Чтение онлайн

Ситуация усугублялась еще и тем, что несмотря на поздний вечер, вокруг этих двоих было все же предостаточно людей, и Авелина уже успела подобным падением и последующим превращением собрать на себе пару-тройки лишних взглядов.

С этим надо было что-то сделать.

Она не придумала ничего лучше, чем собрать в себе последние силы и принудительно приподнять оказавшегося в ступоре Августа за плечи. За этим, она закинула руки ему за шею и приблизилась так близко, что не позволяла другим людям заметить то, что происходило с ее глазами, так сильно выделяющимися на фоне тьмы. Сейчас они выглядели как ужасно нелепая парочка со странным поведением, но кровь под ногами и окровавленное платье Авелины портили общий вид. Впрочем, ей удалось отвлечь внимание проходящих мимо людей, намекая, что не стоит совать нос в «личные» дела.

— Прости меня, Август… — тихим голосом обратилась к нему Авелина, слегка приоткрыв рот, тем самым оголяя свои вампирские клыки. — Я сделаю это безболезненно.

На момент, рот Авелины раскрылся неестественно широко, а вместе с этим удлинился язык и все зубы перевоплотились в острые вампирские клыки, нагоняя страх в сердце Августа. Но это случилось лишь на момент, и в то же мгновение Авелина вцепилась в его губы не только ради внезапного поцелуя, который должен был отвлечь внимание других, но и ради того, чтобы насытиться его кровью, что так сильно нужна ей сейчас.

Как нетрудно догадаться, у нее случился приступ крови — момент, в который недостаток крови извне в организме вампира дает о себе знать. Такое происходит не только в том случае, если вампир по тем или иным причинам не может позволить себе испить крови, но и совершенно случайно, наравне с тем, как люди заражаются болезнями.

Август догадался о том, что Элизабет на самом деле вампир. Но он все еще не догадался, что сейчас перед ней находится тот самый демон-вампир, за которой он охотится вот уже не первый год. Та самая Авелина, вампир, к которому у него есть так много вопросов, на которые он столь сильно желает узнать ответы, что готов даже гнаться за глупой легендой о «Вишмастере», что недавно покорила столицу.

— На самом деле, я ненавижу кровь как явление… — заговорила Авелина, отцепившись от губ ошарашенного Августа, продолжающего смиренно стоять на месте, не в силах выговорить и слова, не говоря уже о том, чтобы сделать хоть что-нибудь. — Кровь появляются, когда люди кровоточат, когда им наносят увечья. Или, проще говоря… — Авелина отошла назад на метр, раскинув руки в стороны и явив взорву Августа и окружающих его людей свои демонические крылья, размером чуть ли не с ее тело. — Кровь появляется, когда людям причиняют боль. Именно поэтому я ее ненавижу.

Вопреки тому, чтобы вновь принять маскировку, Авелина напротив, позволила своему истинному обличию проявиться во всей красе: пальцы и ногти стали длиннее, из-за чего последние стали напоминать собой когти, зрачки приобрели форму рода кошачьих, выжидающих свою добычу, а зубы превратились в острые, устрашающие клыки.

— Перед концом мира всего, я видела огромное поле, заполненное человеческой кровью на пару с падшими телами. Тогда я почувствовала в себе ужасное отвращение, но мое нутро, извращенное моими же руками, буквально ликовало от такого ужасающего вида. Получается, что несмотря на мое отвращение в сознании, я по итогу все равно не могу перебороть собственные инстинкты, и кровь для меня становится необходимостью.

Неожиданно, Авелину окружил десяток мужчин с однозарядными винтовками сбежавшихся в одно мгнвоение, ее окружили те самые гвардейцы, упомянутые Августом в баре. И действительно, любой из них был как две капли воды похож на Столичную Убийцу, и, на Августа соответственно — не было только необычного светлого плаща. В остальном же на них была надета темная кожаная форма с маской, так сильно похожая на костюм Августа. Лишь шляпы на голове и иной материал хоть как-то отличали их.

Наравне с тяжелыми гвардейцами, легкие действуют от лица самого императора, но если первые охраняют императорские покои, то легкая гвардия направлена на охоту за нелюдями в столице — за вампирами, веровольфами, демонами, нежитью и всем им подобным. Они — люди, отринувшее в себе все человеческое ради того, чтобы защитить столицу от нечисти. Похоже, они от головы до пят убеждены в праведности своей цели, и, стоит сказать, это видно по их пустым глазам, в которых не было бы хоть какого-нибудь намека на эмоции.

— Я пыталась продержаться без крови так долго, как могла. И, в какой-то момент, мне даже стало казаться, что у меня получается… — Авелина взглянула на свою окровавленную руку, в которой еще оставались осколки от склянки, и, после этого, отчаянно опустила руки от разочарования в самой себе. — Но, как видишь, мне это вернулось вдвойне. Все обернулось наихудшим образом.

— Ваша дальнейшая судьба будет предоставлена в руки церковного «Трибунала». — Заговорил лишь один из гвардейцев, остальные невозмутимо молчали, непоколебимо удерживая винтовки. — Дальнейшее сопротивление лишь усугубит ситуацию.

— Кажется, мы с тобой совсем не похожи на любовную парочку. — Искренне усмехнувшись, приметила Авелина. — Даже обидно. — Последние намеки на улыбку после столь нелепой шутки исчезли с ее лица, и все, что она смогла — это испустить шумный вздох, переполненный такой же искренней обидой на мир. — Правда обидно.

Развернувшись на месте с поднятыми руками и лишив себя свое истинного обличия, оставив лишь серебристые волосы на пару с глазами, Авелина показала таким жестом, что окончательно сдается императорской гвардии. И хоть она сейчас с легкостью могла раскидать их в стороны, или, по крайней мере, попытаться скрыться… она не стала.

Почему? Только она сама может ответить на этот вопрос.

— «Приступ заставляет вампиров невероятным образом страдать, причиняя им сильнейшую боль и превращая их в подобие животных, нежели человека…» — процитировала Авелина, уходя в сторону «Врат» под стражей. — «Но легенда гласит, что больше всего страданий приступы приносят первозданном демону-вампиру — Авелине».

Произнеся это, Авелина постаралась не оставить в Августе сомнений по поводу принадлежности ее настоящей личности. Впрочем, он понял это еще тогда, когда увидел огромные демонические крылья у нее за спиной, не присущие обычным вампирам. Сейчас Август хотел задать ей множество вопросов, накопившихся в нем за столь продолжительный промежуток времени, но он прекрасно понимал, что гвардейцы более не подпустят его и на метр к демону-вампиру — даже несмотря на его статус барона.

Потому что захват первозданного демона-вампира, того, кого ныне называют одним из предвестников темного солнца, которые некогда привели мир к погибели — это событие из ряда вон выходящее, требующее особого вмешательства самого императора и церкви.

— Если люди смогут вздохнуть с облегчением, когда меня публично осудят — так такому и быть. Возможно, это даже в какой-то мере сделает меня счастливой.

— Лиз… — тихо выдавил из себя Август, протянув руку в ее сторону. Но даже столь легкого шепота хватило, чтобы Авелина услышала его слова.