Армагеддон
Шрифт:
– Устал скрипач, хлебнул вина, лишь горечь на губах… – пел Никольский.
– Это уж точно, – усмехнулся Илья своему отражению и, отвернувшись, уставился на дорогу.
2
Вчера примерно в шесть вечера ему позвонил шеф. Илья уже был изрядно пьян, с завидным постоянством уничтожая запасы спиртного в его маленьком двухэтажном домике на берегу чудесного лесного озера. Дом он купил по случаю, два года назад, сразу после скандального развода с женой.
Конечно, преуспевающий бизнесмен это намного круче чем простой коп! Но… десять лет все же…! К тому же он все еще тосковал по ее глазам…! Несмотря на ушат помоев, вылитый на него в суде. В чем-то его бывшая была права, в чем-то нет…
Она всегда добивалась, чего хотела, и шла к намеченной цели, переступая через многих без сожаления. Это качество вызывало двоякое чувство у Ильи. С одно стороны ему нравились целеустремленные люди. С другой… его иногда пугал блеск в ее больших зеленых глазах…!
За два года они созванивались всего два раза. Первый раз его бывшая позвонила сразу после свадьбы. Молодожены собрались в свадебное путешествие.
– Ты не мог бы забрать к себе НАШЕГО, – она сделала ударение, – сына на месяц. У него как раз каникулы. Мы не можем его взять с собой.
– Конечно. Давно не был в отпуске. К тому же…
– Тогда я его завтра привезу, – перебила его бывшая.
– Я только…
Но она уже положила трубку.
Второй раз она позвонила месяцев пять назад.
– Послушай, – даже не поздоровавшись, начала она. – У Андрея неприятности…
– А я причем?
– Крылов. Начальник налоговой! Твой хороший знакомый…
– Ну…и…
– Ты не мог бы…?
– Приятно осознавать, что твой ненаглядный еще не всех купил!
– Да! Встречаются еще идиоты наподобие тебя! Которые не хотят… жить лучше. Если бы не твои… твои ПРИНЦИПЫ, все могло бы сложиться по-другому!
– Которых нельзя купить, ты хотела сказать.
– Так ты поможешь?
– Нет!
– Но послушай, даже тебя это заинте…
Но Илья повесил трубку.
С Олегом, своим сыном, он встречался первый год после развода очень часто. Но потом тот уехал учиться за тридевять земель, и им остался лишь бездушный телефон и тоска друг по другу. Они были очень близки.
– Здравствуй, Илья! – сказал шеф.
– Привет, Билл!
– Как сам?
– Бывало и лучше.
– Да… Ты где сейчас?
– Отдыхаю в своем доме у озера. А что еще остается делать безработному?
– Это временное отстранение.
– Ты так думаешь?!
– Безусловно.
– Спасибо, что, отобрав мой значок, не посадил меня разбирать какие-нибудь бумажки. Природа на озере лучше пыльных контор.
– Ты несправедлив ко мне.
– Прости… просто…
– Я все понимаю, Илья. Все понимаю!
– Ты соскучился… или по делу? – Илья посмотрел на полупустой стакан в руке.
Сначала хотел сделать глоток, потом передумал и поставил стакан на журнальный стол.
– Завтра в 1400 ты должен быть в центральном участке. Парни из внутреннего отдела хотят задать тебе еще пару вопросов.
– Они и так трахнули меня по полной программе!
– Все идет к завершению. Я поговорил с председателем комиссии. Мы вместе ходим в спортзал. Все будет хорошо. Конечно, объявят выговор… и все такое. Сам понимаешь, если комиссия ничего не нарыла, значит, она не работала. Но в остальном… Короче ты будешь восстановлен в должности.
– Хоть одна приятная новость за последние несколько месяцев. Спасибо, Билл! По правде сказать, я очень соскучился по своему значку.
– Ребята из твоей группы передают тебе привет.
– И по ним тоже соскучился.
– Еще, Илья. Завтра держи себя в руках. Если бы ты не вмазал тогда этому молокососу из внутренних, все бы закончилось раньше!
– Я…постараюсь.
– Да уж, ты постарайся. И еще… завтра ты должен быть в форме.
– Я всегда в форме.
– Сколько мы друг друга знаем?
– Тысячу лет.
– Неужели ты думаешь, я не определю, пьяный ты или нет?!
– Хорошо, мамочка! Завтра буду как огурец.
– Тогда до завтра?
– До завтра, Билл. И… еще раз спасибо.
Илья сложил сотовый телефон и, бросив его рядом с собой, взял со стола стакан. Повертев его в руках, он выплеснул содержимое в камин. Огонь проглотил водку, выплюнув в ответ огненный шар. Встав с дивана, Илья поплелся на второй этаж в спальню. Дорога предстояла длинная. Нужно было немного поспать, чтобы хоть чуть-чуть протрезветь.
3
Головная боль и боль в раненом плече начала медленно отступать.
Никольского сменил Олег Митяев. Но песня о француженке внезапно оборвалась. Из динамиков выстрельнул противный шум, больно врезав по ушам.
– Черт! – выругался Илья и быстро убавил громкость. – Стоило найти настоящую музыку, – пробубнил он, нажимая кнопку автопоиска, – как…
Краем глаза он уловил неясный силуэт, выхваченный фарами в нескольких метрах перед машиной. Илья среагировал молниеносно. Резко крутанув руль влево, он ударил по тормозам. Машина закрутилась по мокрому асфальту как юла. Илья вцепился мертвой хваткой в руль, стараясь выровнять тяжелый джип. Он уже видел заголовки завтрашних газет: «ПЬЯНЫЙ КОП, ОТСТРАНЕННЫЙ ОТ ДЕЛ, РАЗБИЛСЯ НА БЕЗЛЮДНОМ НОЧНОМ ШОССЕ!».
Сделав несколько оборотов, джип цепанул передними колесами мокрую землю на обочине, и, сделав еще пол-оборота, остановился. Илья выдохнул. Раненое плечо отозвалось тупой болью. Он разжал побелевшие пальцы. – Хорошо, что я ехал, не очень быстро! – промелькнуло у него в голове. – А то бы… – Он выключил зажигание и, рывком открыв дверь, выбрался наружу.
Не было видно ни зги. В темноте красными маячками горели габаритные огни. Но толку от них не было. Они освещали лишь задний бампер и маленький кусок асфальта. Дождь усилился. Илья застегнул куртку и медленно пошел по дороге. Его правая нога угодила в лужу. Вода залилась в ботинок, противно захлюпав.