Астрель и Хранитель Леса
Шрифт:
Щеглы разом опустились в траву, все дружно уцепились за рукоять кинжала. С писком вытащили его из земли.
– А ну, поторапливайтесь! – озабоченно приказал старый щегол. – Где-то неподалеку бродит Смерч Себенабеду. Скорее, дети мои! Слушайте умудренного годами деда, поспешим!
Тут на помощь подоспели сороки. Все вместе подхватили кинжал и скрылись вдали.
«Славные пичужки! – Волшебник Алеша посмотрел им вслед. – Разве я мог погубить хоть одну из вас?»
Волшебнику Алеше все сильнее хотелось пить. Руки и ноги у него затекли. Но больше всего его мучил страх, что слуги-тени схватят тетушку Черепаху и отнимут у нее голубую искру. Он не освободил Астрель, не помог Ренгисту Беспамятному. Неужели все кончено? Волшебник Алеша так погрузился в эти тревожные и печальные мысли, что не заметил, как боязливо затрепетали верхушки деревьев, а кусты наклонили ветви, стараясь плотно прижаться к земле.
Послышался, все нарастая, вой ветра, треск ветвей и свист. Но странно!
К шуму вихря примешивался плач, ропот, похожие на протяжную жалобу, словно кто-то стонал и всхлипывал.
Пролетел рой разноцветных бабочек. Их полет был смят налетевшим ветром.
– Смерч Себенабеду! Смерч Себенабеду! – донеслись до волшебника Алеши их тонкие, еле слышные голоса.
Цветы вокруг волшебника Алеши, как руками, закрылись листьями. Казалось, все вокруг хочет спрятаться, скрыться.
И тут волшебник Алеша увидел мутный воздушный столб, высоко уходящий в облако.
Изгибаясь и раскачиваясь, он надвигался прямо на него. В своем диком танце Смерч втягивал в себя все на пути. Он поднял вверх и закружил сухие листья, вырванные с землей пучки травы, птичьи гнезда.
Маленькая синичка, попав в его середину, завертелась волчком, теряя перья, не в силах вырваться.
И снова до волшебника Алеши донесся все тот же тоскливый голос.
– Я был ветром, добрым свежим ветром, – стонал и завывал Смерч. – Я надувал паруса, нес запах жасмина… Я охлаждал горячие щеки, дул на усталые руки. Я рассеивал семена по земле. Все любили, все любили меня…
Смерч налетел на маленький клен, скрутил его, рванул вверх. Клен зашатался, видно было, как шевелятся его корни, отчаянно цепляясь за землю. Но Смерч с силой вырвал его из земли, поднял в воздух, ломая и обрывая ветви.
– Прости меня, прости. – Рыдания прорвались сквозь свист и вой. – Это Каргор превратил меня в убийственный смерч. В Смерч Себенабеду! О, если бы я мог утихнуть навсегда…
Смерч подхватил кота Ваську, и тот, взвизгнув от неожиданности, взлетел кверху.
– Прости меня, маленький зверек! Я не хочу тебя погубить, но это не в моей власти! – простонал Смерч Себе-набеду. – О, если бы я мог остановиться, умереть, уснуть…
Волшебник Алеша с ужасом смотрел, как Смерч крутит и уносит кота Ваську. Тот, растопырив лапы и кувыркаясь, стремительно поднимался все выше и выше вместе с роем сухих листьев, крыльев бабочек, птичьих перьев.
– Уснуть, уснуть навсегда, навсегда… – донесся тоскливый голос вперемешку с шорохом листьев и свистом.
– Эй ты, послушай! – задыхаясь, пропищал кот Васька откуда-то сверху. – Если так – развяжи этот узел! Он заколдованный. Кто его развяжет – умрет. Только учти, я тебя предупредил, как порядочный.
На мгновение Смерч Себенабеду остановился в своем безумном кружении. Клубясь и дрожа, он замер в воздухе. И вдруг, словно решившись, рухнул на старую липу, к которой был привязан волшебник Алеша. Вздыбились ветви. Воздух, казалось, позеленел от пляшущих перед глазами листьев. Непосильная тяжесть навалилась на волшебника Алешу, грозя раздавить его. Он чуть не задохнулся от тугого ветра…
И вдруг все стихло. Плавно кружась и покачиваясь, опускались листья. Словно сорвавшись с крыши, вниз полетел кот Васька и шлепнулся в траву на все четыре лапы.
Волшебник Алеша вдруг почувствовал, что он свободен. Веревка скользнула по его телу и упала на землю.
И где-то у его ног послышался постепенно замирающий, гаснущий голос:
– Тишина, покой, сон, вечный сон, освобождение… Никого больше не губить… Какое счастье, счастье…
– Это все я! – хвастливо заявил кот Васька. Он отряхнулся и громко чихнул. – Ловко я сообразил, хотя и летел вверх тормашками. Ну, а теперь, пушистый Алеша, давай бегом отсюда. Скорей бы домой попасть. Надоело мне тут! Сплошное мяу!
Тут кот Васька прижал уши и оглянулся, видимо, вспомнил страшного ворона.
– Ну, молодец, ну, умница! – Волшебник Алеша присел на корточки, прижал к себе кота Ваську. Что ни говори, а кот Васька, можно сказать, спас его. – Лучший из котов! Храбрец, каких мало! Вот только потерпи еще самую чуточку, братец. Заглянем ненадолго в башню волшебника Ренгиста – и тогда домой.
Волшебник Алеша решил не смущать кота Ваську своими опасениями. Слуги-тени! Если они отнимут голубую искру у тетушки Черепахи, считай, все пропало.
– К тетушке Черепахе в гости? Молочка попить? Это неплохо, – беспечно согласился кот Васька. – Я не против.
Кот Васька уткнулся носом в шею волшебника Алеши и завел длинную уютную песенку.
– А что нам делать с этой веревкой? – оглянулся волшебник Алеша. – Может, с собой прихватить?
– Нечего беспорядок в лесу разводить, – с важностью согласился кот Васька, хотя сам вечно все раскидывал и терпеть не мог прибираться.
Волшебник Алеша наклонился и хотел было поднять с земли волшебную веревку, но она вдруг зашевелилась в траве, как живая, смоталась в клубок и сама скользнула в карман волшебника Алеши.
Глава XXIV
Гвен теряет надежду
И главное:
огненные змеи выползают из камина
Как безумный, не разбирая дороги бежал Гвен Хранитель Леса.
Он продирался сквозь колючие кусты, скатывался в овраги, метался от дерева к дереву.
– Астрель! Астрель! Астрель! – далеко разносился полный отчаяния призыв.
Но деревья молчали, печальные в своей неподвижности.
Вслед за Гвеном торопилась пестрая стая птиц. Птицы шумно переговаривались, не зная, как помочь своему любимцу.