Аруна
Шрифт:
— Они берсерки, — тут же ответила Райла, в ногу шагая рядом со мной. Мы не спеша спустились по пологому склону к реке.
— Вита тоже? — ахнула я, удивлённая.
— Это редкое явление, дочка, но и такое может быть. И шаман наш тоже берсерк, правда, зверь его уже ослаб, но его сила не в этом.
— Какой такой шаман? — что ни день, то сюрприз. — Я никакого шамана не видела в селении, он ведь наверняка как-то ото всех отличается.
— Он в соседнем племени сейчас, скоро посетит и нас.
Интересно, стоит ли мне опасаться какого-то местного колдуна?
— Понятно, — ответила я и замолчала. Ветер, дувший со стороны реки, приятно холодил кожу. Свои опасения я постаралась засунуть куда подальше, чтобы хмурым выражением лица не тревожить Райлу.
Ближе к полудню мы добрались до места. Река делала плавный поворот и словно становилась шире.
— Теперь понятно, почему это переправа, — пробормотала я, глядя на широкий земляной вал, на который набегала вода. Как странно. Но очень красиво. И по берегам действительно росло очень много камыша.
Перекусив, принялись за работу: Райла пошла добывать камыш, а я сшивать шкуры в одну большую. Почти четыре часа работы, и мы, с горой растений на волокуше, потащились назад. Мама не хотела провести ночь за пределами обрежного пламени.
— Можно было бы сделать плот, по течению мы бы быстро сюда доплывали, — рассуждала я вслух во время быстрого перекуса. — И назад тоже можно было бы, только тяжко пришлось бы, особенно против такого быстрого течения. И ты плавать не умеешь, меня больше этот момент останавливает.
Райла только пожала плечами, закупорила бурдюк и мы пошагали дальше.
Уже в лёгких сумерках наконец-таки добрались до поселения. Поднялись по склону и ускорились — хотелось уже очутиться у дома.
Как бы тревожно мне ни было, картина, представшая перед глазами, не обрадовала. А, проще говоря, шокировала: наши, ещё не просохшие стены, были обрушены, смяты буквально в лепёшку. Толпа соплеменников негромко галдела и в их голосах я почувствовала радость, а Бергтор нависал над молчаливо плачущей Дэгни и жавшейся к ней Кэри, сама малышка крепко прижимала к груди мычащую Звёздочку. Его слова я услышала сквозь шум в ушах, сердце на миг остановилось и заколотилось со страшной силой, словно пыталось прорваться сквозь грудную клетку наружу.
Мы с мамой синхронно бросили шкуры и побежали вперёд, чтобы услышать:
— Визэр погиб на охоте, отныне всё, что он обещал Ансу более не действует, теперь я главный в селении и жить вам, как положено — по нашим правилам. Пойдёшь в наложницы к Кроглу, будете работать на благо племени...
— Ах ты!!! — крикнула мама и столько отчаяния и обиды было в её голосе, что я внутренне сжалась... и фурией кинулась на спину Бергу, тот, как нечего делать, играючи, сграбастал Райлу за шкирку и с силой швырнул оземь.
Мама вскрикнула от боли, лицом ударившись об острый камень, разбив бровь в кровь...
Время остановилось... на глаза набежали слёзы злости, затылок заломило... Далёкая барабанная дробь стала ближе и с каждым мгновением всё громче...
Таммм... там-таммм... там-там-таммм...
Вдох-выдох...
Бумм... бум-бумм... бум-бум-буммм...
Руки затряслись, волна ненависти и гнева накрыла с головой, погружая мир во мрак.
***
Интерлюдия
Кэри было страшно. Как никогда раньше!
Когда пришла толпа её соплеменников, вдруг ставших после смерти папы такими чужими и жестокими, к их новому ещё недостроенному дому, она испугалась. Лица у многих горели злорадным торжеством, но и искренне сочувствующих тоже хватало.
Мама схватила её в охапку и спрятала за спину, но Кэри вырвалась, подтянула к себе Стиану и только потом шмыгнула вплотную к Дэгни...
А потом могучие воины орки разломали их дом... Их такой красивый дом, в который столько труда и сил было вложено.
Страшные слова нового вождя напугали девочку до дрожи в коленках. Убежать бы, да вот только куда?
И каково же было её облегчение, когда она увидела подходящих к ним Аруну и тётю Райлу. Кэри отчего-то верила, что они смогут защитить её и её маму от этих злых орков.
Тётя Райла и правда бросилась на этого страшного огромного Бергтора, да вот только силы были сильно не равны.
А потом произошло то, чего не ждал никто из них...
Налетел холодный ветер, земля взвихрилась, образуя маленькие смерчи. Откуда-то раздался рокот, словно кто-то неведомый и могущественный разгневался.
— Ты!.. — низкий рык Аруны, стоявшей также в некотором отдалении от всей толпы, проник под кожу, вызывая мурашки и неосознанное желание куда-то спрятаться и желательно поглубже и подальше.
Тёмно-карие глаза девушки почернели, грудь её тяжело вздымалась, как после долгого, изнуряющего бега.
— Как ты смеешь трогать мою маму?! — она сделала тяжёлый шаг вперёд, земля пылью взметнулась из-под её ног.
Бергторг несколько мгновений ошеломлённо смотрел на Аруну, а потом, явно сделав над собой усилие, расслабился и насмешливо сказал:
— Погода что-то разыгралась, точно к дождю. Я сделал тебе услугу — не стал ждать, пока ваш дом размоет, сам всё сломал.
— Ты — гад! — рявкнула девушка, ускоряясь.
— Иди сюда, девонька, — хохотнул Берг, широко разведя руки в приглашающем издевательском жесте, продолжая демонстрировать веселье и непринуждённость.
А сам внутренне напрягся, чувствуя нешуточную опасность, сущность берсерка выла, предупреждая его, что перед ним опасный противник, но он гнал эти ощущения прочь, как и страх, который в своей жизни он чувствовал очень редко.