Чтение онлайн

Сработал принцип: если Арсо что-то советует — нужно делать с точностью до наоборот. Кроме того, я быстрее упаду в обморок от обезвоживания и голода, чем верну то, что съела утром.

А может, это и был его план — скрыть провал с танцами тем, что девушки массово начнут падать в обморок. Конечно, проще списать всё на нервы, чем на неумелое (и дорогое!) обучение.

Сразу после быстрой трапезы под вопли Эвелиуса начались сборы. Непонятно, зачем так рано — и совсем неясно, почему вместе с горничными в мою комнату вломился инквизитор.

Вопросительно вздернув бровь, я покосилась на Илариона.

— Всё в порядке, их отбирал лично принц. Сюрпризов не будет, — успокоил он, втолкнул девушек в комнату и закрыл дверь.

Похоже, Фердинанд сделал выводы после конфуза на репетиции.

Решил, что подкупить горничных, которые работают во дворце, — золота не хватит даже у самой богатой невесты. Никто не станет терять настолько хлебное место ради пары монет.

Теперь за своё платье и внешность я могла не беспокоиться — как и за безопасность.

На смену воплям Арсо теперь звучал голос Илариона, и, как ни странно, это даже успокаивало.

Спустя много часов странных и непонятных мне процедур, подходя к зеркалу, я ожидала увидеть чудо.

Как в фильмах, где главная героиня превращается из пугала в королеву бала. Даже глаза закрыла, чтобы явно ощутить разницу. А когда открыла — замерла, рассматривая отражение.

В зеркале отражалась обычная я — в бальном платье. Не такая бледная и без кругов под глазами, с чуть порозовевшими щёчками и лёгким блеском на губах. Но это всё.

Волосы слегка завили, и часть локонов убрали назад, открывая лицо. Ни тебе косметики, ни вычурной прически, ни обещанных украшений.

Образ, который я видела, совсем не сочетался с изначальными планами Сильвена. Значит, планы изменили.

Но кто? И зачем?

Ответ на этот вопрос я узнала, стоило выйти из комнаты.

Все претендентки словно из инкубатора выползли. Одинаковые платья — разного оттенка и с разной формой рукавов, но в целом — будто школьная форма.

Тот же фасон юбки, та же ткань, примерно схожие причёски и ни на ком ни единого украшения.

Это были совсем не те наряды, которые девушки надевали на репетицию.

Внутри зрело нехорошее предчувствие, что первый в моей жизни бал обернётся большим разочарованием. Несмотря на страх перед Императором, в голове всё выглядело иначе.

Я должна была вплыть в Бальный зал, ощущая себя принцессой. Ловить восхищенные взгляды и мило улыбаться.

Но нет же, чуда не случилось.

На фоне принцессы Мишель в Бальный зал Императорского дворца войдёт просто Юлианна — дочь уважаемого всеми мошенника, ассистентка ректора, подставная невеста, на которой никто так и не женится.

Настроение рухнуло куда-то вниз, к шёлковым туфелькам, а дверь магтелеги распахнул уже знакомый нянь.

— Леди Свон, вас уже ждут. Поторопитесь, — прогремел голос старшего Инквизитора.

***

Императорский Дворец был практически точной копией Академии.

Только всё было богаче и в более светлых оттенках.

А ещё, очень символично — он был отрезан от остального города глубоким рвом, который заполнили водой, превратив его в часть реки.

Единственное, что соединяло владения Императора и город, — узкий каменный мост. Дорожка, под которой бушевал бурный поток.

Не потому ли магов не учат плавать?

Вырыл ров, заполнил водой — и не нужны никакие заборы. Даже если рабы взбунтуются, попасть во дворец смогут единицы.

Пожалуй, только этот факт и заставил меня криво усмехнуться.

Тем временем Сильвен вовсю хвастался владениями Императора — да ещё и с таким видом, будто это его собственные. Нас даже высадили у того самого моста и заставили идти по нему пешком.

Мол, магтелеги — эти странные гибриды машины и кареты — пропускают к дворцу только в исключительных случаях: когда в город выезжает сам правитель или повозкой вместо артефакта переноса пользуется принц.

Все остальные гости, включая советников, идут по мосту пешком. Чтобы, так сказать, проникнуться атмосферой.

Вот мы все дружно и шагали по камням, активно проникаясь.

Девушки охали и ахали. Арсо рассыпался в комплиментах и, казалось, был готов рассматривать каждый камень на мостовой с лупой. А я шла рядом с Иларионом и молчала.

Косилась на шагающую неподалёку будущую принцессу, а потом осматривала массовку.

В отличие от остальных претенденток, Мишель нарядили как императрицу: пышное голубое платье с россыпью сверкающих камушков, изысканная прическа и, конечно же, драгоценности, сияющие в лучах заходящего солнца.

Как оказалось, для леди Сантэй правила подбора наряда не действовали — как, впрочем, и правила самого отбора.

А ещё, её наряд подозрительно напоминал тот, который мне когда-то запретили покупать. Вот это было особенно обидно.

Но спросить “а как же так вышло?” было не у кого. Да и смысл?

Будущую невесту принца сразу явно выделили, чтобы ни у кого даже мысли не возникло, будто на должность жены Фердинанда может претендовать кто-то другой.

От этого почему-то стало гадко.

Не хотелось ничего. Ни смотреть на дворец, ни слушать речи Сильвена.

Посматривая на артефакт на шее, я с трудом подавляла желание сорвать кулон и швырнуть его в бурную реку под мостом.

После снов с Фердинандом и его, пусть и не его, поцелуев всё это особенно задевало.

Подавляя злость на чудище, которое устроило мне такую пакость, я отошла от девушек подальше и тут же за мной последовала чёрная тень.

Иларион держал слово, данное после репетиции, буквально не отходя ни на шаг. Непонятно: то ли опасался за меня, то ли — меня и моих сюрпризов в адрес будущей невесты принца.