Чтение онлайн

— Пять миллионов, — нарушила установившееся в комнате молчание Светлана Владимировна. — Какая наглость!

— Я найду эти деньги к завтрашнему дню, — глухо откликнулся Николай Сергеевич.

— Разумное решение, — одобрила я. — Но не стоит упускать возможность использовать в нашу пользу отпущенные похитителями двадцать четыре часа. Попробуем обойтись малой кровью.

— Что вы задумали, Женя? — Белохвостов поднял на меня хмурый взор, но в глазах киномагната все же загорелась едва заметная искорка надежды.

— Скажите, Николай Сергеевич, звонки в вашу компанию где-нибудь записываются?

Я знала о том, что многие солидные люди сейчас использовали у себя аппаратуру, фиксирующую все телефонные звонки. Интуиция не подвела меня. Белохвостов в очередной раз вскочил на ноги и облизнул пересохшие губы. Его охватило самое настоящее волнение. Он был похож на гончую, почуявшую добычу.

— Да, вы правы, — радостно сообщил он. — У секретаря, у Леночки… Там стоит аппарат с пленкой.

— Могу я получить эту пленку?

— Разумеется. Почему нет?

Но тут в наш разговор весьма несвоевременно вмешалась Светлана Владимировна. Ей стал непонятен мой интерес к записывающему устройству, и она обеспокоенно поинтересовалась:

— Зачем вам эта пленка, Женя? Мы же договорились, никакого вмешательства властей. Это чревато…

— Не волнуйтесь, Светлана Владимировна, — успокоила я эту не в меру нудную женщину. — Я не собираюсь относить пленку в милицию. Хочу послушать на досуге еще раз, вдруг что и придет в голову.

Светлана Владимировна пожала плечами.

Интересующую меня запись телефонного разговора я сумела получить уже через десять минут после того, как она была затребована. В моем присутствии Николай Сергеевич переговорил на эту тему с длинноногой Леночкой, и та быстро принесла кассетку. По выражению лица секретарши я пыталась определить, знала ли она вообще о состоявшемся несколько минут назад разговоре, но так и не смогла этого понять. Леночка вела себя вполне естественно и не задавала неуместных вопросов.

Я пообещала Белохвостову позвонить ему, как только у меня появится хоть какая-то стоящая информация, и попросила его пока что не покидать надолго пределы своего головного офиса. Продюсер мог понадобиться мне в любую минуту.

Покинув «Континенталь-интерпрайзис» и оставив Николая Сергеевича наедине с ассистенткой и отнюдь не веселыми думами, я на такси вернулась в гостиницу. Это местечко уже становилось мне до боли родным и знакомым. В номере я, не теряя времени понапрасну, сразу же подсела к телефонному аппарату. Пора было растормошить мои ценные связи в столичных криминальных структурах.

Для начала я позвонила моему старому приятелю, вору в законе по кличке Граф, некогда являвшемуся смотрящим по одному из районов Москвы, но с недавних пор прочно осевшему в высоких кабинетах Государственной думы. Однако первая неудача не заставила себя долго ждать. Секретарь народного депутата Олега Игнатьевича Устинова любезно проинформировала меня, что пообщаться с интересующей меня высокопоставленной фигурой я, увы, никак не смогу, ибо господин Устинов с неделю назад отбыл в Швейцарию на какую-то там дружескую встречу. Что ж, на службе у народа, где теперь и состоял Граф, не разгуляешься. Огромный груз ответственности.

Я поблагодарила вежливую девушку-секретаря за предоставленную неутешительную информацию и повесила трубку. Пару секунд, не больше, ушло у меня на дополнительные размышления, после чего я приняла решение позвонить Пастору. Виталий Александрович Монькин по прозвищу Пастор, так же как и Граф, был именитым вором в законе, к тому же одним из близких друзей Устинова. Мне приходилось общаться с ним прежде, но преимущественно при содействии самого Графа. Сейчас же такой возможности не было, следовательно, я должна была связаться с Монькиным напрямую. Отыскать Пастора я могла только одним-единственным способом — позвонив в казино «Корона», принадлежащее интересующему меня законнику, где и располагался, можно сказать, его главный офис. Правда, в одиннадцать часов утра Виталий Александрович вряд ли будет там, но никакого другого его контактного телефона я просто не знала. Поэтому решительно набрала известный номер.

— Казино «Корона», — раздался в трубке грубый мужской голос.

— Простите, с кем я говорю? — вежливо осведомилась я.

— А кто вам нужен? — поинтересовался в свою очередь собеседник. С правилами хорошего тона этот человек явно был незнаком.

— Мне нужен господин Монькин.

— Его нет.

— Понятно, — кивнула я. — А как с ним можно связаться?

— Никак, — невольно нарвалась я на очередную грубость. — А чего вам надо? Кто это звонит?

Я с трудом сдержалась, чтобы не нахамить собеседнику в ответ, и перевела дух.

— Меня зовут Евгения Охотникова, любезнейший, — ответствовала я этому кретину. — Я хорошая знакомая как самого Виталия Александровича, так и его друга господина Устинова. И мне крайне важно связаться с вашим боссом.

Услышав фамилию Устинова, которая, как я знала из личного опыта, на многих производила магическое действие, мой собеседник мгновенно сменил неприязненные интонации на более доброжелательные. Смущенно откашлявшись в трубку, он сбивчиво произнес:

— Простите меня. Я… Просто с Виталием Александровичем сейчас действительно никак невозможно связаться. Дело в том… Скажите, у вас есть телефон, по которому вам можно было бы перезвонить.

— Есть. — Я продиктовала ему гостиничный номер.

— Вам перезвонят, Евгения, — произнес мужчина после паузы и, не прощаясь, повесил трубку.

Я обескураженно перевела взор на настенные часы. Десять минут двенадцатого. Когда именно мне должны перезвонить и кто это сделает, грубиян, состоящий на службе у Пастора, сообщить не удосужился. Звонок мог последовать и завтра, и послезавтра. А может, через неделю? Однако мои опасения на этот счет оказались совершенно беспочвенными. Телефонный аппарат, так и оставшийся стоять на подлокотнике моего кресла, разразился трелью еще до того, как минутная стрелка коснулась отметки рядом с цифрой три. То есть не прошло и пяти минут после завершения моего разговора с неизвестным. Я сняла трубку.