Арса
Шрифт:
– Ну, в общем да! Только не могу никак найти применения вот этой черной тряпке!
– Это не тряпка, - поправил внучку Добрит, - это паранж и одевается он вот так, на голову.
– Но я ничего не вижу,-в панике зашептала девочка, -я и шагу не смогу сделать в этом, в этой…В этом парн…
– В этой парандже! Успокойся! Как только привыкнешь, все станет видно, это дело привычки. В тех странах, откуда привезли эту одежду, женщины всю жизнь на людях появляются только в такой одежде!
– Уф, - поежилась княжна, - не хотела бы я жить в этой стране!
– И опять ты не права! Нужно уважать… - дед не договорил, - Все, прекращаем разговоры! Сейчас подадут сходни. И с того момента, как наши ноги коснутся земли, мы уже не дед и внучка, а богатый купец и рабыня, которую купец везет на продажу! Помни об этом! Все, пошли.
Предположения деда оказались верными. Множество глаз следили за Добритом и Владиной пока они шли к городским воротам. Вероятно, если бы им вздумалось внезапно повернуть назад, к ладье, им вряд ли это позволили бы. Когда они подошли к воротам города, их остановили.
– Кто это с тобой?
– спросил рослый дружинник, - уж не та ли кого мы ищем?
– Я честный купец, - степенно начал свой рассказ Добрит, - в Мере распродал весь товар, а вот эту рабыню продать не смог! Не нашел на нее покупателя! Глава гильдии купцов посоветовал мне плыть в ваш город. Говорят, у вас разный народ сходиться для торговли, и арабы, и булгары, и варяги!? Авось кто девку и купит, а то, как гиря она на мне висит! Вот купил на свою голову! Домой я не могу я с ней вернуться, таких у нас и не видывали, а покупать никто не торопится! Чтобы я еще с таким товаром связался!
– Что-то ты дед больно разговорился, - перебил Добрита второй дружинник, такой же богатырь, как и первый!
– а ну-ка покажи девчонку!
– Что ты, что ты!
– замахал руками дед, - если я паранж этот откину, то тогда вообще ее вовек не продам. У них, у заморских купцов, как принято? Тот, кто ее купит, должен быть первым мужчиной, который увидит ее лицо без этой черной тряпки, кроме конечно отца с матерью! Никак нельзя, вы уж не обессудьте!
– Что?
– проревел первый дружинник, - ты мне еще поговори! А ну-ка показывай девчонку, а то дождешься, сам сорву с нее эту дерюгу!
– Да я что? Я за милую душу,- заныл дед, - только пообещайте, люди добрые, никому не рассказывать, что видели ее лицо! Вот, пожалуйста, смотрите!
Дед сдернул паранжу, дал посмотреть на Владину несколько секунд и тут же набросил покрывало снова.
– Нет, это конечно не она, - подвел итог второй дружинник, обращаясь к товарищу, - да и что она, дурочка? Небось, давно обошла Царское городище десятью дорогами!
– Погоди! Что-то смущает меня в этой черномазой! А ну-ка дед, подними-ка еще раз покрывало!
– Ну, я же сказал вам, - снова запричитал дед, - никто не купит…
– Ох, да оставь ты их в покое,- вмешался второй дружинник, - с ними все ясно! Вон смотри, еще одна ладья причалила и несколько еще на подходе! Заходи дед! Да побыстрей, не мешай работать!
– Но все-таки, - в смущении почесал голову первый дружинник, - что-то в ней не так! Сколько этих черномазых через наши ворота прошло! А с этой что-то не так!
– Да, брось ты, - снова отмахнулся второй страж, - смотри, вон с ладьи сошла женщина, с девчонкой примерно того возраста, что мы ищем! Приготовься, сейчас они подойдут к нам!
К тому моменту как стражники занялись сошедшим с ладьи женщиной и девочкой, Добрит с Владиной были уже далеко.
– Дед, а дед, - жалобно прошептала внучка, - а куда мы идем? Торговую площадь мы уже давно прошли!
– Тебе надо немножко передохнуть,-украдкой погладив девочку, прошептал Добрит,-да и домашней пищи надо поесть. Дал мне старейшина Прогост адрес своего дальнего родственника, Ардагаста, что живет в этом городе. Найдем мы приют в его доме хоть на несколько часов. А вот и дом!
На стук деда из ворот дома вышла дородная осанистая женщина в собольей шубе.
– Ну, что надо?
– недовольно спросила женщина, бросив любопытный взгляд в сторону Владины.
– Нам нужен Ардагаст, добрая женщина, - ответил дед, в свою очередь внимательно рассмотрев женщину.
– Нет его, - уже не так недовольно ответила женщина, - умер две недели назад.
– Умер,-грустно повторил Добрит, -ну что же…Горе то какое! Прости хозяйка что побеспокоили!
– Да что ты хотел то дед? Может я, чем помогу?
– Направил меня сюда, - обстоятельно начал свой рассказ Добрит, - старейшина соседнего городка Меря, Прогост. По делам мы здесь, передохнуть у вас хотели перед дальней дорогой. У вас вот какое горе! Не знал Прогост про смерть родича, извини его! Ну, пойдем мы.
– А я что же, неживая чтоли?
– рассердилась вдруг женщина,- неужто во мне жалости нет. Не дам путникам места для отдыха? Заходите!
– Да мы… - замялся дед, - горе у вас…
– Раз говорю заходите, - решительно повторила женщина, - значит, заходите! Я нынче сама себе хозяйка! Кого хочу, пускаю, а кого не хочу, никто не заставит пустить!
За все время скитания, Владина еще ни разу не заходила в такой богатый дом. Впрочем, долго разглядывать внутреннее убранство дома она не смогла. Внутри дома был полумрак. Сквозь ткань, да еще с улицы, было плохо видно. Как только хозяйка отвернулась, девочка приподняла паранжу и зыркнула по сторонам, но тут же наткнулась на укоризненный взгляд деда, который жестом приказал ей опустить покрывало. Пригласив путников к столу, хозяйка начала свои расспросы. Удовлетворив свое любопытство, начала рассказывать сама. Дед слушал ее очень внимательно, старался не перебивать и лишь к месту вставлял подходящие реплики, понимая, что женщина изголодалась по общению.