Арнольд и Грегор
Шрифт:
Грегор остался один на Призраке-5.
Убедившись, что оборудование не пострадало, он вызвал по рации Арнольда и доложил, что высадка прошла нормально. Потом, с бластером в руке, отправился обследовать лагерь солнцепоклонников.
Они устроились у подножия горы, неподалеку от маленького озера с кристально чистой водой. Модульные домики прекрасно сохранились. Бури их не трепали, потому что на Призраке-5 был чудесный ровный климат. Но выглядели домики какими-то несчастными и потерянными.
Грегор осторожно осмотрел один домик. Одежда аккуратно лежала в шкафу, фотографии висели на стенах, и даже занавеска на окне осталась нетронута. В углу стоял ящик с игрушками, вскрытый в ожидании детей, которые должны были прибыть с основной группой колонистов. На полу валялись водяной пистолет, волчок и мешочек с шариками.
День клонился к вечеру; Грегор затащил свое хозяйство в домик и стал обустраиваться. Он установил сигнализацию и отрегулировал ее, чтобы включалась даже при появлении таракана. Распаковал свой арсенал: штурмовые винтовки разложил так, чтобы можно было легко дотянуться, а бластер оставил в кобуре на поясе. Наконец решил, что пора отдохнуть и поужинать.
Снаружи вечер плавно переходил в ночь. Теплая сонная земля погружалась в темноту. Мягкий ветерок морщил поверхность озера и шелковисто шуршал высокой травой.
Все было очень мирно.
Должно быть, просто поселенцы слишком нервные попались, решил Грегор. Запаниковали и перебили друг друга.
Напоследок еще раз проверив сигнализацию, Грегор разделся, повесил одежду на стул, выключил свет и лег в кровать. Комнату заливал звездный свет, ярче, чем лунный на Земле. Бластер лежал под подушкой. Все в мире было хорошо.
Грегор уже почти задремал, когда почувствовал, что он в комнате не один. Невозможно! Сигнализация ведь молчала. Радар по-прежнему мирно гудел.
Но каждый нерв кричал: тревога! Грегор достал бластер из-под подушки и огляделся.
В углу сидел человек.
Думать, как незнакомец проник в дом, было некогда. Грегор направил на него бластер и тихим, твердым голосом сказал:
– А ну-ка живо подними руки.
Фигура не шелохнулась.
Грегор уже потянул было спусковой крючок, но вдруг успокоился. Он понял, что это за «человек» – его собственная одежда, повешенная на стул. Мало ли что померещится в неверном звездном свете.
Он усмехнулся и опустил бластер.
Одежда слабо заколыхалась. Грегор почувствовал ветерок, залетевший в окно, и снова усмехнулся.
Одежда встала, выпрямилась и решительно двинулась в его сторону.
Грегор, примерзнув от ужаса к койке, смотрел, как на него идет его одежда, а внутри нее – никого.
Когда она уже пересекла полкомнаты и протянула к нему пустые рукава, он открыл огонь.
Он стрелял и стрелял, потому что даже обрывки продолжали ползти к нему, словно наделенные жизнью. Клочья пылающей ткани кидались в лицо, ремень пытался оплести ноги. Это продолжалось, пока Грегор не спалил все дотла.
Потом он включил в доме все лампы, какие нашел. Сварил полный кофейник кофе и вылил туда больше полбутылки бренди. Каким-то образом ему удалось устоять перед искушением разнести бесполезную сигнализацию вдребезги. Вместо этого он вызвал по рации компаньона.
– Очень интересно, – сказал Арнольд. – Неодушевленные вещи оживают. Поразительно!
– Ага, я как раз хотел тебя развлечь, – с горечью сказал Грегор.
Опрокинув стопку-другую бренди, он вдруг почувствовал, что никто его не любит и все бросили.
– Что-нибудь еще произошло?
– Пока нет.
– Ладно, держись. У меня есть версия, но надо кое-что проверить. Кстати, какой-то чокнутый букмекер принимает против тебя ставки пять к одному.
– Правда?
– Ага. Я и сам поставил.
– На меня или против? – встревоженно спросил Грегор.
– На тебя, разумеется, – оскорбился Арнольд. – Мы же компаньоны!
Они попрощались, и Грегор заварил еще кофе. Он не собирался больше спать в эту ночь. Приятно, конечно, что Арнольд поставил на него. Но с другой стороны, Арнольду всю жизнь не везло в азартных играх.
Днем, при солнечном свете, Грегору удалось урвать пару часов тревожного сна. После полудня он проснулся, нашел новую одежду и отправился обследовать лагерь солнцепоклонников.
До вечера он так ничего и не обнаружил. На стене одного домика было явно в спешке нацарапано: «Тгасклит». Грегор понятия не имел, что это значит, но немедленно сообщил о находке Арнольду.
Он тщательно обыскал свой домик, добавил осветительных приборов, испытал сигнализацию и перезарядил бластер.
Казалось, все в полном порядке. Грегор печально смотрел на закат, гадая, суждено ли снова увидеть солнце. Потом устроился в удобном кресле и попытался рассуждать рационально.
Здесь нет никакой животной жизни – и ходячих растений, мыслящих скал или гигантских мозгов, плавающих в ядре планеты, тоже нет. У Призрака-5 нет даже естественных спутников, так что никто не мог затаиться на луне.
А в демонов и призраков Грегор не верит. Он знает, что при внимательном изучении все сверхъестественные явления оказываются вполне естественными. А те, что не оказываются, просто прекращаются: призрак почему-то не хочет постоять спокойно, чтобы скептик его пощупал, а фамильное привидение обязательно сматывается из замка на каникулы, стоит туда сунуть нос ученому с аппаратурой.
Значит, остается другая возможность. Что, если кто-то хочет купить эту планету, но не готов заплатить цену, которую назначил Фернграум? Что, если он прячется где-то тут, пугает поселенцев и даже убивает их, чтобы сбить цену?
Очень может быть. Даже для ходячей одежды найдется объяснение: если правильно использовать статическое электричество…
Кто-то стоял прямо перед Грегором. Сигнализация, как и прошлой ночью, молчала.
Грегор медленно поднял взгляд. Тварь перед ним была трех метров ростом и приблизительно человекообразная, только с головой крокодила. Она была ярко-алая, и по всему телу, с головы до пят, тянулись фиолетовые полосы. В когтистой лапе тварь держала большую коричневую банку.