Чтение онлайн

— А тебя в этом городе ненавидят, наверное, за то, что ты красный?

— Нет, я плачу от радости, что все меня очень любят!

— Чудаки какие-то… — пожал плечами Жёлудь. По малейшему поводу, из-за каждой мелочи любой житель этого города тут же распускал нюни. Они так привыкли плакать, что и по ночам, если им что-нибудь снилось, обливали постель слезами. Поэтому во всех домах были устроены желоба; по ним слезы стекали в канавы, канавы сливались в ручьи, а ручьи текли в речку, которая по трубам отводилась за город и называлась Слезина. Плаксы давно бы уже захлебнулись в своих собственных слезах, если бы не эти устройства.

— Да это не город, а фабрика солёной воды! — возмутился Горох.

— А разве мы с тобой никогда не льём из глаз солёную воду? — подмигнул ему Жёлудь.

— В самом деле, как плохо, что человек не видит себя, когда плачет! воскликнул покрасневший Горох. — Если бы каждому плаксе сунуть под нос зеркало, то, увидев себя во всей красе, он немедленно замолк бы от стыда. Мне кажется, что зеркало — самое лучшее лекарство для тех, у кого глаза на мокром месте.

— Для таких плакс я даже сочинил песенку, — со-общил Жёлудь приятелю и во весь голос затянул:

Приятели распелись и не заметили, как к ним подошли два затянутых в мундиры блюстителя порядка — Лук и Чеснок.

— На каком основании вы поёте в этом городе?

— Просто у нас хорошее настроение, — ответил Жёлудь.

— Этого мало. В нашем городе на каждую улыбку требуется особое разрешение. Слезайте с коней. Вы арестованы.

— За одну только песню? — удивился Горох.

— Даже за один куплет! — отрезал Чеснок. Жёлудь повертел в руках заряженное ружьё, попробовал большим пальцем лезвие меча и лишь потом обратился к блюстителям порядка:

— И что вы нам сделаете, когда арестуете?

— Мы заставим вас выслушать самую печальную историю этого города.

— И всё? Мы охотно выслушаем её и без ареста.

— Нет, мы обязаны вас арестовать, ибо ещё ни один чужеземец не выслушал эту историю по-хорошему.

— Странно!.. — Друзья переглянулись, пожали плечами и слезли с коней.

Возле большого дома, очень похожего на опрокинутую бочку, висела огромная доска. На ней была надпись:

— Что же это за Веселинский уезд, — не мог надивиться Горошек, — если всё население утопает в слезах?

— Поживём — увидим, — ответил Жёлудь и, привязав коня, первым шагнул к дому.

В сопровождении Чеснока и Лука друзья спустились по крутым каменным ступеням в какое-то затхлое подземелье и нерешительно остановились перед тяжёлой, большой, как ворота, железной дверью, на которой было написано:

Блюстители порядка постучали в эту дверь, а когда она распахнулась, втолкнули друзей внутрь и снова заперли на все запоры.

В большом подвале мерцало несколько жировых плошек. На стенах можно было с трудом различить картины, фотографии и чертежи. За небольшим столиком сидело какое-то существо и разглядывало вошедших в лупу.

— В этой норе нам и ружья, пожалуй, не помогут, — осмотревшись, решил Жёлудь. — Эй, чего выпучила глаза? Или путешественников никогда не видела?

К ним приблизилась старая сморщенная Картофелина. От вечного полумрака у неё выросли редкие белые усы, глаза ввалились, глубокие морщины избороздили впалые щёки, однако держалась она степенно, хотя беспрестанно трясла головой.

— За что вас тут заточили? — сочувственно спросил Горошек.

— Вы невежа! Я свободная гражданка и живу здесь по собственному желанию.

— Очень приятно, — усмехнулся Жёлудь. — А нас почему-то силой пригнали. Словом, выкладывай эту самую грустную историю города, и мы не будем тебе мешать.

— Простите, а с какой ноги вы сегодня встали?

— Разве это имеет значение?

— Для науки всё имеет значение! От этого факта зависит ваше настроение на весь день.

— Этой ночью мы не слезали с седла.

— Жаль, — промямлила Картофелина. — А когда вы въехали в город, вам никто не перебежал дорогу?

— Мы не суеверны.

— Неважно, — отрезала Картофелина. — Эти приметы помогают каждому живому существу избежать несчастья.

Горох взглянул на Жёлудя, приложил палец ко лбу и повертел им.

— А сегодня не понедельник, не тринадцатое число? — продолжала выпытывать Картофелина. — Нет, сегодня пятница и двадцать шестое.

— Прекрасно! Тогда попрошу вас плюнуть через левое плечо три раза. Вот так. И семь раз через правое. Всё. Да, чуть не забыла: ещё очертите по кругу.

Пожимая плечами, приятели выполнили всё, что им было велено.

— Теперь выверните карманы и скажите: хвала петуху!

— А почему не курице?

— Всё испортили. Придётся начать сначала. Петух — самый главный враг всех призраков. Тут уж друзья не выдержали.