Чтение онлайн

— Хорошо… — прохрипел я и провалился в привычное уже марево.

* * *

Обычно пишут про солнечный луч, разбудивший пациента, находившегося в длительном послеоперационном сне, но я очнулся из-за барабанившего по оконному отливу. Звук был очень громкий и мешал досмотреть, как я веду Иру к белой арке, украшенной шарами и лентами. Рама стояла посреди огромного пространства, почти по пояс заросшего кривыми кустами и колючками. Но перед нами всё это пропадало, и в очищенной земле прорастала по-весеннему яркая молодая трава.

Очень хотелось пить. Я попробовал приподняться, опершись на руки, но ничего не получилось. Тело болело так, словно меня долго и целенаправленно пинали по каждой кости, каждой мышце, стараясь не пропустить ни одну. Я зажмурился и попробовал позвать:

— Алиса… — но раздалось только тихое сипение.

Но это, похоже, всё-таки сработало, потому что почти сразу раздался голос:

— Подождите, вам пока нельзя самому шевелиться.

Алиса подошла, аккуратно поправила мою подушку и обмакнула мне губы влажной марлей. Я слизнул капли и попросил:

— Ещё.

— Сейчас. — Она присела на стул рядом со мной, взяла с тумбочки стакан с водой, вынула из одноразовой упаковки гибкую трубочку, сунула её одним концом в воду, а другой конец протолкнула мне между губ. — Только аккуратно, маленькими глотками. И немного.

Я кивнул. Вода была вкусная, словно родниковая. Чуть сладкая. Но не такая, когда в неё добавляют сахар, это была настоящая, природная сладость. Хотелось пить, не останавливаясь, но я сдержал себя и остановился.

— Молодец! — Алиса кивнула и убрала стакан и трубочку. — Полежите пока, я пойду доктору скажу, что вы очнулись.

Полежите… Как будто я мог делать что-то ещё, кроме как лежать. Интересно, а что случилось? Почему я здесь оказался? И откуда я её знаю?

* * *

Когда ты находишься в состоянии между сном и реальностью, границы времени размываются. Иногда закроешь глаза на пару секунд, а откроешь через пару часов, в другой раз закроешь, и кажется, что уже полдня прошло, а часы всего минуту отсчитали. Поэтому сказать, через какое время появился доктор, я не мог. Да и монотонный дождь не давал сосредоточиться.

— Здравствуйте, Антон Иванович, — произнёс он, присаживаясь на тот же стул, на котором до этого сидела Алиса, и устраивая на коленях планшет с какими-то записями. Я посмотрел на него и понял, что знаю его, но откуда — не могу вспомнить.

— Здравствуйте.

— Ну, как у вас дела?

— Всё хорошо. Но хотелось бы лучше, — я попытался улыбнуться, почувствовал, что нижняя губа треснула, и облизнул её.

— Ничего-ничего, я скажу Тае, чтобы она принесла вам гигиеническую помаду. И воды. Вам сейчас нужно будет хорошо пить. — Доктор протянул мне стакан с трубочкой, и я снова сделал несколько глотков.

— А Алиса…

— Алиса операционная сестра, она просто помогает.

— Скажите ей спасибо.

— Обязательно. А теперь давайте вас посмотрим.

Осмотр проходил недолго. Доктор проверил повязки на моей груди, на голове — а я думал, что там давит? — прощупал руки и ноги, посветил в глаза, заставив зажмуриться, и снова сел, записывая что-то на вынутом из-под остальных чистом листе.

— Ну что, сегодня придёт массажист, поработает с вами. И, наверное, вам будет комфортнее, если вас помоет не девушка, да? — Морщинки в уголках его глаз стали тоньше и чуточку длиннее.

Мне показалось, что лицо моё загорелось от смущения, и я кивнул.

— Ничего страшного, не вы первый, не вы последний, как нам не хотелось, — он вздохнул. — И я должен предупредить, что к вам придёт следователь.

— Следователь? Зачем?

— Чтобы задать вам несколько вопросов по поводу инцидента.

— Инци… — Я запнулся. — А что случилось?

— Антон Иванович, — лучики из глаз доктора пропали, а на переносице чётко проявились две глубокие вертикальные морщины, — что вы помните?

— Мы ехали с Ирой с работы. Попали в аварию с Мишей. Потом я был в клубе. Компьютерном. Потом…

Я замер. С момента, как я вышел из клуба сегодня ночью, не было ровно никаких воспоминаний. А сегодня ли?

— Извините, а какое сегодня число?

— Восьмое августа.

У меня пропало почти три недели!

— Но…

— Нам пришлось ввести вас в искусственную кому. Так организм быстрее справляется со стрессом, а раны лучше заживают.

— Кома?

— Да, возможно, именно из-за неё у вас временная потеря памяти. Скоро вы всё вспомните.

— Точно?

— Ну, я не невролог, но такое часто случается.

— А что произошло. Со мной?

— У вас черепно-мозговая травма и пулевое ранение в грудь.

— Пулевое? Откуда?

— Тут я вам не скажу. Придёт следователь, с ним пообщаетесь. — Доктор встал. — А пока отдыхайте. Я отправлю к вам Таю.

* * *

После всё понеслось, словно снежный ком с горы. Сначала пришла та самая Тая — женщина лет сорока, с сильными руками и смеющимися глазами. Она приподняла меня, удобнее устраивая на подушке, потом подняла ту часть кровати, которая была выше моей поясницы, так что я почти сидел, и принялась кормить. Жидкий, почти водянистый суп-пюре был безвкусным, но я глотал его, понимая, что пока ничего больше нельзя. Затем Тая собрала посуду и ушла.

Спустя час пришёл массажист, представившийся Львом. Он вернул кровать в горизонтальное положение и долго мял меня, аккуратно ворочая из стороны в сторону. Было больно, но я терпел, стискивая зубы, чтобы не стонать. После Лев пообещал прийти завтра, ушёл, и тут же вернулась Тая.

Она прикатила кресло-каталку, пересадила меня в него и отвезла в душевую. Там приглашённый из другого отделения медбрат меня вымыл, помог переодеться, и я, теперь уже сам потихоньку смог доехать до входа в палату.