Чтение онлайн

– А что у вас с этой яхтой, – спросил Иваныч.

– Да это я, дурак старый, с психу накуролесил… перегрел двигатель. Мы ее с мужиками-то откопали от ила и песка, с той стороны острова, деревенские помогли ее немного «беларуськой» и грузовиком спихнуть, а толку… подальше в воду-то спихнули, но там мели везде, пока на открытую воду выскочили, двигатель-то и загубил. А сюда ее уже мотоботом притащили. Ребята смотрели двигатель, попроворачивало там все, клапанов несколько загнуло… тоска, короче.

– А сколько лошадей был двигатель?

– IVECO, 450 лошадок… двадцать два узла давала «Принцесса» моя. Корпус-то легкий, из современных материалов…

– Ну, я думаю, не проблема двигатель вам найти на материке.

– Да? – обрадованно спросил Шеф. – Вы знаете, если вы поможете нам наладить морское сообщение с другими… ммм… общинами…

– Поможем, – кивнул я, – в этом новом мире начинать отношения лучше со взаимопомощи, чем с понтов, претензий ну и всяких нехороших мыслей.

– Это точно, бляха-муха… жаль, что не все это понимают.

– Да, далеко не все.

– Есть у вас мотористы ну и технари рукастые? – спросил Иваныч.

– Да, найдутся, конечно.

– Тогда думаю… собирайте команду и отправляйте с нами, а вернутся они уже сами на мотоботе, да на буксире в шлюпке притащат вам двигатель.

– Эм… с дизтопливом у нас негусто, а американцы его тоже не особо меняют.

– С этим тоже поможем, – сказал я, – до архипелага на буксире дотащим, а там заправим и с собой еще запас дадим, только вот тару поищите сами тут у себя, у нас свободной нет.

Эдуард Яковлевич встал из-за стола и, немного нахмурившись, начал прохаживаться взад и вперед по кают-компании, заложив руки за спиной. Если честно, то на его месте я бы задумался намного раньше, так как я знаю реалии жизни анклавов выживших лучше, чем он. Знаю, как порой обманывают начинающих торговцев, знаю об откровенных пиратах… много есть, так скажем, нюансов. Но с другой стороны, есть и наш Сахарный, есть Слобода, есть тот же Ганшин со своим колхозом.

– Вы знаете… мне очень хочется верить, что все именно так, как вы говорите, – остановившись, сказал Шеф, – иначе я окончательно разочаруюсь в людях… и тогда вообще не вижу смысла оставшимся выжившим начинать строить новую жизнь.

– Не все гладко и в новом мире, Эдуард Яковлевич, – ответил я, – и нет страховки от подлости и коварства… За прошедший год мы через многое прошли и многое пережили, потеряли друзей и близких, но одно я вам точно скажу, построив сотрудничество наших общин на доверии и честности, у нас есть все шансы выжить и развиваться дальше. Так что… решайте, мы предлагаем вам, скажем так… договор о дружбе, торговле и сотрудничестве.

Эдуард Яковлевич снял очки, помассировал глазные яблоки, затем сел за стол, немного нервно постучав по нему дужкой очков, и сказал:

– Хорошо… Я принимаю ваше предложение.

– Это вы правильно сделали, – ответил я, – к тому же, я надеюсь, что в будущем нам удастся создать некий союз из анклавов, в этом случае откроются другие возможности и перспективы развития.

– Наливайте, Сергей Николаевич, – сказал улыбаясь Иваныч и достал кисет с трубкой, – этот исторический момент надо обязательно обмыть.

– Секундочку! – спохватился Шеф и выскочил из кают-компании, да так резко, что сидящий в углу Сергеев даже напрягся, и его рука поползла к кобуре. Через минуту он вернулся с бутылкой явно очень дорогого коньяка, початой правда, и со шкатулкой с драгоценной отделкой, – коньячные бокалы разбились, к сожалению… ну ничего, по кружкам разольем.

– Ну да, главное, что такая бутылка уцелела, – ответил Иваныч, рассматривая этикетку. – Французский?

– Да… думаю, у нас есть повод прикончить эту бутылку, и вот еще… пожалуйста, – Шеф открыл шкатулку, на дне которой лежало несколько сигар, – не кубинские, но тоже хорошего качества, угощайтесь.

– О, да высокие договаривающиеся стороны, как я смотрю, пришли к некому соглашению! – сказал появившийся в дверях Василий.

– Да, – ответил Шеф, – а как у вас… получилось?

– Конечно, пробный сеанс связи с Сахарным провели, ребятам вашим все под запись дал, показал, частоты они записали… так что теперь вы «на связи», антенну бы, конечно, получше, но это решаемо.

– Господи… внеси этот день в свою летопись, – сказал Шеф, обращаясь куда-то к потолку, и потом налив кружку Василию, сказал подняв свой стакан: – Ваше здоровье, друзья!

Прикончив коньяк, Шеф повел Иваныча в машинное отделение «Принцессы», после чего Иваныч предложил Эдуарду Яковлевичу экскурсию по «Авроре». А я попросил Эрика показать мне остров, он согласился, одолжил у деревенских телегу, и мы отправились на осмотр местных достопримечательностей… Сергеев оказался тут как тут и поехал с нами.

Я попросил отвезти к сторожевику, посмотреть на него, а то закралась мысль одна, отдающая грандиозностью и авантюризмом, но теоретически в принципе реализуемая. Еще со стороны моря я внимательно рассмотрел свисающую с сопки часть носа корабля, и в уме уже выровнял бульдозером грунт по склону и уложил рельсы… десяток вагонных тележек… и теоретически сторожевик можно спустить на воду… Но когда Эрик подвез нас ближе, я успокоился. Корабль действительно не маленький, почти пятьдесят метров в длину и девять в ширину, в грунт действительно зарылся прилично, и самое неприятное это вырванные винты.

– Так и было, – сказал Эрик, увидев мое расстроенное лицо, – в машинном отделении все повреждено сильно, а винты вместе с валами вырвало, когда корабль сюда втащило.

– Нашли?

– Что?

– Ну валы… винты.

– Один вон там лежит, – показал он рукой вниз сопки, – второй нет, не нашли.

Рядом с бортом стоял и ровно тарахтел генератор на колесах, киловатт на сорок, новенький на вид и, как сказал Эрик, на контейнеровозе их десятка два… о как, интересно, что есть еще на том контейнеровозе? Ну да наглеть не стал и лезть с явно наводящими на подозрительные мысли вопросами.