Чтение онлайн

— Она ненавидит меня, — прошептала Ви, уткнувшись в плечо Майка.

— Она всю жизнь завидовала твоему успеху и вытеснила тебя из «Джолэй». Но ей этого недостаточно: она хотела добиться, чтобы ты никогда уже не смогла соперничать с ней. Тогда она узнала через Ника о твоих планах и решила отнять у тебя надежду на успех. Но ее план не сработал — «Мотек» отказался от украденной ценности, она ему не подошла. И кража не только оказалась бесполезной для Марти, — она навредила себе. Ник сказал, что он потерял доверие «Мотека», но я знаю, что еще в большей степени это относится к Марти. Теперь она пойдет на мировую, мы можем уладить дело с ее адвокатами.

— Но я не понимаю, почему пришел Ник…

— Он любит ее и хочет смягчить последствия ее ошибок. «Мотек» не хочет предавать это запутанное дело гласности, и Ник предложил не доводить дело до суда. Наверное, в конечном счете Ник и Марти выйдут из «Мотека». А сейчас я позвоню Дуйэну Олкоту.

Когда Майк вошел в свой офис, он увидел там Марти. Он вызвал Ви и, позвонив Олкотту, сообщил ему, что их клиентки будут договариваться между собой. Потом он вернулся к Ви, чтобы ободрить ее поцелуем, но Ви вышла к Марти расстроенная и испуганная. Что-то ей скажет сестра? Сколько уколов в сердце вытерпела она от Марти за все эти годы!

— Ну, зачем же ты явилась, Марти? Этот план не сработал — затеваешь новую каверзу?

— Ты, как всегда, не доверяешь мне, Ви?

— Нет.

— И всю жизнь ты мне не доверяла! — воскликнула Марти.

— Здесь неудобно вести этот разговор, — сказала Ви, оглядываясь на секретаршу Майка и клиентов, ожидающих приема.

— Ну так пойдем ко мне! Ты не видела мою новую квартиру!

— И ты мою — тоже! — возразила Ви, увлекая Марти из офиса, усаживая в такси и называя водителю свой адрес. Марти равнодушно пожала плечами, но, выходя у дверей Ви, сказала язвительно. — Ну, что ж, гора пришла к Магомету.

— Пойдем в сад, — сказала Ви, ведя Марти по дорожке между кустов и клумб. — «Растения и деревья поддержат меня», — подумала она.

— Вижу, ты наслаждаешься природой, — заметила Марти. — А как насчет виски?

— Может быть, лучше вина?

— Нет.

Ви вошла в дом, оставив Марти в саду. Апрель был в полном расцвете, из зеленого бархата травы словно веселые дети выглядывали ромашки, благоухали розмарин, эстрагон и чебрец, по стене вились голубые вьюнки, а в розарии уже распустилось несколько ранних роз. «Может быть, этот чудесный садик посреди шумного города смягчит душу Марти», — подумала Ви.

Она принесла ей бурбон, и Марти поблагодарила кивком.

— Ну, признайся, что я и Ник поймали тебя в ловушку. Олкотт говорит, что ты заплатишь не меньше миллиона за нарушение контракта.

— А мой встречный иск о шпионаже и украденном изобретении?

Обычные превратности бизнеса, — с ленивой улыбкой возразила Марти. — Суд с этим и разбираться не станет. А главное, формулу разработал Ник, она принадлежит ему, и он может делать с нею, что пожелает.

Он не посмеет! — Ви не выдержала и перешла на крик. — За что ты преследуешь меня? Всю жизнь ты стремилась подавить меня! Что я тебе сделала? — Голос ее зазвенел и сорвался, и Марти поперхнулась глотком бурбона. — Я заботилась о тебе, дала тебе образование… которого сама не получила…

— И всю жизнь ты таила на меня обиду за это… попробуй отрицать! Ты всегда держала меня на вожжах. Требовала от меня признательности. А главное, ты хотела, чтобы я стала такой же, как ты. Ты изображала из себя всемогущее божество. Моя жизнь была в твоих руках, и ты хотела влить ее в угодную тебе форму. Для тебя не имело значения, что я такое. Тебя это нисколько не интересовало. Я была та, на которую ты изливала свою щедрость, благодарная подданная всемогущей королевы. Поклонница безупречной святой. Вот чем ты хотела меня сделать!

Ви слушала, потрясенная, руки ее дрожали. Это было не так…

— Нет, ты меня дослушай! — взвилась Марти. — Все было именно так! Ты была чертовски надменна и могущественна и не позволяла мне быть самой собой! И я ненавидела тебя, Ви, за то, что ты не давала мне быть такой, как я есть. — Теперь она кричала. Осушив бокал до дна, она бросила его на землю. — И он тоже. Он отвергал меня. Вы оба были против меня, и я была для вас ненавистный приемыш. Все, что я делала, было плохо. Он думал только о тебе, любил только тебя. Тебя — копию твоей распроклятой мамочки! А на мою долю не оставалось ничего.

— Постой! Ты не права. Он не понимал и меня. Я действительно была для него отражением моей матери, и он любил меня, как ее отражение. Меня самое он не видел, и я чувствовала себя страшно одинокой.

— Одинокой? Ты? — удивилась Марти — Нет, он принадлежал тебе. А когда появилась Нина, ты получила и мать.

Воспоминания пронзили болью душу Ви. Она молчала, глядя на испуганную выражением ее лица, примолкшую Марти. Когда Ви заговорила снова, голос ее был мягким и печальным. — Много лет назад, когда мы обе были маленькими, между тобой и Арманом была на кухне ужасная сцена, и ты оттолкнула меня, выбежала с криком: — Я вас обоих ненавижу! — В эту минуту я тебя полюбила. Я поняла, как ты одинока. Я тоже была тогда несчастлива. У меня не было друзей, только два котенка. И я видела, что папа смотрит грустно и ласково не на меня, а сквозь меня и видит не меня, а образ своей покойной жены. Но тебе было хуже, чем мне, и я поклялась, что сделаю для тебя все, что смогу.

— Ты поняла это? — изумленно воскликнула Марти. — Сама еще ребенок, девочка с белыми косичками, ты еще в школе училась!

— Ты помнишь, какая я была?

Марти кивнула и, подойдя к Ви, сидящей в садовом кресле, начала говорить тихо и задумчиво.

— Когда я вернулась из Франции, узнав правду о своей матери, о том, что отец спас мне жизнь, я дала клятву, что он будет мною гордиться. Он всегда считал, что ты унаследуешь его талант, его дело, что тобой, а не мной он будет гордиться. Ты была для него как звездочка, словно святая дева Мария.

— Ну, ты преувеличиваешь…

— Да нет же. Ну вот, я и поставила перед собою цель — доказать, что я лучше тебя, что он не напрасно меня спас. Что я его подлинная дочь, которой он может гордиться. — Она заплакала.

Ви встала и положила руку на плечо Марти. — Но он ведь умер, — сказала она мягко.

— Да, по отношению ко мне он в данном случае поступил как подонок. Попробуй-ка заслужить одобрение мертвеца!

Волна жалости охватила Ви.

— Значит, ты всегда будешь добиваться его одобрения?