Аромат скунса
Шрифт:
– Не стойте за моей спиной! Уйдите все!
– Хорошо, хорошо, – тихо сказал Жорик и на цыпочках пошел к дороге.
Руслик пожал плечами и, сунув руки в карманы, вразвалочку последовал за шефом.
– А тебе особое приглашение надо?! – громко крикнула Лисица Гере.
– Ты что? – прошептал он.
– Ушли все! – крикнула она.
«Наконец-то! – подумал Гера с некоторым облегчением. – А то я уже подумал, что у нее мозги отказали…»
Он тоже пошел к дороге, но вскоре остановился и повернулся.
– Дальше!! – крикнула Лисица. – Не стойте у меня над душой!
– Пошли! – махнул рукой Жорик. – Не надо мешать.
Они вышли на дорогу и сели на поваленное бревно. Минуту молчали.
– Конечно, в первый раз всегда тяжело, – ляпнул Руслик.
Жорик кинул на него колкий взгляд, и Руслик тотчас поправился:
– Это я так думаю, что тяжело. Может, наоборот, легко. Мне-то откуда знать? Я никого не убивал.
– И я никого не убивал, – сказал Жорик. – Пару раз только на охоту ходил…
Он хотел еще что-то рассказать про охоту, но в это мгновение раздался короткий щелчок. Жорик, Руслик и Гера как по команде вскочили на ноги. Жорик перекрестился, Руслик сплюнул себе под ноги.
– Собаке – собачья смерть, – констатировал Жорик.
Между деревьев появилась Лисица. Она брела по высохшим иголкам, едва поднимая ноги. Гера прожигал ее лицо взглядом, но Лисица, словно нарочно, избегала смотреть на него.
– С боевым крещением! – нелепо пошутил Жорик.
Лисица усмехнулась и вялым движением протянула пистолет Руслику.
– Ты не могла бы положить его в бардачок? – сказал он, моментально спрятав руки за спину.
Ничего не ответив, она с равнодушным видом медленно пошла по дороге вниз.
– Выводи машину! – приказал Жорик Руслику, с беспокойством глядя на Лисицу.
– У нее нервный срыв, – сказал Гера и подумал, что этот же диагноз можно с успехом поставить и себе.
Он догнал Лисицу и пошел с ней рядом.
– Все в порядке? – тихо спросил он.
– Да… – едва слышно ответила Лисица.
– Устроила ты мне веселую жизнь! Не знаю, как я теперь буду перед Климом оправдываться…
– Ничего. Потерпи еще пару дней, потом мы обо всем ему расскажем. Он нас простит…
Шурша колесами, их догнала «Бора». Из окошка высунулась сияющая физиономия Жорика.
– Предлагаю отметить это событие, – сказал он. – Даю роскошный ужин в ресторане «Гранд-отеля»!
Гера вдруг необычайно отчетливо вспомнил ресторан «Гранд-отеля», вышколенных официантов, заставленный бутылками стол и Клима в вылинявшей футболке, пропахшей бензином… Клима, его единственного и самого лучшего друга на свете…
Невыносимо острая тоска вдруг сдавила сердце Геры, и ему показалось, будто он только что собственной рукой расстрелял его.
Последняя нить, на которой все эти страшные часы держалась воля Геры, лопнула, и из его глаз неудержимым потоком хлынули слезы.
Глава 34
Похищение
Казалось, Жорик начисто забыл, с какого печального события начался сегодняшний день. Он был оживлен и весел, сыпал шутками и тостами и нежно ворковал на ушко Лисице, рисуя ей радужные перспективы их совместной жизни. Лисица была грустной и усталой. Она вяло тыкала вилкой в тарелку, мало и без аппетита ела и всякий раз опускала глаза, когда Гера пытался встретиться с ней взглядом. Руслик, руководивший застольем, по максимуму использовал редкостную щедрость шефа и нещадно гонял официантов то за новыми блюдами, то за экзотическими напитками.
«Почему она все время прячет глаза? – думал Гера, не зная, как привлечь к себе внимание Лисицы. – Может, там, на обрыве, она сделала что-то не так?»
Он стал думать, под каким предлогом можно было бы вывести Лисицу из зала и поговорить с ней наедине. Проводить ее в туалет? Или пригласить на танец?
Жорик, словно прочитав мысли Геры, кинул салфетку в тарелку и взял Лисицу под локоток.
– Может, потанцуем, дорогая?
– Я не могу, – ответила Лисица. – Нет настроения.
– Понимаю, понимаю, – вздохнул Жорик. – И все же тебе надо расслабиться, отвлечься от грустных мыслей. Потому что у нас завтра трудный день.
– А что будет завтра? – равнодушно спросила Лисица.
– Завтра мы поедем на дачу, – ответил Жорик, – и сделаем пробный запуск печатного станка. Оформление наследства потребует больших расходов, а у меня в настоящий момент небольшие затруднения с наличной валютой.
– Хорошо, – кивнула Лисица. – Только почему пробный? Мы запустим станок на полную мощность.
– Как скажешь, – без особых усилий согласился Жорик. – Я человек по натуре мягкий и не могу навязывать женщинам свою волю.
В зале зазвучала тихая музыка, погас свет, и официанты зажгли на каждом столике свечи. Из раскрытых окон повеяло свежестью и прохладой. Руслик заказал куропаток на голом огне, тушеную серну, телячьи отбивные с грибным соусом и дроб-сарму из барашка.
«Быстрее бы наступило утро, – думал Гера, выпивая водку как воду. – Тогда я позвоню Климу в автосервис и все ему объясню. Лишь бы его обида не успела зачерстветь».
Он представил, как его друг лежит сейчас на старой тахте в убогой коммуналке, избитый, с распухшими губами, и как остро он переживает мнимое предательство… «Нет, до утра я не выдержу! – подумал Гера. – Надо хватать бочонок мадеры и прямо сейчас ехать к Климу домой!»
Гера уже собрался попрощаться и встать из-за стола, сославшись на срочные дела, но тут его взгляд упал на Жорика. Хозяин стола, потный и раскрасневшийся, уже водрузил свою руку на плечи Лисицы и, что-то бормоча, пытался поцеловать ее в шею. Лисица вежливо отстранялась от него, но Жорик проявлял гусарскую настойчивость и все больше наваливался на девушку, и его волосатая рука с толстыми и короткими пальцами удавом ползла по ее юбке.
«Ну как я могу оставить ее наедине с этим солидолом?» – подумал Гера.