Чтение онлайн

рабочие обязанности никто не отменял. И впервые за всё время нашего знакомства, моя подруга

могла наблюдать, чем именно я зарабатываю на учёбу. Меня же сильно веселило то, как она

морщится при виде мокрой половой тряпки или грязного пятна на мраморном полу. Сразу видно, что

об уборке Тилия имела очень слабое понятие, и сама никогда в жизни ничем подобным не

занималась.

И всё-таки, несмотря на такую колоссальную разницу между нами, мы дружили, и эта дружба не

была пустым словом или моей иллюзией. Мы с Тили каким-то странным образом нашли в друг друге

что-то своё... Объяснить это пока оказалось мне не по силам, особенно если учитывать, что до этого

единственным другом у меня была повариха Марси, которая общалась со мной скорее из жалости, чем из-за интереса или каких-то возвышенных чувств. Именно поэтому нынешнюю дружбу с этой

хрупкой голубоглазой блондинкой я очень ценила.

Сегодня Тили даже ночевать осталась в моей комнате, как будто в её апартаментах девушку могла

подстерегать какая-то опасность. Но, я не возражала, чувствуя, что сейчас моё общество ей просто

необходимо. А утром...

Утром объявился Марк. Он появился на пороге моей комнаты, когда Тилия ещё спала, и выглядел, мягко говоря, помятым.

– Она у тебя?
– спросил он, нервно теребя ремешок браслета своих наручных золотых часов. Я

невольно засмотрелась на это чудное произведение ювелирного искусства, а в голове тут же

промелькнула шальная мысль, что эта побрякушка стоит едва ли ни больше всего курса обучения в

Астор-Холт.

– Если ты о Тилии, то да... Только она спит, потому что из-за своих переживаний уснула только под

утро, а от любых сонных отваров категорически отказывалась, - ответила я, выходя из комнаты и

прикрывая за собой дверь.
– Но... ты здесь, а значит, поводов для переживаний у неё больше нет.

– Как я понимаю, ты в курсе произошедшего, - мрачным тоном произнёс Марк.

– Мне рассказала Тилия. И она знает о причинах, по которым тебя увели на допрос.

– И что же ей известно?! А главное, откуда?
– судя по голосу, парень был явно недоволен такой

осведомлённостью своей девушки.

– Знает. А откуда спросишь у неё сам. Но... если тебе интересно, Тилия не верит, что твои

родственники действительно виновны. Она считает, их оклеветали и подставили, и очень

переживает, что это может отразиться на тебе.

– Я очень рад, что она не поверила...
– он как-то даже расслабился, и теперь вся его напускная

невозмутимость перестала скрывать жуткую усталость от пережитой бессонной ночи.

– Знаешь...
– выдала я, прекрасно видя, каких усилий ему стоит сейчас держаться. Ясно же, что

подобное происшествие не пройдёт бесследно как для арестантов, так и для всей их семьи.
– Если я

могу чем-то помочь, обращайся. И сам не вздумай опускать руки.

На этой фразе он коротко кивнул, и развернувшись, медленно побрёл по библиотеке, где, несмотря

на ранний час, уже собирались студенты. Странно было видеть этого обычно весёлого задорного

парня таким грустным и потерянным. И пусть он, как и многие другие, относился ко мне крайне

предвзято, но как подругу Тилии уважал. Марк никогда не грубил, всегда здоровался, пусть и делал

при этом вид, что я должна всю жизнь его за это благодарить. Они с Тилией встречались уже пару

месяцев и, по словам моей подруги, их отношения были довольно... нежными. Она любила Марка, да

и он явно испытывал к ней тёплые чувства. Да и тот факт, что вернувшись с допроса, он сразу же

отправился на её поиски, говорил о многом.

Марк не был моим другом, и я не думаю, что когда-нибудь смог бы им стать, но... мне было больно

видеть его расстроенным. Наверно, по большей части подобное чувство связано с тем, что это

огорчало Тилию.

Перед экзаменом я неожиданно для себя самой начала нервничать, хотя причин для волнения не

было совершенно. Материал я знала прекрасно, во многом благодаря усилиям Тира, но даже если бы

и провалила сдачу, меня бы уже никто не отчислил. Вот если бы не сдала ещё и физику - тогда да.

Тогда бы экзамен по истории стал для меня решающим. Именно поэтому причины собственного

волнения оказались мне совершенно не ясны.

Как и следовало ожидать, в аудиторию меня вызвали первой. И в этом не было ничего

удивительного - многие преподаватели знали, что я претендую на звание лучшей студентки группы, поэтому и спрашивали с меня куда больше, чем с остальных. Хотя, сказать по правде, такое

положение вещей меня полностью устраивало, пусть и приходилось теперь соответствовать.

Естественно, экзамен я сдала, что, кстати, ни капли не удивило ни группу, которая уже давно

приписала мне звание "очкастого крысиного гения", ни преподавателя, который оказался наслышан о

моём прорыве на физике.

Это был последний экзамен в семестре, и далее студентов ожидали каникулы, а меня... работа.

Благо огромная библиотека академии всё равно круглосуточно оставалась в моём распоряжении, а то

в тишине этих огромных залов можно было бы запросто тронуться умом.

Отметившись у куратора группы, и с радостью сообщив ему о том, что закрыла этот семестр с