Апокриф
Шрифт:
Офицер связи при маршале был захвачен вместе со своим секретным блокнотом. Несколько минут весьма интенсивного разговора с офицерами ФБГБ не оставили ему никакого выбора, кроме того как однозначно убедиться в том, что его шеф, маршал Венар — государственный преступник. Одновременно к связисту пришло понимание такой простой вещи, что только полное сотрудничество с этой вполне очевидной, напористо и грубо давившей на него силой дает шанс не расстаться с жизнью немедленно. А там — видно будет… Он был хорошим служакой и даже за компанию состоял в «Союзе офицеров патриотов», но, к счастью для него самого и его семьи, не являлся фанатиком.
Таким образом, «Временный военный комитет», номинально возглавляемый маршалом авиации Лаартом, а фактически руководимый Кафорсом и Ланцером, обрел ценные сведения о частоте волны и кодах, посредством которых Венар отдавал приказы находившимся в его распоряжении воинским подразделениям.
Заработали радисты. Офицеры, подчиненные «Временному военному комитету», связывались с командирами блокпостов и передавали им сообщение о раскрытии антигосударственного заговора, об аресте маршала Венара и отстранении от командования полком колонеля Даартса. Далее следовало требование выполнять приказы, исходящие только от главы «Временного военного комитета» маршала Лаарта, причем под страхом предания военно-полевому суду по законам военного времени.
Большинство командиров, получивших столь неожиданную новую вводную были вполне аполитичными вояками, привыкшими подчиняться. «Если один маршал перестал командовать, а второй (кстати, симпатичный мужик!) командует, — мое дело маленькое: «бери больше — кидай дальше», — так или почти так рассуждал почти каждый из них. Только несколько оголтелых СОПовцев приняли это известие как личную трагедию. Ну и что? Делать-то нечего. Штаб переворота явно разгромлен, командовать некому… Стиснули зубы, затаили злобу…
Картэна по-сумасшедшему орал на Даартса, как будто тот лично увел от телерадиоцентра полуроту солдат в кульминационный момент атаки.
Колонель пока молчал, но все наливался и наливался ответной злобой. Он был готов уже совершить святотатственный для него поступок — начать в ответ орать на старшего по званию шефа ВР, а может, даже дать Картэне в морду, но тут Даартса позвали к рации.
Колонель круто развернулся и, не слушая больше истерического ора, вышел из комнаты…
— На связи глава «Временного военного комитета» маршал Лаарт! — несколько испуганным голосом доложил радист.
Колонель, уже начиная понимать, что, по-видимому, произошла катастрофа, замедленным движением взял со стола наушники и микрофон…
— Здесь колонель Даартс.
— Вот что, колонель! — в несколько расхлябанной и не очень военной манере, характерной для общения в ВВС, заговорил Лаарт, — вы вляпались в отвратительную историю! Если не будете дергаться и мешать, или не дай Бог сопротивляться, гарантирую вам относительно почетные условия сдачи. А когда эта история чуть подзабудется, даже обеспечим вас военной пенсией. Идет?
Даартс молчал.
— Вы что там, любезный, язык проглотили? Да! Чтобы не было детских иллюзий: Венар — у нас, десантуры, которую вы ждете, — не будет… Вы это, наверное, и так поняли, а полчок ваш в большинстве своем уже на нашей стороне. Ясно? A-а?! Колонель! Вы будете маршалу отвечать?!
— Да. Ясно… — почти лишившись голоса, выдавил из себя Даартс. — Жду распоряжений.
— Сейчас к вам прибудет колонель Контин, сдайте ему командование. Сами будете считаться под домашним арестом. И без фокусов! Контин с танковым дивизионом прибудет… Как поняли?
— Так точно, понял.
— Ну и славно!
Со скомканной и раздавленной душой, растирая рукой как будто затекшее, потерявшее чувствительность лицо, Даартс снова вышел к Картэне.
Тот сразу понял, — произошло, что-то из ряда вон…
— Ну? Ну! Что? — натянутым голосом, готовым снова сорваться в крик, спросил он у колонеля.
Злоба на Картэну у Даартса уже прошла. Он чувствовал только усталость и эмоциональное отупение.
— Все, — тускло отозвался он, — совсем все… Бегите. Если успеете.
Глава 19. Финал
«…и сорвали попытку захвата власти. «Временный военный комитет», взявший на себя в эти трудные часы ответственность за сохранение в стране демократических институтов, в свою очередь призывает всех граждан Народно-демократической Федерации проявить выдержку и сознательность, не поддаваться на провокационные призывы и оказывать максимум содействия властям в поддержании общественного порядка и спокойствия, жизненно необходимых в условиях продолжающейся войны.
Трагическая смерть Президента и предпринятая вслед за нею попытка государственного переворота вынудили ответственных военных лидеров, объединившихся во «Временный военный комитет», выступить гарантами функционирования в стране демократических процедур.
«Временный военный комитет» призывает депутатов Парламента срочно собрать совместное заседание обеих палат для выработки консолидированной позиции по текущему моменту.
Все указы самозваного военного диктатора — маршала Венара — о роспуске Парламента и Правительства «Временным военным комитетом» отменены. Войска, подчиненные «Временному военному комитету», взяли под усиленную охрану здания Парламента, Правительства, других государственных учреждений и готовы пресечь любые новые попытки атак на демократию. Временный военный комитет берет на себя ответственность за обеспечение личной безопасности депутатского корпуса и фактическую возможность осуществления народными избранниками своих полномочий…»
Это обращение «Временного военного комитета» к населению без конца передавалось возобновившим свою работу Государственным телерадиоцентром с самого раннего утра по всем каналам телевидения и радио. Затем новости, и снова обращение.
Из его текста и из новостных передач плохо спавшие в эту ночь жители столицы и пребывавшее в счастливом неведении население провинции узнали массу подробностей о «трагическом противостоянии Президента, стремившегося к окончанию войны путем заключения почетного и справедливого мира, шайке оголтелых военных авантюристов, возглавляемых маршалом сухопутных войск Венаром». Тут были и леденящие душу обстоятельства покушения, и шокирующий рассказ об участии в этом деле военной разведки, и подлинное возмущение двурушничеством радикальной оппозиции, вошедшей в альянс с самыми реакционными и антидемократическими силами. Люди буквально присыхали к радиоприемникам и прилипали к экранам телевизоров, которые демонстрировали жестокие картинки с шоссе в Красном Лесу, а также из логова террористов на хуторе близ деревни со смешным названием Хромая Утка в часе езды от столицы…