Чтение онлайн

По большому счету этот договор был мапри очень выгоден. Не прикладывая почти никаких усилий они получали пятьдесят килограммов серебра в год. Но выгоден он был и лирокам. Да, расходы были немалыми, но каменный уголь обещал все окупить. Кроме того Арт добился некоторых гарантий. Шаман пообещал, что никто не будет мешать добыче каменного угля. Конечно, никто не помешает мапри наведаться в гости через три оставшихся перевала. Даже тем же самым мапри, которые сейчас были внизу (шаман предупреждал сразу, что может гарантировать лишь то, что через подвластные ему земли никто к перевалу не пройдет). Но даже это было большим достижением. Фактически Арт договорился о закрытии второго перевала. Точнее об отказе мапри переходить горы в этом месте. Движение на перевале должно было быть очень интенсивным, вот только двигаться будут караваны с углем. Так необходимым кузнецам лироков каменным углем.

Возвратившийся отряд в городе встречали с триумфом. Арт удивился и было подумал, что перенесли на более раннее время планируемую через неделю большую зимнюю ярмарку, но оказалось, что все торжества по поводу их возвращения. Причем возникли они совершенно стихийно. Узнав, что отряд возвращается, лироки поспешили на улицы, приветствовать вождя и своих односельчан.

На лицах встречающих было столько радости, что Арт не смог проехать мимо не сказав ни слова. Но как оказалось, слова не так уж важны, людей радовал сам факт его возвращения. Несколько десятков лироков наперебой пытались ему что-то рассказывать, кто-то пытался похвастаться своими достижениями, кто-то расспросить о походе, кто-то был просто рад его видеть и спешил об этом сказать.

В результате Арт с улыбкой махнул рукой и сказал:

— А кормить возвратившихся из похода собираются?

Кормить собирались, столы уже были накрыты, угощения приготовлены. После плотного обеда хотелось отдохнуть, но за дверью собралось столько желающих поговорить, что Арт махнул рукой и предложил им заходить. Послушал новости их промышленных кварталов, обсудил некоторые нововведения. Люди шли один за другим по одному и группами. Уже поздно вечером заглянул старейшина Тилой. Заглянул несмело — просунул голову в дверь, не решаясь войти, видимо понимал, что вождь так сегодня устал от посетителей.

— Заходи, старина, — махнул Арт рукой. — Нам надо многое обсудить, но сначала скажи, что у тебя за дело.

— Дел немало, но поговорить я хотел не о них.

— Вот как? Тогда о чем же? — удивился Арт.

— Скоро будет большая ярмарка с соревнованиями…

— Как подготовка к ней? Все в порядке?

— С подготовкой полный порядок: и товары для торговли готовы и соревнования предусмотрены. Я хотел сказать о другом.

— Внимательно слушаю.

— Старейшина деревни черноухих рысей подробно расспрашивал о нашей церемонии вручения вождю символической шкуры рыси. Выпытывал, есть ли отличия от того, что принято у них, и как ты относишься к соответствию всех мелочей требованиям.

Арт улыбнулся.

— И что же ты ответил?

— Сказал, что ты строг, но справедлив.

— Вот как? К чему черноухим рысям такие знания?

— Их старейшина попросил разместить во время ярмарки двести человек из их деревни. Если сложить одно с другим, думаю, черноухие рыси попросят твоего покровительства, вождь.

Новость не была тревожной, скорее удивительной.

— Спасибо, что предупредил. Всегда лучше заранее знать, чего ожидать.

— Ты их примешь? — поинтересовался Тилой.

— Знаешь, я так до сих пор и не понял, зачем им это надо, — сказал Арт. — Пестрые и серые рыси не стали жить намного лучше, чем лироки из остальных деревень. Я надеюсь, скоро это изменится, но пока основная разница в том, что вам работать приходится вдвое больше.

— А дух? Ты не присматривался, а потому не обращал внимания. Когда лирок пестрых или серых рысей встречается с лироком из другой деревни, разница видна сразу.

— Вот как? — Арт искренне удивился, он и в самом деле не присматривался и не сравнивал. — И в чем же эта разница?

— В уверенности. Я посмотрел недавно на своего соседа, когда он беседовал с приезжим из рода лося. Это два разных человека.

— Естественно. Все люди разные.

— Это так, но есть нечто общее. Когда идет лирок из нашего селения, он ступает уверенно, смотрит прямо. Так и сосед — плечи расправлены, взгляд спокойный — этот человек уверен в том, что наш род не пропадет.

— Так может, он всегда таким был? — улыбнулся Арт.

— Таким да не таким. Что ж я своего соседа не знаю? Да и не только в нем дело, многие изменились. Если ты скажешь любому лироку выйти один на один и биться с мапри — выйдут не задумываясь.

— Я так не скажу. Такое под силу разве что нашему мастеру Битану.

— Я знаю. И люди знают. Но они тебе верят, вот в чем дело. Верят безгранично. Верят в то что ты мудр и справедлив.

— Признаться, старина, ты меня озадачил. Я совсем не считаю себя мудрым.

Тилой пожал плечами, демонстрируя, что он здесь не при чем.

— Такая вера — это немалая ответственность, — вздохнул Арт.

— Кто может призвать вождя к ответу? — удивился старейшина.

— Да я сам и призову. Ответственность перед собой она самая строгая. Здесь не схитришь, сам себя не обманешь.

— Мы верим в тебя, и ты тоже должен в себя верить, — заявил старейшина.

Арт усмехнулся:

— Хорошо, попробую.

"Лишь бы эта вере не перешла в самоуверенность", — подумал но, но озвучивать эти мысли не стал.

— Так как будет с черноухими? — спросил Тилой.

— Тебя так интересует этот вопрос? — удивился Арт.

— Я не вправе требовать ответа, но если…

Арт махнул рукой:

— Брось, я не об этом. Мне просто любопытно, отчего такой интерес.

Старейшина облегченно вздохнул, он было подумал, что был не слишком вежлив с вождем, переспросив его дважды.

— Если ты примешь под свою руку еще одну деревню, то на город у тебя останется меньше времени.

— Вот оно что? Признаю, так оно и есть. Только, видишь ли какая штука, каким бы сильным ни был город, он не устоит сам по себе, надо думать обо всем крае. Приму ли я черноухих рысей под свою руку? Не скажу, что я слишком рад дополнительной обузе, принять кого-то и оставить его дела на самотек — это не по мне, придется с черноухими заниматься плотнее, чем со всеми остальными. Но я их приму.