Чтение онлайн

Враждующие сверхрасы заключили перемирие.

Кто знает, надолго ли.

В памяти Бродяги, как и было сказано, обнаружилась информация по Живому Хаосу. Домоморф перевёл всё с языка Предтеч на русский и выдал в формате толстой книжки. Несколько дней я потратил на то, чтобы продраться через эти дебри. Текст, хоть и сильно упрощённый, явно не предназначался для рядового бойца. Пусть даже и мага, проходившего обучение в Таске. В итоге я попросил домоморфа озвучить книгу, что позволило слушать вполуха, цепляясь за самое главное. И параллельно заниматься своими делами. Готовить, например. Или играть в нарды с бароном.

Живой Хаос, как и следовало ожидать, был военной разработкой. Кому-то шибко умному пришла в голову мысль изменить природу протоматерии. И не просто изменить, а наложить на эту систему искусственный интеллект, подчиняющийся создателям. Оказалось, что протоматерия — это чуть ли не строительная база для всего сущего. И эту субстанцию можно сделать нестабильной, балансирующей на грани материального и энергетического. В таком состоянии оружие будет поглощать всё живое, включая души. И эти души использовались для обучения Хаоса. То есть, на минуточку, искусственный интеллект развивался и получал опыт, убивая разумных существ. Предтечи видели всё так: Хаос забрасывается в тыл противника, начинает жрать всех подряд, получать новые данные, изучать враждебную среду и в конечном итоге её опустошать. Идея, должен признать, неплохая. Рациональная, полностью перекраивающая суть войны. И, вероятно, ведущая расу своих хозяев к тотальному доминированию.

Проблема в том, что Хаос вышел из-под контроля.

Уничтожив одну из культур, воевавших на стороне Первородных, тварь покинула планету через Разлом и на несколько веков исчезла из поля зрения. Как выяснилось позже, Хаос продолжал нападать на случайно попадавшиеся ему миры, обучаться и перекраивать себя. В какой-то момент эта ожившая форма протоматерии ощутила в себе потребность избавиться от создателей. Миры Предтеч стали гибнуть один за другим. Опасность угрожала и Земле, но Древние резко сменили «регистрацию» и переместились в неизведанную часть космоса. И тогда монстр обрушился на империю Первородных. О чём сильно пожалел, ведь нашлись умельцы, загнавшие его в Разлом и запечатавшие, как им казалось, навсегда.

Хаос недооценили.

Никто не знает, почему разрушились мастерски наложенные печати, и как монстр сумел отыскать дорогу в Пустошь. Гипотезы высказывались разные, но чаще всего звучала идея, что Хаосу повезло. Очередной пространственный сдвиг привёл к образованию нового портала, и тварь воспользовалась доступом к эфирным потокам, чтобы снять с себя печати. Информации от Первородных у исследователей не было, поэтому природа печатей, их уровень и сила остаются загадкой.

Дальше шли технические данные, описывающие суть метаморфоз, доступных Живому Хаосу. Получалось, что тварь способна накапливать протоматерию, рассеянную по космосу в микроскопических количествах. Накапливать и преобразовывать в то, что издалека напоминает клубящуюся мглу, а при ближайшем рассмотрении — всепоглощающую тьму. Субстанция аморфная, но Хаос прекрасно ей управляет, распространив свой разум по всей площади. То есть, у моего противника отсутствуют жизненно важные центры — мозг, сердце, лёгкие, артерии. При этом из протоматерии Хаос научился создавать обычную материю. В том числе, и живую. Собственно, опасные твари, названные Порождениями Хаоса, реально произведены из этой субстанции, отторгнуты вовне и наделены известной долей самостоятельности.

И тут возникает главный парадокс, с решением которого Предтечи не справились. Как известно, те же домоморфы могут создавать любую неорганику из протоматерии, но… как только эти вещи оказываются за пределами машины, они распадаются. Это происходит из-за особого силового поля, которое генерируют домоморфы. Поле стабилизирует субстанцию, из которой смонтирован Бродяга.

Но Живой Хаос пошёл дальше.

Освоив различные преобразования, искусственный разум вступил на путь истинного творца.

И всё же, никто не может понять, чего сейчас добивается Хаос. Монстр вычищает все локации с мыслящими организмами, опустошает целые миры, постоянно расширяется и совершенствуется. Изредка выпускает на волю жутких тварей, убить которых непросто даже отряду подготовленных архимагов. Хаос ни с кем не контактирует, не договаривается, не выдвигает требований. Бывшее оружие методично опустошает иные миры — и это всё, чем оно занимается. Возможно, это всё, что оно умеет.

По дороге домой я размышлял, как уничтожить существо без единой болевой точки. Без жизненно важных центров. Без тела, крови, сосудов и органов. Кто вообще причислил эту тварь к категории живых организмов?

Ответ лежал на поверхности.

Вот поэтому никто и не может победить Хаос.

Протоматерия не связана нормальными жизненными процессами, в ней нет вообще никаких процессов, кроме распределённого мышления. Изоляция, печати — это всё, что у нас есть. И то не факт, что через десять тысяч или миллион лет Хаос не вырвется из расставленной ловушки. Он ведь поумнеет…

Мойры создадут новую вселенную.

Хаос окажется запертым.

Но ведь он будет уничтожать бесчисленные расы и культуры, обитающие в новом слое реальности! И можно ли считать наш план настолько хорошим, если мы допускаем ТАКОЕ?

Я должен что-то понять.

Что-то очень важное.

Но пока это «важное» от меня ускользает.

Барон Иванов доставил меня и Вжуха прямиком в имение, после чего бесследно испарился. В лучших своих традициях. Я не знаю, стали мы друзьями или нет за время этого путешествия. Уважаем друг друга — это факт. Понимаем, что от каждого в определённой степени зависит баланс на этой прогнившей планете. И осознаём, что разрушение с последующей отстройкой нового мира с нуля — не самая лучшая идея. А значит, в грядущей заварушке вряд ли будем стоять по разные стороны баррикад.

Отдохнуть я не успел.

Как только меня увидела Карина, первым делом выдала:

— Рост, у нас большие проблемы!

Я хмыкнул:

— А когда было иначе?

— Это серьёзно, — к нам присоединилась Варя. — Отступники обрушились на инквизицию.

Внутри всё похолодело.

— Когда?

— Война идёт больше месяца, — ответила Карина. — Часть консисторий уничтожена. По всему миру… я даже не знаю, как сказать. Массово используется огнестрельное оружие.

— Ракеты, бомбы, — добавила Варя. — Крупнокалиберные пулемёты. Всё, что раньше оставалось за пределами Врат.

Я посмотрел на девушек.

— На имение нападали?

— Пока нет, — сказала Варя. — Думаю, им не до нас. Уцелевшие консистории держат оборону. Они развернули мощные энергетические щиты.

— А мойры? — осторожно уточнил я.

— Никто не знает, — ответила Карина. — Мой дядя вообще не доступен, он по ту сторону барьера.

— В Турове? — я понимал, что больше негде.

Карина молча кивнула.

— Бронислав меня искал?

Ответила Варя:

— Никаких звонков. Вообще ничего. Думаю, все знали, куда ты отправился.