Чтение онлайн

— Ну вот, — сказала она. — Возможно, теперь вы съедите несколько ложечек.

Со смущением, которое ей не удалось скрыть, она села на кровать рядом с ним и потянулась за стоящей на столе кружкой. Улыбнувшись ему, она влила ему в рот несколько ложек бульона. Зак проглотил. Ничего другого ему не оставалось. Прежде чем она влила в него еще одну ложку, он сказал:

— Спасибо, я могу сам.

— Мистер Мак-Говерн, боюсь, что вам трудно даже сидеть.

Зак тоже сомневался, что ему это удастся, и чувствовал себя идиотом.

— Я не привык, чтобы меня кормила женщина.

— Ну что ж, я тоже не привыкла никого кормить. — Она влила ему в рот еще несколько ложек бульона. — Конечно, кроме Миранды, когда та была маленькой.

Кэйт говорила так быстро и отрывисто, что Зак понял: она ужасно нервничает и пытается скрыть это. Щека ее задергалась, и Заку хотелось приложить к ней палец, чтобы проверить, не кажется ли ему это.

Чтобы разрядить молчание, она сказала:

— Если вы не будете поступать так, как она, и выплевывать то, что вам не нравится, мы прекрасно поладим.

Ложка бросилась в новую атаку. Проглотив, Зак попробовал улыбнуться.

— Очень вкусно.

— Благодарю.

Почти не давая ему передохнуть, она сунула ему еще одну ложку. Зак чуть не сказал ей, что не следует кормить его с той же поспешностью, с какой она убивала бы змей. Но в свете недавних приключений это показалось ему неуместным. А прежде чем он смог придумать что-то еще, она вновь засунула ложку ему в рот.

— Как вы себя чувствуете? Знаете, мы с Маркусом очень волновались за вас.

Все, что Зак успевал произнести между двумя ложками бульона, было лишь мычание. Он понимал, что она очень волнуется. Но если она станет так же быстро вливать в него бульон, он захлебнется. Он хотел было схватить ее за руку, прежде чем она зачерпнет новую ложку, но усомнился в том, что успеет ее опередить. Ему казалось, что его тело не поспевает за мыслями.

— В какой-то момент я испугалась, что вы так никогда и не придете в себя.

Ложка вновь оказалась у него во рту. Достаточно намучившись, Зак почувствовал, что с него хватит. Чтобы отразить следующую атаку, он плотно сжал губы и закрыл глаза. Ложка больше не коснулась его губ, и он почувствовал, что Кэйт все поняла. Тогда он спросил:

— Маркус? Он здесь?

— С самого начала. Он решительно настоял на том, чтобы остаться здесь…

Она замялась, и это заинтересовало его.

— Зачем?

— Чтобы помогать вам облегчаться.

Зак снова прикрыл глаза. Нужно будет дать этому человеку работу получше. Он услышал, как она поставила кружку на стол. Кэйт приподнялась, и он вздрогнул. Затем она вновь села, прижавшись к нему бедром. Она успокоилась. Зак ощутил тепло ее тела. Он был так слаб, что не мог даже встать, тем более его поразило, что она волнует его. Своей беззащитностью, мягкостью, запахом. В это утро от нее пахло розами, свежевыпеченным хлебом и немножко ванилью. О таких женщинах мечтают мужчины.

Он вновь поднял ресницы и посмотрел в ее серьезные карие глаза. Ее бедро, казалось, жгло его сквозь простыню.

Она поднялась.

— Не много же вы съели.

Он даже не притронулся к тому, чего ему на самом деле хотелось.

— А мне кажется, будто я объелся. Она наклонилась и взяла чашку.

— Я принесу еще часа через два, — сказала она, — ваш желудок, наверное, совсем отвык от еды.

Отвращение, которое она испытывала к нему, было столь очевидным, что Зак почувствовал, как горячая волна поднимается по его шее. Какой же он дурак, если подумал, что такая привлекательная женщина, как Кэйт Блейкли, может симпатизировать такому, как он. Он положил руку на грудь и заставил себя улыбнуться, решив не показывать, как ему тяжело.

Почувствовав боль от ран, он неожиданно вспомнил Миранду. Испытывая потребность сказать что-нибудь, все равно что, лишь бы разрядить атмосферу, он спросил:

— Как ваша дочь получила такие сильные ожоги? От этого вопроса Кэйт вздрогнула. Кружка выпала у нее из рук и разбилась вдребезги. Кэйт отступила, машинально стряхивая осколки со своей юбки.

— О Господи!

— Черт!

Опасаясь, что она порежется осколками, Зак позабыл о своих ногах и приподнялся, опираясь на локоть.

— С вами все в порядке?

Комната закружилась у него перед глазами. Зак вцепился в кровать, боясь упасть на пол. Кэйт схватила его за руку.

— Мистер Мак-Говерн, прошу вас…

Зак в изнеможении откинулся на подушку.

— Дерьмо! — Он закрыл глаза, чтобы остановить головокружение. — Никогда в жизни я не был так слаб.

— Вы чуть не умерли. Через несколько дней это пройдет.

— Вы не порезались?

— Нет, все в порядке. — Она издала слабый звук. — Пустяки, не о чем беспокоиться. Можно попросить вас не двигаться, пока я все это не уберу?

Зак вздохнул.

— В ближайшие несколько минут я, кажется, никуда не собираюсь.

Он услышал, как она выскользнула из комнаты и тотчас вернулась с щеткой в руках. Он так устал, что не мог открыть глаза, когда она начала подметать.

— Эта щетка совершенно не годится. — Звякнул фарфор. — Придется купить другую. Хорошую я сломала.

Зак не мог даже спросить, как это произошло. Через несколько минут он понял, что Кэйт покинула комнату, потому что вместе с ней исчез ее запах. Последнее, о чем он подумал, перед тем как снова заснуть, было то, что она не сказала ему, как Миранда обожгла руку.

Выйдя из комнаты, Кэйт прислонилась к стене, держа в одной руке щетку, а в другой совок и тряпку. Ее сердце бешено стучало. Она уже давно ухаживала за Закарией Мак-Говерном и привыкла видеть его огромное тело неподвижно лежащим под простыней. Были даже моменты, когда, выйдя из комнаты больного, она забывала о нем. Но теперь он пришел в себя. Ее рука все еще ныла от того напряжения, с каким она приподнимала его. Она вспомнила, как пристально смотрели на нее его глаза, казалось, менявшие цвет в зависимости от настроения. Они были карими, когда он улыбался, становились зелеными, когда он о чем-нибудь спрашивал, потемнели, когда он испугался, что она порезалась осколками. Кэйт встревожилась: уж не увидел ли он больше, чем ей хотелось бы.