Чтение онлайн

Увы, в металлургии Махавир разбирался слабо, знал лишь общие принципы получения железа и стали, так что пришлось изрядно повозиться экспериментируя с доменными печами и тигельной плавкой, и сделать еще несколько ходок за рудой прежде чем у него начало получаться что-то удобоваримое… не булат, конечно, но что-то в разы более крепкое, чем бронза.

* * *

Русская равнина словно в каком-то болезненном спазме, словно отрыжкой, после ухода абха, извергнула из себя очередную группу протоиндоиранских племен, что вслед за прочими, так же решили сбежать на юг от суровых и снежных зим. Вот только путь на юг был закрыт абха и арья, путь на запад закрыли видиты и остался лишь путь — на восток.

Точнее можно было идти как на юг, так и на запад, но в этом случае им оставалось лишь довольствоваться жалкими объедками, словно шакалам, плюс на них могли напасть ушедшие вперед. Никому не нравится, когда кто-то маячит за спиной дыша в затылок и может совершить налет на слабозащищенные стойбища, когда основные силы племен идут впереди, расчищая дорогу от противника.

А выглядели эти беглецы, что называли себя шукра, совсем паршиво. Стада маленькие, животные в них тощие, молодняка нет, как и старья, да и сами люди выглядели не лучше, в том числе и в демографическом плане, то есть тоже почти нет стариков и с малыми детьми все плохо. Смерть, что называется, шла за ними по пятам забирая самых слабых, так что ничего удивительного, что они узнав об аркаимцах, направились в их сторону, чтобы поправить свое положение за их счет.

Оставалось только радоваться, что о их появлении аркаимцы узнали заблаговременно. Махавир позаботился о том, чтобы наладить отношения с племенами живущими с западной стороны Уральских гор, пообещав им богатые дары в виде бронзового оружия если они сообщат о необычных событиях происходящих в поле их зрения. Так что подготовиться время было, причем довольно много времени, целых два года, пока эти шукры шли на юг вдоль Белой, вышли на Урал, и двинулись по Уралу на восток, достигнув шахты по добыче меди.

В реальной истории они дошли до минусинской котловины и дальше их следы теряются, хоть и предполагается, что они все же дошли до китайцев…

Но сейчас путь им преградили аркаимцы. Не сами они полезли на рожон, Махавир предпочел бы просто отсидеться в стороне и при удаче сманить кого-то к себе, но шукра решили не проходить мимо, а заглянуть в гости, а незваный гость, как известно… в общем не нужно никому таких гостей.

«Проклятье, абха до сих пор селитру все никак не отыщут!» — досадовал Махавир.

Ведь как было бы проще, будь у них сейчас порох, а за отливкой пушек дело бы не встало. Но увы…

Правда для получения черного пороха еще требовалась сера, а с ней тоже проблемы, где ее взять он не знал даже в теории. По крайней мере хоть в какой-то вменяемой доступности. Не переться же к вулканам на Дальний Восток, ну или в Италию. Так что требовалось искать для нее какой-то заменитель. В голове на этот счет имелись обрывки сведений, что вроде как тот же сахар можно использовать, ну а если нет, то и вовсе использовать состав без серы. В общем требовалось экспериментировать.

«Так было бы с чем проводить эти эксперименты!» — уже раздраженно подумал он.

Что до шукра, то их встретили в тридцати километров от Аркаима. Говорить с ними о чем-то было бесполезно, те нацелились на халявную добычу, так что в ход пошло оружие.

Шукра выставили толпу несколько тысяч человек. Колесниц при этом у них оказалось на удивление мало, всего два десятка. При этом очень примитивной конструкции, а значит тяжелые и неповоротливые.

Махавир заподозрил хитрость и приказал Мани:

— Дополнительных разведчиков на фланги.

— Будет исполнено, аниш.

Несколько кавалеристов ускакали искать засадные отряды шукра.

Впрочем, как оказалось, шукра никаких тактических изысков не измасливали, а собирались победить противника в тупом лобовом махаче, просто за счет своего численного превосходства.

Вот только Махавир не собирался идти у них в этом на поводу. Разработанная им тактика сработала на все сто процентов.

— Колесницы! Вперед!

Сотня колесницы выскочила из-за строя аркаимцев и достигнув рубежа, резко развернувшись, остановились. С платформ сошли лучники со вторым номером и по сигналу начали метать стрелы с максимально возможной скорострельностью.

В плохо защищенную толпу полетели стрелы, сотня за сотней каждые десять секунд. Уж чего-чего, а стрел было заготовлено в достатке и бронзовых наконечников для них не пожалели, так что урон противнику был нанесен шокирующий.

Раздались крики раненых.

Шукра пытались отвечать, но ответная стрельба не наносила никакого вреда, просто стрелы не долетали. Блочные луки в этом показывали свое превосходство.

Противник, впрочем, быстро отошел от шока и отдал приказ пустить в бой колесницы, что тяжело разогнавшись, попытались ударить по лучникам аркаимцев и смять их.

Одновременно с диким ревом ломанулась в атаку пехота.

— Колесницам сигнал на отход!

Лучники, заскочив на колесницы стали отходить.

— Кавалерии атаковать колесницы противника!

И тут выехала верблюжья кавалерия, что так же пряталась за строем аркаимцев.

Против шукра сработало сразу два фактора.

Во-первых, их лошади испугались несущихся на них чудищ, да и люди явно оказались не готовы к увиденному, впрочем лучники все же отработали свой номер и метнули стрелы в противника, но пугливые лошади все портили, плохо слушаясь возничих, что плохо сказывалось на предельности стрельбы. Да и те стрелы, что все-таки начали достигать целей, ничего всадникам поделать не могли, так как все кавалеристы оказались надежно защищены бронзовыми доспехами и стрелы просто отскакивали от них, как горох от стены.

Во-вторых, копейный удар. Правда он получился не встречным, а догонным, так как колесничие осознав, что неуязвимые демоны их сейчас будут убивать, попытались сбежать и укрыться в массе своей пехоты, что уже подбегала, да только было уже поздно и от разогнавшегося верблюда так просто на колеснице не сбежишь.

Пехота же укрыть своих вождей не смогла, люди сами с ужасом разбегались в стороны от несущихся на них кавалеристов, так что колесничих перекололи копьями и порубили глефами, если копья были потеряны из-за того, что их потратили на пехотинцев.