Чтение онлайн

– Какое еще право?!

– По вашему собственному приказу. Я его наизусть помню, господин барон. «Любой может пройти испытание немедленно, если светло и враг не стоит у ворот». Хочу пройти испытание, господин барон! Сейчас ведь не ночь, да и врага вроде бы нет.

Вот теперь публика заволновалась. Люди начали роптать и перешептываться. Виктор поймал удивленный взгляд Кушаря и восхищенный – Ханны. Террок, который стоял в первых рядах, смотрел весьма настороженно.

– Ролт, у тебя нет шансов, – ответил Алькерт после небольшого раздумья.

– Как знать, господин барон! Считаю, что шансы есть! – Виктор ответил моментально. – Разрешите назначить испытание! Слово господина барона крепко! Это всякий знает.

Хозяин замка глубоко вздохнул и смахнул невидимую пыль с рукава темно-зеленой куртки, в которую переоделся после приезда. Видно было, что он сдерживается из последних сил:

– Вот после наказания и проверишь себя, Ролт.

– Но тогда я не смогу, ваша милость, – возразил Виктор. – По самой простой причине – буду мертв. Нельзя ли сначала испытание, а потом – наказание?

Толпа вновь всколыхнулась при этих словах. Антипов угадал правильно: публика жаждала зрелищ, а тут появилась возможность получить двойное удовольствие – сначала избиение Ролта десятником, а потом – еще и палачом.

Барон хотел было что-то ответить, но поймал взгляд сотника Керрета, который стоял неподалеку, и это, похоже, окончательно вывело его из себя. Виктор был прав в своих выводах – за него просили. Да так, что достали Алькерта очень сильно.

– Испытание, Ролт?! Тебе нужно испытание?! – Хозяин замка говорил весьма раздраженным тоном. – Будет тебе испытание! Десятник Рунер примет его. Немедленно, как я и обещал. Вот теперь ты сам выбрал свою судьбу. Плети будут потом… если выживешь.

«О, господин Вольтер, барон, кажется, собирался меня простить. Ну или смягчить наказание. Великий гуманист, без сомнений. Но жребий брошен, как говорится. Пусть они хоть застрелятся, но так позорно избить я себя не дам и потом. Схватка лучше. К тому же кто знает, может, и продержусь, если очень повезет. А воины здесь – привилегированное сословие. Их не порют».

Вздох пробежал по толпе. Десятник Рунер был сущим безумцем, душегубом, зверем. Его не допускали не только до экзаменов кандидатов, но и до обучения солдат. Хотя, конечно, личная подготовка десятника была просто великолепна. В прошлом это в значительной мере помогало ему калечить учеников.

Но Виктор принял известие с улыбкой на лице. Ему это все уже настолько осточертело, что он был готов броситься на означенного Рунера даже без тренировочного меча, просто с голыми руками.

Переход от одной площадки до другой не занял много времени. Часы тоже принесли споро. Антипов и глазом не успел моргнуть, как ответственный за его судьбу сменился: вместо палача Марека перед сыном лесоруба стоял худощавый и высокий человек. Жилистый, в засаленной кожаной куртке, с длинными руками, вдавленным носом и гримасой пренебрежения к противнику. Рунер. Местный маньяк.

– Что выбираешь, Ролт? – поинтересовался сотник Керрет, взявший на себя роль неофициального распорядителя. – Меч или копье?

– Я бы предпочел топор, господин сотник, но думаю, что такой выбор не предусмотрен.

– Бери меч, – внезапно встрял в разговор Алькерт. – Эй, кто-нибудь, наденьте на Ролта шлем!

«Надо же, какая забота, – восхитился про себя Виктор. – Его милость собирается продлить удовольствие. А то вдруг я тут раскину мозгами в первые секунды. Нет, барон тревожится и о публике, чтобы зрелище не получилось смазанным. Рачительный хозяин».

Десятник Нурия приблизился, нахлобучил на сына лесоруба шлем и вручил один из тренировочных мечей.

– Иди на сближение, – быстро шепнул Нурия. – Не позволяй ему избить себя деревяшкой. Он тебе все ребра сломает.

Виктор не успел поблагодарить его за совет, как десятник зашел за ограду. Антипов остался один на один со своим противником. Новоявленный сын лесоруба даже не смог толком оглядеться по сторонам, когда воин рядом с часами плеснул туда ковш воды по знаку барона. Рунер атаковал незамедлительно. Его меч просвистел совсем рядом с лицом Ролта, а потом впился в плечо. Левое. Местный маньяк радостно заулыбался.

Антипов тут же отступил на несколько шагов, а потом, держа в голове совет Нурии, решил ему последовать. И храбро бросился на противника, широко замахнувшись своим мечом. Рунер легко ушел от удара, и Виктор почувствовал, как в его живот врезалось что-то типа молота. Он согнулся, прижимая руки к больному месту, но следующей целью десятника было его колено. Молодой человек рухнул на землю, боль застилала глаза, но удар по спине произвел очищающее действие на мысли. Виктор выпростал руку и схватил за щиколотку своего противника. А потом дернул что было сил, забыв о собственных травмах. Все-таки горячка боя притупляла чувствительность.

Десятник не смог удержать равновесия и тоже упал, а сын лесоруба начал подтягивать его к себе за ноги, словно удав, заглатывающий жертву. Виктор проигнорировал пинок свободной ногой по плечу, относительно слабый удар меча по голове, но резкого захвата руками своей шеи не смог выдержать. В глазах сразу же помутнело.

– Время! – раздался голос сотника Керрета.

– Не засчитано! – злорадно сказал, словно выплюнул, Рунер. И с этим трудно было не согласиться – сын лесоруба копошился на земле, стараясь подняться на ноги, но сие действие удавалось плохо.

– Вставай и иди получать свои плети, Ролт, – безжалостно произнес барон, глядя, как поверженный старается встать хотя бы на четвереньки. Виктор даже уловил в его голосе разочарование. Видимо, тот рассчитывал, что Рунер все-таки убьет наглеца и дело благополучно завершится.

«Не беспокойся, ваша милость, я сейчас облегчу тебе жизнь», – подумал Антипов.

– Прошу назначить испытание, господин барон, – сказал он, с трудом становясь на одно колено.

– Какое испытание? – Алькерт сначала даже не понял, о чем говорит дерзкий сын лесоруба.