Чтение онлайн

–На сей раз твой волк не спасет тебя, некромантка.

–А как насчет меня?
– спросил Ричард, низко зарычав. Это заставило волосы на моих руках встать по стойке смирно, и зашевелиться ту часть меня, где крылись мои звери. Самое правильное было бы назвать это место пещерой, где ждут мои звери. Они идут по длинному коридору, чтобы придти ко мне. Это не совсем точно, потому что они и так во мне. Но это тот зрительный образ, который мне легче всего представить.

Во сне волк мог выйти из меня и резвиться. Мой волк был светлым, белым с кремовым и черными подпалинами и пятнами на голове. Он сел возле меня и присоединился к низкому рычанию Ричарда. Я запустила свою свободную руку в его мех и нашел его таким же, как в последний раз: густым и мягким. Я могла почувствовать вибрацию тела от рычания, мышцы и кожу. Она была реальна, моя волчица. Она была настоящей.

Ричард прекратил рычать и уставился на волка. Она повернула к нему свои коричневые пылающие глаза. Мои глаза, если их наполнить вампирской силой. Они впились взглядами друг в друга, когда тьма вновь заворочалась. Когда Ричард посмотрел на меня снова, его глаза были янтарными, глазами его волка.

–Ваш Мастер оставил вас беззащитными, - сказала она. Ее голос растекался по вокруг контура ее почтитела, сформированного из теней. Она проплыла к изножью кровати.

Волк присел и зарычал, тоном абсолютно серьезным. Таким звуком делают последнее предупреждение перед атакой.

Она не пыталась коснуться кровати. Фактически она остановилась. Я не забыла, как видела ее тело на другом конце комнаты, когда попала в этот сон в последний раз. Неужели та боль, что мой волк причинил ей в прошлый раз, заставила ее колебаться теперь? Неужели ей действительно можно угрожать болью? Боже, я надеялась, что да.

–Вы все еще можете достаться более сильному Мастеру, а нет никого сильнее меня, некромант.

Я цеплялась за мех волка и тело Ричарда.

–Я верю, что метка завершена, Мамочка Тьма.

–Тогда зачем оставлять эту дверь открытой?

Вопрос озадачил меня.

–Я не понимаю, что значит это выражение на твоем лице, я слишком долго не видела людей.

–Я озадачена.

–Я могу помочь тебе не быть озадаченной, некромант. Я прибыла сегодня для того, чтобы переродить тебя. Разрушить ваш триумвират и сделать тебя своим человеком-слугой. Мне не обязательно разделять с тобой кровь, чтобы получить твою душу.

Я пыталась дышать медленнее, но у меня е получалось.

–Ты ее не тронешь, - сказал Ричард, и его голос, казалось., был сделан из камня.

–Я думаю, ты прав, волк. Это была бы битва с твоей частью в ней. А к ней я пока не готова. Но есть и другие, кто в курсе, что Жан-Клод не завершил начатого.

–Кто, - удалось мне наконец спросить.

–Я должна дать тебе имя?
– спросила она.

Я открыла рот, чтобы сказать да, но Ричард был быстрее.

–Это против ваших законов, сказать это вслух. Нарушение, карающееся смертью, как сказал нам Жан-Клод.

Она рассмеялась, сжатая в кулак вокруг кровати тьма. Я чувствовала, что она может уничтожить и кровать, и всех, кто бы на ней.

–Я не куплюсь на это, волк. Арлекин. Они знают, что вы не в безопасности. Они знают, что я почти пробудилась. Они бояться тьмы.

–Все боятся тебя, - сказала я. Волк начал расслабляться под моей рукой. Я бы не смогла держать его в таком виде долго. Очевидно, речь шла уже не о борьбе. Чудненько.

–Правда сегодня вечером я бы забрала тебя. Это было в моих планах.

–Ты уже говорила, - заметил Ричард, его голос стал более человеческим, но вместе с тем угрюмым.

–Тогда позволь мне повторить это, волк.
– Ее гнев не был горячим, он был ледяным, как морозный ветер, он танцевал по коже. Ричард был возле меня. Я не подумала, что стоило попросить его вести себя хорошо. Это дало бы нам фору.

–Завтра они будут иметь вас, и я не хочу, чтобы им в руки попала ты.

–Иметь нас, как?
– спросила я.

–Я могу позволить Жан-Клоду иметь тебя, потому что ты и так уже его. Но никому более. Я предпочла бы, чтобы ты стала моим слугой-человеком. Но Жан-Код тоже подойдет. Но никто больше, некромант. Я убью тебя прежде, чем Арлекин поработит тебя.

–Почему я так тебя интересую?

–Мне нравится твой вкус, некромант, - ответила она.
– И ты не можешь принадлежать кому-то еще. Я - ревнивая Богиня, и я не делюсь властью.

Я проглотила комок, который застрял у меня в горле. Я кивнула, будто в этом был смысл.

–Я дарю вам свободу, некромант, волк.

Черное пятно исчезло, но она не ушла. Темнота внезапно стала весомой и начала расширяться, будто сама ночь могла пролиться в ваше горло и задушить вас. Она сделала почти то же самое в прошлый раз. Аромат жасмина и дождя расплывался по моему языку. Волчица рычала, и Ричард вторил ей.

–Разве можно покусать то, чего не можешь найти?
– Ее голос отразился эхом от стен.
– Моя ошибка в том, что я пыталась походить на человека ради тебя. Ошибки я не повторяю.

Волк присел, но Мамочка Тьма правильно заметила, тела, чтобы кусать у нее не было. Я должна была найти способ сделать ее видимой для моего волка. Я изо всех сил начала мысленно убеждать себя, что мой волк может покусать саму ночь.

Ричард схватил меня за плечи, развернув к себе. Его глаза были все еще янтарными и суровыми. Он поцеловал меня.

Он отодвинулся слегка. Чтобы сказать:

–Я чувствую ее запах у тебя во рту.

Я кивнула.

Он поцеловал меня снова, и на этот раз он не отстранился. Он вылил ту теплую. Растущую энергию, что была оборотнем, прямо в меня. Он задвинул ее в меня через наши рты, руки, тела. Я держала руку на шкуре своего волка, но остальное тело я отдала Ричарду, и постепенно я почувствовала запах хвои и лесной подстилки. Я чувствовала мускусный аромат волчьего меха. Я ощущала все это. Я вдыхала запах дома, и постепенно запах Ричарда вытеснил аромат жасмина. Сладкий, яркий вкус его поцелуя. Сон расстаял с этим поцелуем.

Я проснулась на полу спальни Жан-Клода рядом с обеспокоенным Натаниэлом. Я посмотрела справа от себя и увидела Ричарда и Мику возле него. В комнате находились еще охранники и пахло дымом. Первыми словами Ричарда были:

–Ты в порядке?

Я кивнула. Следующее, что он спросил:

–А что горит?

–Кровать, - ответил Мика.

–Что?
– не поняла я.

–Крест в чехле, который был у тебя под подушкой, настолько раскалился, что подпалил подушку, - ответил Мика.