теософией и Антропософией заключается именно в том, что первая получает знания в под-сознательных состояниях, в то время как последняя приобретает их в сознательных. Поэтому, например, если человек познает высшие Иерархии, то Теософ получает такое знание под-сознательно извне, а Антропософ приобретает его сознательно изнутри. Отсюда вытекает и различие в методах. Под-сознательные методы познания соответствовали прошлым уровням сознания человека. Знание, полученное Е.П.Блаватской извне от Учителей, позволило учредить Теософское общество. В основе передачи такого знания лежала задача подведения итога Духовных школ, завершающих или уже завершивших свое существование на современном этапе развития человеческого сознания. Знание, приобретенное Р.Штайнером сознательно изнутри, лежит в основе Антропософского движения. Духовная необходимость современного этапа развития человеческого сознания позволяет человеку познавать сознательно изнутри и делает актуальными сознательные Духовно-научные методы познания высших Миров, предлагаемые Атропософией. Прим. Пер. cat@salomon.at)
Глава XXXII, стр. 316 -- 322.
В ежемесячном издании "Люцифер-Гносис (Lucifer-Gnosis)" я мог донести к первой публикации то, что стало основой для Антропософской деятельности. Здесь возникло сначала то, что я имел сказать об усилиях, которые должна сделать Душа, для того, чтобы достигнуть собственного созерцательного понимания Духо-познания. "Как достичь познаний высших Миров?" появлялось в продолжениях от номера к номеру. Так же была заложена основа для Космологии через продолжающиеся статьи "Из Акаша-Хроники".
Из этого, данного здесь, а не из чего-либо, позаимствованного из Теософского общества, произрастает Антропософское движение. При моих письменных изложениях Духо-познания я думал об общепринятых в обществе учениях, -- так это было только для того, чтобы напротив этому или тому, что мне в этих учениях являлось ошибочным, выступить коррегирующе.
В этой взаимосвязи я должен оговорить нечто, что с оппонентной стороны постоянно снова преподносилось, облаченное в неком тумане недоразумений. Из внутренних причин я вообще не нуждаюсь говорить об этом, ибо это не имело никакого влияния ни на ход моего развития, ни на мою публичную активность. И напротив всего, что я имею здесь изложить, это осталось чисто "приватным" делом. Это есть принятие меня в существующую внутри Теософского общества "Эзотерическую школу". Эта "Эзотерическая школа" уходит назад к Е.П.Блаватской. Таковая создала для малого внутреннего общества место, в котором она делилась тем, что в обычном обществе не желала говорить. Она считала, как и другие знатоки Духовного мира, за невозможное поделиться определенными глубинными учениями с общественностью.
Теперь, все это связано с тем образом, как Е.П.Блаватская пришла к своим учениям. Всегда ведь существовала традиция о таких учениях, которые уходят назад к древним Мистериям-школам. Эта традиция лелеется во всевозможных обществах, которые бдят о том, чтобы от учений ничего не выходило наружу из обществ.
Но с какой-то стороны было посчитано соразмерным поделиться с Е.П.Блаватской такими учениями. Она связала затем то, что она тут получила, с откровениями, которые восходили в ее собственном Внутреннем (Inneren). Ибо она была человеческой индивидуальностью, в которой Духовное действовало через один странный атавизм, как он однажды действовал при Мистериях-лидерах, в одном состоянии сознания, который напротив современному, освещенному насквозь сознательной Душой, был одним, более согласованным в Сновидческом (Traumhafte). Так обновилось в "человеке Блаватская" нечто, что в пра-древнее время было домашним в Мистериях.
Для современного человека существует свободная от заблуждений возможность чтобы решать, что из содержания Духовного созерцания может быть сообщено широким кругам. Со всем возможно совершить то, что исследователь может облачить это в такие идеи, как они свойственны сознательной Душе и как они по своему образу также могут прийти к действенности в признанной науке.
Не так обстоит дело, когда Духо-познание живет не в сознательной Душе, но в более под-сознательных Душевных силах. Поэтому для учений, которые будут так добыты из под-сознательных областей, сообщение может быть опасным. Ибо такие учения могут ведь только опять быть воспринятыми под-сознательным. И учитель и обучаемый движутся здесь по такой области, где то, что человеку есть свято, что есть вредно, должно быть очень заботливо задействовано.
Все это для Атропософии не входит в рассмотрение потому, что таковая свои учения полностью поднимает из под-сознательной области.
Внутренний круг Блаватской жил в "Эзотерической школе" дальше.
– - Я вставил свою Атропософскую деятельность в Теософское общество. Я должен был поэтому быть информирован обо всем, что в таковом происходило. Ради этой информации и потому, что я для продвинутых в Атропософском Духо-познании некий более узкий круг сам считал за необходимый, позволил себе принять меня в "Эзотерическую школу". Мой более узкий круг должен был все-таки иметь другой смысл, чем такая школа. Он должен был представлять более высокое отделение, более высокий класс для тех, которые достаточно много приняли из элементарных познаний Атропософии.
– - Теперь, я желал повсюду завязаться на имеющееся, на историческое данное. Так, как я это делал в отношении Теософского общества, хотел я это также делать напротив "Эзотерической школы". Поэтому состоялся мой "более узкий круг" также сначала во взаимосвязи с такой школой. Однако взаимосвязь располагалась только в организациях, не в том, что я давал как сообщение из Духо-Мира. Так выглядел мой более узкий круг в первые годы внешне, как одно отделение "Эзотерической школы" г-жи Безант (Mrs. Besant). Внутренне был он полностью и вовсе не этим. И в 1907, как г-жа Безант была у нас на Теософском конгрессе в Мюнхене, прекратилась полностью после, между г-жой Безант и мной встречной договоренности, также внешняя взаимосвязь.
То, что я внутри "Эзотерической школы" г-жи Безант мог бы выучить нечто, лежало уже вне области возможного потому, что я с самого начала не принимал участия в мероприятиях этой школы, за исключением некоторых немногих, которые должны были служить для моей информации, что происходит.
Тогда ведь в школе было никакое другое действительное содержание, как таковое, которое происходило от Е.П.Блаватской и таковое было уже отпечатано. Вне этого отпечатанного г-жа Безант давала всевозможные Индийские упражнения, которые я, однако, отклонял.
Так до 1907 был мой более узкий круг в некотором, относящимся к организационному, смысле в некоторой взаимосвязи с тем, что г-жа Безант лелеяла как такой круг. Однако это является неправомерным, из этих фактов делать то, что сделали из этого противники. Утверждалась, прямо-таки абсурдность, что я вообще был приведен к Духо-познанию только через Эзотерическую школу г-жи Безант.
В 1903, приняли тогда Мари фон Сиверс (Marie von Sivers) и я снова участие в Теософском конгрессе в Лондоне. Здесь появился тогда также полковник Олькотт (Colonel Olcott), президент Теософского общества. Любезная личность, которую еще наблюдали, как он через энергию и необычайную организаторскую одаренность мог быть соратником в основании, организации и руководстве Теософского общества. Ибо внешне стало это общество в короткое время большим объединением с превосходной организацией.
Мари фон Сиверс и я сошлись на короткое время ближе с г-жой Безант через то, что она жила в Лондоне у г-жи Брайт (Mrs. Bright) и мы для наших более поздних посещений Лондона были также приглашены в этот любезный дом. Г-жа Брайт и ее дочь, мисс Эстер Брайт (Miss Esther Bright) были домовладельцами. Личностями, как воплощенная любезность. Я думаю о времени, которое я должен был провести в этом доме с внутренней радостью. Брайтс остались в отношении г-жи Безант верно-преданными друзьями. Их старанием было завязать теснее узы между ней и нами. Как стало невозможно, чтобы я поставил себя на сторону г-жи Безант в определенных вещах -- из которых некоторые здесь уже оговаривались -- это было также болью для Брайтс, которые железными узами безкритично твердо держались Теософского общества.
Для меня была г-жа Безант через определенные качества интересной личностью. Я отметил у ней, что она имеет определенное право говорить о Духовном мире из своих собственных внутренних переживаний. Внутренний подход к Духовному миру с Душой, это имела она. Таковой был только позднее заглушен внешними целями, которые она себе поставила.
Для меня должен был человек быть интересным, который из Духа о Духе говорил.
– - Однако я был, с другой стороны строг в своем воззрении, что в наше время проницание в Духовный мир должно жить в пределах сознательной Души.