Арканум
Шрифт:
– Зажмурься и прижмись ко мне как можно плотнее. Будем прыгать.
Они приземлились на высокие кукурузные стебли, и это их спасло. Пытаясь встать, Гудини оперся на руку и тут же повалился навзничь, скорчившись от боли. Левая рука выскочила из плечевого сустава. Стиснув зубы, он начал ее вправлять.
В вагонах царила паника. Некоторые пассажиры, обезумев от страха, даже намеревались выпрыгнуть из окон. Окровавленные тела на полу обозначали маршрут демонов.
Дойл и Бесс пробирались к локомотиву. В головном вагоне раненых оказалось больше всего. У двери мужчина в очках с сильно порезанным лицом схватил Дойла за полу пиджака.
– Не ходите туда... это какие-то монстры...
– Оставайтесь здесь, – сказал Дойл жене Гудини.
– Артур, пожалуйста, будьте осторожны. Они не люди.
– Я знаю.
Бесс склонилась над раненым, а Дойл захлопнул за собой дверь.
В кабине мертвый машинист лежал в луже крови. Дойл шагнул вперед, но, увидев блеск серпа, попятился к двери. Демон кинулся за ним. Они встретились на переходном мостике между локомотивом и головным вагоном. Стараясь увернуться, Дойл упал. Демон повалился на него и начал приближать лезвие к горлу.
Дойл повернул голову и увидел рядом механизм сцепления. Ему удалось освободить одну руку. Он вытащил крепежные штифты, и переходной мостик рухнул вниз на рельсы, высекая сноп искр. Туда же соскользнул и демон. Отчаянно визжа, чудовище висело над путями, ухватившись за край мостика. Головной вагон очень скоро исчез в темноте. Дойл осторожно поднялся и ринулся в кабину машиниста.
Мобилизовав все свои знания о принципе работы паровоза, он нашел ручку регулировки скорости и медленно поднял ее вверх, перекрывая движение пара, а затем активировал воздушный тормоз. Завизжали колеса. Локомотив дернулся и начал замедлять ход. Дойл обернулся. Через несколько секунд должно произойти столкновение состава с паровозом. Чтобы избежать катастрофы, он уменьшил торможение.
При столкновении головной вагон раздавил висевшего на переходном мостике демона, как муху. Тварь не успела даже пискнуть и сверкнуть рубиновыми глазами. Дойл в изнеможении опустился на сиденье и вытер с лица пот.
«Нью-Йоркский экспресс» со скрежетом останавливался.
Когда Гудини ощупывал колено, Эбигейл вскрикнула.
– Разорвана связка, – констатировал он. – Попробуй встать.
Она поднялась с его помощью, но, перенеся вес тела на ногу, застонала от боли.
– Придется потерпеть, Эбигейл. Нам предстоит пробраться через тот лес.
Она кивнула и, прикусив губу, медленно двинулась между рядами кукурузы. Гудини поддерживал ее за талию.
– Вот так. Умница. Хорошо.
Но с каждым шагом боль становилась все нестерпимее. Казалось, что в колено забивают гвоздь. Эбигейл споткнулась и повалилась на землю. Гудини присел рядом.
– Ничего, полежи, отдохни, дорогая. А потом я тебя понесу.
Неожиданно раздался вой. Унылый и навязчивый. Гудини замер и приложил палец к губам. Вой стал ближе и пронзительнее. В омерзительном хоре теперь можно было различить знакомые повизгивания. Прошептав про себя молитву, Гудини посмотрел на небо.
Они парили на большой высоте, похожие на грифов. Кружили над кукурузным полем. При свете полной луны все сомнения относительно их происхождения развеялись. Ожившие мертвецы махали окровавленными крыльями. Их было восемь. Они визжали и поблескивали рубиновыми глазами.
Гудини вспомнил давнее предупреждение Лавкрафта относительно влияния подобных существ на человеческую психику и, опасаясь шока, опустил голову. Визг усиливался. Гудини поднял Эбигейл на руки и побежал. Демоны тут же спикировали.
Гудини дважды увернулся от смертоносного серпа и скрылся в лесу.
ГЛАВА 45
Потрясенные пассажиры спешно покидали вагоны. На опушке рощи в нескольких милях от Покипси был разбит импровизированный лагерь, куда уже прибыли машины «скорой помощи». Местные фермеры развешивали на деревьях фонари, чтобы доктора могли осматривать раненых, отделять мертвых от живых.
Дойл повел Бесс по проселочной дороге.
– Нас здесь заметить не должны.
– А что с Эбигейл?
– Надеюсь, о ней позаботился Гудини.
– Он здесь?
– Я видел, как наш друг пробирался к паровозу по крышам вагонов.
Бесс закрыла глаза, не зная, радоваться или еще больше тревожиться.
– Где же они сейчас?
Дойл покачал головой:
– Не знаю.
Во время всего этого кошмара Бесс проявила удивительную стойкость, но теперь настолько ослабела, что с трудом передвигалась.
Неожиданно из темноты с ревом вылетел «Серебряный призрак». Лавкрафт резко затормозил, и автомобиль, подняв облако пыли и помяв кусты, развернулся на сто восемьдесят градусов.
Дойл услышал знакомые голоса.
– ...вообще с ума сошел... чуть на них не наехал!
– Думаешь, легко управлять машиной, когда тебе постоянно зудят в ухо?
– Это счастье, что с такой ездой мы вообще остались живы!
– Я не шофер, а ученый!
Дойл открыл дверцу машины. Мари пересела на заднее сиденье, а Лавкрафт подвинулся, уступая ему руль. Бесс устроилась рядом с Мари.
– Ты так и не научился уважительно разговаривать со мной!
– Мари, успокойся, – вмешался Дойл.
Лавкрафт произнес:
– Я-то с тобой разговариваю очень даже уважительно, а вот ты...
– Говард... перестаньте. – Дойл поднял с пола ранец и положил ему на колени. – Лучше попытайтесь найти их.
«Серебряный призрак» покатился по лесной дороге.
Когда машина проезжала мимо величественного старого клена, вспыхнувшая спичка осветила лицо детектива Маллина. Он затянулся сигарой, выпустил из ноздрей дым, завел машину и двинулся вслед за Арканумом.
Салон «Серебряного призрака» освещали всполохи, генерируемые Раковиной Элтдауна. Лавкрафт крутил барабан управляющего устройства, стараясь подстроиться точнее. Символы появлялись и исчезали.