Арабелла

Родилась в 1999 году в Москве. Выросла в семье известного гитарного мастера и художницы.

Вопреки творческим увлечениям, получила среднее медицинское образование.

После работала дизайнером, сиделкой и программистом. Я пыталась обрести себя в каждой из этих профессий, почувствовать себя на своём месте, но раз за разом всё яснее понимала, что ухожу от дарованного мне пути. Через моё сердце пыталась вырваться в мир история. И вот наконец я выпустила её, придала ей форму. Арабелла – мой творческий дебют и главный смысл моей жизни.

Эта история – самая живая, самая светлая часть меня самой. Арабелла – моё благословение, мой путь из пустоты. Я наблюдала, как рушатся стены, как свобода вспыхивает и освещает горизонт. Это непременно делает меня проповедником самой мистической и гонимой теории всех времён – любовь спасёт. Меня она спасает в эти самые мгновения, когда я собираю бережно из букв слова, а из слов историю. Также бережно путники поджигают последние сухие ветки под проливным дождём, чтобы согреть себя тёмной ночью.

Арабелла будет большим огнём. Я сделала, что должна была – пламя уже занялось, и теперь я зову тебя рискнуть, коснуться этого света, подойти ближе. Кто знает, чем эта история обернётся для её читателей? Но если даже только в одном сердце она отразится чем-то ярким и возрождающим, тут же окупятся все силы, и книга обретёт вечный, первозданный смысл.

Ты держишь в руках целую тонну слов, которые своим магическим сочетанием заживляют раны, всякий раз напоминая о том, как целительна музыка, звучащая изнутри. Она ложится на страницы, рисует сюжеты, играет с воображением и наконец существует для тебя.

– Феликс, откройте дверь! Скорее! Феликс!

Я изо всех сил стучала в широкую металлическую дверь двумя кулаками. Она с неприятным скрипом открылась, и на свет высунулось сонное лицо Феликса. Его редкие серые волосы торчали в стороны, тонкие губы были злобно сжаты, маленькие глаза с безмолвным вопросом смотрели вниз, на меня.

– Пустите меня в дом, – я попыталась сделать шаг вперёд, но он вытянул руку и остановил меня.

– Что тебе нужно здесь? У меня сегодня выходной. Разве не видно, что я не жду гостей?

– Феликс, мне нужна помощь. За мной кто-то гонится. Мне страшно! – тихо произнесла я. – Я бежала сюда от самого берега. Кто ещё мне поможет?

Феликс смотрел на меня сверху вниз и во взгляде его читалась смесь раздражения и снисхождения.

– Кто-то гонится за тобой? – переспросил он. – Зачем кому-то преследовать тебя? Тем более днём.

– Я видела, как он утопил женщину.

Феликс прищурил глаза.

– Я увидела это совершенно случайно. Я поднялась на скалу Цумди, а оттуда, Вы же знаете, хорошо видно всё побережье города. Оно было пусто из-за шторма. Но позже, на берегу, как из неоткуда, появились они. Двое мужчин и с ними женщина. Один нёс её на руках, потом опустил на камни. Они о чём-то говорили, но я не разобрала слов. А потом второй поднял её, зашёл в море и утопил. Она утонула! – я говорила торопливо, чтобы скорее убедить Феликса. Но он не выглядел впечатлённым.

Толстый, лысеющий и сильно уставший от трудовой недели, он прислонился боком к двери, всё ещё загораживая мне проход в дом.

– Он вышел из моря, – продолжила я, – и заметил меня. Сначала он медленно шёл в мою сторону, но, когда я стала убегать, побежал за мной. Я спустилась с Цумди, а он уже ждал меня у подножья. Мне чудом удалось скрыться в лесу. Но он найдёт меня, Феликс. Будет искать и найдёт. Я здесь, чтобы предупредить Вас. Он где-то в городе.

Моё тело била холодная дрожь, но я старалась выглядеть спокойной и рассудительной.

– Иванна, – протянул он устало. – И ты хочешь мне сказать, что всё это произошло в такой шторм? Он и шагу в море не сделал бы. И тем более не вышел бы на берег. Я только не могу понять, зачем тебе это выдумывать.

– Всё было так, как я говорю! – одолеваемая отчаянием, я повысила голос.

– Иванна, отправляйся домой, прошу тебя. Поговорим с тобой завтра, расскажешь мне всё подробно, – нетерпеливо ответил Феликс.

– Вы не можете ждать до завтра!

Сдерживать дрожь в голосе и в теле стало сложнее.

– Послушай, Иванна – сказал он глубоко вдохнув. – Скажи мне, только честно, что ты делала сегодня на Цумди? Кто вообще в такую погоду выходит из дома?

Я промолчала.

– Иванна, скажи мне, что не пыталась снова сделать это с собой. Скажи, что ты не хотела снова спрыгнуть оттуда.

Я отрицательно закачала головой.

– Знаешь что? Я вызову врачей. Пусть сами разбираются с твоими историями. Вот им и будешь рассказывать, кто там тебя преследует. Это уже не моя работа. В прошлый раз они уверяли меня, что ты в абсолютном порядке, но сейчас я начинаю сомневаться. Поверь, меньше всего я хочу, чтобы ты сделала что-то с собой на моём участке, так что пусть о тебе заботятся профессионалы.

– Мне не нужны врачи! Мне нужна Ваша помощь! – теперь я кричала и пыталась схватить Феликса за рубашку.

Он резко отдёрнул от себя мою руку и сказал ещё строже.

– Подниматься на Цумди строго запрещено, девочка! Особенно таким, как ты! Только псих или самоубийца полезет туда, – его верхняя губа сжалась от отвращения к моему жалкому виду. Почему я в свой выходной должен разбираться с душевнобольной девчонкой?

Моё тело ослабло от осознания беспомощности. Я опустила руки и тихо сказала:

– Я всё это выдумала, Феликс, конечно выдумала. Я не была на Цумди. Я не поднималась туда. Не надо никого вызывать.