Апокалипсис вчера
Шрифт:
– Это возможно, – отозвался Франц, – но было бы затруднительно, не совсем рационально, а потом…
– Господь с вами, Франц. Это я не в укор. Скажите лучше… – Капитан сообразил, что разговаривать с лошади будет не с руки и спрыгнул вниз на мокрую траву. – Скажите лучше, нет ли способа обойти это селение? Дело к вечеру, а наши люди рискуют опять провести эту ночь в поле на обочине. Гренадёры Мюрата оставят нас и без ужина и без сухого ночлега.
– Мост слабый. Может рухнуть в любой момент. Вот только первая артиллерийская подвода пойдёт по старым брёвнам. Так что не завидуйте, господин капитан. На ночлег гренадёры попадут, когда найдут брод через речушку чуть ниже по течению, а вот с провиантом у них здесь не заладится. Вижу, что село пустое. Два гуся и два мешка муки, позабытые русскими, вся-то пожива.
Штаер повернул голову в сторону широкого поля и созревших хлебов. Впуская воздух в лёгкие, ноздри его шевелились, как у легавой собаки.
– А дорога есть. Идёт в паре вёрст параллельно большому тракту. Вокруг села и дальше через лес. Крепкая, не разбитая. Наша рота сможет быстро по ней передвигаться. Но отсюда не могу почувствовать есть ли на ней поселения.
– Это, ладно, – сказал капитан, быстро обдумывая выпавший пасьянс. – По крайнему случаю бивуаком станем. Но будем надеяться, что на деревеньку до темна налетим, иначе зачем же дорога сделана… А русских чувствуешь? Нам главное, на засаду не выскочить.
– Русских солдат здесь нет, – наклонил голову удивительный инженер. – Это определённо.
Через четверть часа рота капитана Шверина уже выбралась из транспортной ловушки и бодро маршировала по подсыхающей дороге. Дождь прекратился, выглянуло солнце и стало даже жарко. Солдаты снимали шинели, утирали лбы.
Франц Штаер забрался на обозную подводу. Достал трубку-носогрейку вишнёвого дерева и кисет. Лицо его было умиротворённым.
Рядовые, проходя мимо инженера, замолкали, старались не смотреть на него пристально. Боялись сглаза. Слухи невозможно было остановить, капитан и не пытался, все в роте и многие в полку слышали байки и рассказывали сами о чудесах, которые выделывал щуплый пархимец. В этих историях, как водится, было много преувеличений и просто пустых выдумок, почти детских, но все они были проникнуты глубоким уважением к магической силе Штаера. Ведь все видели, как его участие в походе спасает их жизни.
Конец ознакомительного фрагмента.